Мнения Рубрики
17 Июня 2011, 10:50

«Оливье»

В конце 2011 года грядут выборы в Госдуму. Под Новый год по традиции народ покупает ароматные абхазские мандарины, «Советское шампанское» и режет салат «Оливье». Теперь предновогодние хлопоты стали как бы рождественскими каникулами в соответствии с европейскими католическими традициями. Но салат «Оливье» остался, он даже прижился в Европе, где его называют «Русским салатом». В политике порой пользуются гастрономическими терминами.

Так, в США в этнической политике долгие годы господствовала идеология «Плавильного котла», т. е. считалось, что эмигранты из разных стран варятся в этом казане и становятся добропорядочными гражданами государства на базе англо-саксонской культуры, а в сообщества объединяются не по этническому признаку, а в рамках отдельных штатов. К примеру, Массачусетс так и называется Содружеством, а не штатом.

Эта политика ассимиляции имела определенный успех в ХIХ и первой половине ХХ века. В США, действительно. многие этнические группы растворились. Французов не осталось, немцы с появлением фашизма в Европе стали отказываться от своего языка и корней, сохранив только имена и воспоминания. Однако в 70-е годы ХХ века волнения афроамериканцев привели к пересмотру концепции «Плавильного котла». Оказалось, что не только мексиканцы, ирландцы, китайцы, итальянцы сохранили свои традиции, но и другие этнические группы интересуются своими корнями, а по стране стали открываться школы на самых разных языках: англо-испанские, англо-иранские, англо-вьетнамские и т. д. Знаменитая гомогенность США оказалась мифом. Тогда ученые выправили свои концепции и назвали общество «Салатом», т. е. признали наличие этнических сообществ, которые перемешаны, а не переварены как в котле, а потому ингредиенты сохранили свой вкус. Прошло совсем немного времени, этничность торжествует. Испаноязычных граждан стало так много, что некоторые штаты начали, наряду с английским использовать и испанский. Китайцы живут в «chine-town», где даже вывесок на английском не найдешь. Уважаемые специалисты вновь пересмотрели свою концепцию и назвали общество американцев «Винегретом», проще говоря, социологи не знают, что именно у них происходит, но они обнаружили многообразие, которое находится в одной тарелке.

Используя американские «гастрономические» термины можно нынешнюю «многопартийность» России назвать «Русским салатом», т. е. «Оливье», ингредиенты которого плохо видны за густо сдобренным майонезом. Название салата «Оливье» звучит, вроде бы, на иностранный манер, но оно на самом деле чисто русское, или лучше сказать — российское.

Существуют европейские традиции политической палитры, которые прослеживаются во всех странах, избравших демократические процедуры голосования. Левые — это те, кто выступает за усиление роли государства в экономике и за социалистическую справедливость. Левые очень сильны в Европе. Социалистический Интернационал время от времени добивается значительных успехов. Ряд традиционно «левых» стран показывают эффективность своей модели, например, Швеция или Австрия. Кстати, на гербе Австрии орел держит в лапах серп и молот.

На правом фланге находятся сторонники предельно свободных рыночных отношений с минимальным вмешательством со стороны государства в дела экономики и социальной политики. Рынок сам должен, по их представлениям, устанавливать справедливость, поскольку, якобы, всем предоставляются равные стартовые возможности. Американцы и англичане — наиболее ярые приверженцы этой линии, несмотря на различное название партий.

Заранее следует оговориться, что в нормальной партийной структуре не существует понятие центра, поскольку это будет означать безыдейность. Есть лево-центризм и право-центризм, существуют крайне левые и крайне правые, но нет центризма как идеологии, поскольку этого не существует в природе. А вот «Единая Россия» именно центризм записала в своей программе. Изначально ведущая партия власти заняла платформу, кажущуюся позицией всего народа, стоящей якобы над партийными пристрастиями. Когда М. Шаймиев объявлял о своей центристской позиции в Татарстане, то он имел в виду соблюдение баланса интересов татар, русских и других народов республики, межконфессиональное согласие, учет интересов разных слоев населения. Однако, это не была партийная позиция. Она была правильной для президента, стоявшего вне партийных пристрастий в период перехода к многопартийности. Но такая позиция не годится для политической организации, ибо на безыдейности невозможно сплотить людей.

«Единую Россию» в принципе можно было спасти, изначально разделив на два крыла: лево-центристское и право-центристское, с последующим созданием двух самостоятельных партий. Лево-центристы могли бы стать аналогом социал-демократов, а правая фракция — выбрать позицию «мотора» реформ, содействуя введению рыночных отношений в цивилизованные рамки, защищая малый и средний бизнес, ограничивая власть олигархов. Выбрали, как всегда, худший вариант — сделали «ЕР» служанкой власти, как будто мало было административного ресурса у президента. Фактически возникло прикрытие всевластия исполнительной власти легитимным парламентом.

Тем не менее, жизнь подсказывала необходимость партий как на левом, так и правом фланге. Лево-центристская партия в лице «Справедливой России» была создана для перехвата части электората коммунистов. Двойственность ее позиции была заложена администрацией, как, впрочем, в любую политическую деятельность, которой занимается федеральный центр. «Справедливая Россия» изначально как левая партия, могла существовать только как оппозиционная, и для этого существует благодатное поле деятельности, поскольку власть систематически снижает уровень жизни людей, и на принципах более справедливого распределения можно было вполне занять свою нишу, аналогичную классической социал-демократии. Однако «СР» как партия, получившая благословение власти, была обречена на неудачу в виду неразрешимой внутренней противоречивости позиции. Миронов, будучи органической частью властной вертикали, не мог быть реальной оппозицией.

Единая РоссияПартии «Справедливая Россия» «разрешили» участвовать на выборах и иметь свои фракции в представительных органах на всех уровнях, но, естественно, для публичной сцены. Миронов же начал серьезно высказываться, выскочив за отведенные рамки, а, значит, стал непредсказуемым. Это только КПРФ разрешено говорить правду о социальном положении населения, коммунисты всегда так говорили и никогда не претендовали на власть.

Для социал-демократии (в европейском смысле) в России сегодня нет достаточных побудительных мотивов, поскольку социалисты ориентированы на более справедливое распределение прибыли, а в стране с доходами обстоит сложно, их на всех не хватает, поскольку аппетиты олигархов не знают предела, а им в стране создан режим наибольшего благоприятствования. Когда делить нечего, то у социал-демократии сужается поле деятельности.

Правые изначально были инициаторами перемен, т. е. замены Михаила Горбачева на Бориса Ельцина с последующим роспуском СССР, либерализации рынка, что привело к появлению олигархов. Правые партии, независимо от оттенков стали проводить рыночные реформы и демократизацию. Но этот «мотор» заглох в силу увлечения приватизацией. Народ был совершенно забыт, даже как электорат. В свою очередь, люди перестали голосовать за правые партии и они не попали в представительные органы власти. Поэтому можно говорить о завершении либерального движения в стране на этом этапе развития событий.

Партию ЛДПР имеет смысл обсуждать только как выступления Владимира Жириновского на театральных подмостках, а не в качестве либерального движения. Театр есть театр, несмотря на серьезность самого лидера.

Для правых, конечно, существует обширное поле для деятельности, поскольку нужны структурные изменения в экономике, защита бизнеса от посягательства власти, необходим механизм перехода от дикого рынка к цивилизованному и т. д. Поэтому не является случайным появление новой фигуры на политической арене в лице Михаила Прохорова. Но его выход оказался несколько странным. Мало того, что он олигарх, так человек вышел на сцену, не выучив текста. Видимо, вся надежда строится на неограниченности количества денег и достаточном административном ресурсе.

Михаил Прохоров отрицает всякую связь с администрацией, что выглядит комично, но еще комичнее его фраза, сказанная в интервью на телевидении. На вопрос: «С какими убеждениями Вы вступаете в «Правое дело», он ответил, что у него нет убеждений. Мольер отдыхает. Человек, получивший хоть какое-то образование, всегда имеет минимальный набор ценностей, если даже не помнит десять заповедей. Специально не придумаешь образец политика, для которого выборы всего лишь форма бизнеса. Но такова реальность нынешнего общества. Ну, а чего требовать, если рынок диктует все? На самом деле никто же не скрывает в супермаркете, что он пришел купить жвачку. Остается пожелать Михаилу Прохорову получить удовольствие от покупки. Конечно, люди голосовать за «Правое дело» не будут. Кто же поддержит олигархов, но нужна хоть какая-то фигура, какое-то новое незнакомое имя.

Стратегическая ошибка администрации президента РФ состоит в контроле всех политических сил без изъятия. Это мог себе позволить КПСС, поскольку были в наличии соответствующие ресурсы, а также серьезное идеологическое подкрепление. КПСС мог создать союз коммунистов и беспартийных, ведь коммунисты были с народом, а не с олигархами и такой народный «фронт» в борьбе с международной буржуазией выглядел вполне органичным. Сегодня не те времена и не те люди. Придуманный федеральным центром «Народный фронт» не может обладать каким-либо авторитетом, а потому он нужен только для выполнения одной единственной функции — снять с новостных лент упоминание «Единой России».

Одной из причин столь быстрого падения рейтинга «ЕР» стало то, что партия стала защитницей не народа, и даже не предпринимателей, а олигархов. Партия через Госдуму открыла шлюзы для безудержного обогащения нескольких кланов, которые хотят контролировать как экономику, так и политику, а спорт призван заменить идеологию, так они думают.

Органически присущее стремление любых олигархов — укрепление вертикали власти. Население России приняло бы авторитарный режим на фоне роста уровня жизни, но экономика, политика и идеология расстроены, а потому для ужесточения власти не осталось ресурсов.

Сегодня существует благоприятная почва для манипулирования поведением людей. В обществе степень политической апатии такова, что если бы вдруг Государственная Дума объявила самороспуск и всю полноту власти передала исполнительной власти, ничего бы не изменилось, кроме международного скандала. Но и скандал федеральную власть мало пугает. Пусть шумят… Шумели же вокруг Ходорковского, а он все равно сидит.

Пугает только повторение событий на Манежной площади… Но это уже другой «салат».

Женское это дело
03 Мая 2026, 00:01

Теплоходы, дети и пиар-проекты: Ляля Бикчентаева откровенно о жизни и работе

Она 12 лет руководила Казанским центром «Достижения молодых», была членом Общественной палаты в трех созывах, снимала видеоблог «Открытая школа», а потом резко повернула карьеру — ушла в ИТ и стала заместителем директора Технопарка в сфере высоких технологий.

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева

Lorem ipsum dolor sit amet.