— Поменяется ли рынок инвестиционных услуг на следующий год? Какие долгосрочные инвестиционные стратегии можно рассматривать частному инвестору?

— Рынок инвестиционных услуг в основном не изменится. Однако вероятно изменение предпочитаемых инвесторами инструментов: в условиях высоких ставок и неопределенности более высоким спросом у частных инвесторов будут пользоваться гарантированные инструменты с фиксированным доходом (банковские депозиты, ОФЗ), тогда как акции и другие рисковые активы будут менее востребованы.

— Ближайшую перспективу характеризует высокая степень неопределенности. Большую часть экономической ситуации определяют политические решения. В том, какие они будут, позиции экспертов сильно расходятся. Важно и другое. Все люди разные и в одной и той же ситуации поступают по-разному. Одни живут по принципу «кто не рискует, тот не пьет шампанского», другие придерживаются позиции, что «лучше синица в руках, чем журавль в небе». И последняя аксиома наверное должна гласить, что доход можно извлекать в любой ситуации. Поэтому и существуют в финансовой теории различные модели поведения инвестора и структуры его портфеля — консервативный, спекулятивный (агрессивный), сбалансированный.

В условиях предполагаемого Центробанком РФ снижения банковской ставки в 2025 г., возможен рост затрат на увеличение мощностей производства, модернизацию основных фондов. Но эта тенденция снижения должна стать стабильной, поскольку в случае негативного эффекта 2024 года может окончательно быть подорвана вера в такие установки. В противном случае вложения средств в гособоронзаказ, ИТ — проекты, высоконадежные государственные ценные бумаги могут быть более приемлемы и рациональны для осторожного инвестора. При этом нужно учитывать и последние слова президента страны о том, что бесконечно долго затраты на оборону увеличиваться не должны. А склонные к риску и уверенные в своих прогнозах вполне могут уйти в спекулятивные операции на фондовом и финансовом рынке, где колебания вполне могут достигать высокого уровня. Им только и остается определиться в традиционных позициях «быка» или «медведя».

— Какие инструменты для коллективного и индивидуального инвестирования вы рекомендуете при возможных вариантах изменения ключевой ставки на следующий год?

— Рынок в 2025 году ожидает начала цикла снижения ключевой ставки, поэтому ближе к середине года, если ожидания не изменятся, можно будет вкладываться в долгосрочные облигации, которые при снижении рыночных ставок обеспечат максимальный рост рыночной цены.

— Я прокомментировал этот вопрос, отвечая на вопрос читателя «Поменяется ли рынок инвестиционных услуг на следующий год? Какие долгосрочные инвестиционные стратегии можно рассматривать частному инвестору?». Все зависит от поведения инвестора и структуры его портфеля — консервативного, спекулятивного (агрессивного) или сбалансированного.

— Какие результаты достигнуты в наращивании инвестиций, идущих на расширение существующих мощностей производства гражданской продукции?

— Воспользуемся уже опубликованными данными за первое полугодие 2024 года. Промышленное производство в России за этот период выросло на 4,4%, сообщил Росстат. Лидерами по темпам прироста традиционно стали производство готовых металлических изделий (кроме машин и оборудования) — +36,1%, выпуск компьютеров, электронных и оптических изделий — +35%, автотранспортных средств, прицепов и полуприцепов — +27,4%. Чем объяснить такую динамику?

Существующий рост ВВП и промышленного производства в 2024 году включает значительный объем стоимостей товаров, выпускаемых по оборонному заказу. Продолжалось и заполнение ниши, образовавшейся после ухода иностранных компаний. Действовал и ценовой фактор. Но первый фактор, вероятно действовал сильнее. Он себя проявил уже в 2023 году. Это видно по статистике тех регионов и городов, где такая статистика стала открытой.

Так, доля выпуска продукции для гособоронзаказа (ГОЗ) в росте легкой промышленности Санкт-Петербурга составила 75%, подсчитал Союз производителей изделий легкой промышленности (СПИЛП). Что касается сектора производства «гражданской» одежды, то в его росте значительную роль сыграло изменение курса доллара и евро, так как многие ткани по-прежнему закупаются за рубежом, растут и транспортные расходы. По этой причине сдерживать рост цен на готовую продукцию становится все труднее.

При этом предприятия наращивают увеличение производства преимущественно на имеющихся мощностях. При возросшем объеме корпоративных кредитов для средних и малых предприятий фиксируется преобладающая их часть, идущая на пополнение оборотных средств, а не на модернизацию и увеличение объема основных фондов. Банковские ставки высоки. С учетом их величины сложно как реализовывать инвестпроекты, так и рефинансироваться.

— Какие сценарии развития экономики России и Татарстана возможны в 2025 году?

— Оптимистичный сценарий (из числа реально возможных) — это снижение инфляции и ключевой ставки при сохранении стабильного валютного курса, отсутствие новых внешних шоков, сохранение устойчивой социально-политической обстановки. В этом случае можно рассчитывать на позитивную динамику, и в части роста производства, и в части роста уровня жизни.

— Полагаю, будут усиливаться кризисные явления, но речь не идет о «полной катастрофе», как иногда пытаются представить ситуацию. Многое зависит от политического процесса, потенциального замирения военного конфликта и от конфигурации санкций.

Думаю, что в качестве «спуска пара» будут реализовываться сценарии ускорения девальвации рубля и ускорения инфляции. Это неприятно, это влияет на качество нашей жизни, но это, как ни парадоксально звучит, позволит избежать более серьезных рисков и минусов, поскольку позволит «выпустить пар» из напряженных экономических и финансовых конструкций.

— Как высокая ключевая ставка отражается на бизнесе и рядовых потребителях?

— Для бизнеса высокая ставка — это крайне некомфортная ситуация. Бизнес одновременно лишается доступных кредитных ресурсов, необходимых для развития, и сталкивается с ограничением потребительского спроса, который снижается из-за недоступности кредитов для потребителей. Для потребителей высокая ставка является серьезной проблемой, если у семьи есть необходимость совершить крупные покупки в кредит или рефинансировать имеющийся долг. Потребители, не имеющие и не планирующие долгов, почувствуют высокую ставку через удорожание товаров и услуг, связанное с увеличением процентных расходов производителей.

— На бизнесе — убийственно. Сегодня многие бизнесы, начиная от таких крупных как РЖД или «Транснефть», заявляют о сворачивании своих инвестиционных программ. При такой стоимости заимствований серьезные инвестиции, вложения в развития практически исключены. Есть ощущение, что политика сдерживания инфляции за счет повышения ставки, себя исчерпала.

Что касается рядовых потребителей, то тут картина двоякая. Тем, у кого личные финансы имеют положительный баланс, такая высокая ставка дает возможность иметь хороший доход по банковским депозитам, который позволяет как минимум защитить сбережения от инфляции и девальвации, а иногда и обогнать их. На живущих в кредит, естественно, ставка отразилась в виде подорожавших кредитов.

— Для бизнеса высокая ставка означает более дорогие заемные деньги. Деньги в экономике дорожают, спрос на товары и услуги падает. Предприниматели реже оформляют кредиты и займы, откладывают вопросы инвестирования в новые мощности, найма новых сотрудников. Однако в случае если у компании есть свободные деньги, при высоких ставках деньги чаще сохраняются на депозитах, чем идут в развитие бизнеса.

Для рядовых потребителей высокая ключевая ставка приводит к снижению потребительской активности. Процент по кредитам растет, поэтому люди предпочитают не тратить деньги на покупки, а откладывать их под высокий процент. Растет сберегательная составляющая.

— В каких секторах экономики достигнуты наилучшие результаты в импортозамещении? Какие проекты оказались наиболее успешными?

— Стартовавший процесс импортозамещения можно разделить на два этапа: «быстрый» и «долгий». Первый касается экономики производства простых продуктов — это большое количество относительно дешевых и несложных изделий для конечного и промежуточного потребления. К их числу можно отнести различные комплектующие, запчасти, расходники, а также мебель, упаковку, строительные материалы, текстильное производство, пищевую продукцию и т. д. Здесь результат достигается быстрее, и бизнес практически самостоятельно справляется с данной задачей.

В части же «долгого» импортозамещения в таких отраслях как машиностроение, авиация, электроника и т. д., ситуация другая: уровень сложности на порядок выше и быстрый результат невозможен. Но есть участки «прорыва». Так, по словам премьер-министра РФ Михаила Мишустина в 2024 году Россия достигла примерно 50% импортозамещения в основных программных продуктах. Можно указать на такие крупные уже реализованные проекты как «МойОфис» (альтернатива Microsoft Office), Яндекс Диск (замена Google Drive), RuStore (отечественный магазин приложений), Аврора (замена Android и iOS).

В принципе, сопрягаясь с теорией А. Смита и Д. Рикардо и современной практикой можно считать достаточным выход страны на ряд лидерских технологических позиций, определяющих ее конкурентоспособность на международном рынке, и включение ее в глобальную технологическую цепочку с зависящими от нее партнерами. Безопасность в этом случае заключается в невозможности исключения страны из этой цепи. В случае поставок сырья этого достичь невозможно с учетом взаимозаменяемости его по многим позициям.

— Что будет с деловой активностью в следующем году?

— Деловая активность может оставаться повышенной в отдельных сферах, которые минимально зависят от кредитования и обеспечены стабильным спросом (например, ОПК). Снижения деловой активности можно ожидать в зависимых от кредитов сферах (например, строительство). В остальных отраслях деловая активность будет сохраняться стабильной.

— Все будет нормально, но, думаю, большинство бизнесов откажутся от инвестиционных программ и программ развития. Предпочтут «окуклиться». Бизнесы с положительными финансовыми возможностями, в принципе, будут даже в чем-то чувствовать себя в выигрыше — опять же из-за возможности разместить свои свободные деньги в банках под весьма высокий процент.

— Какие значимые результаты достигнуты в развитии российской науки и опережающих технологий в целях импортозамещения и выпуска продукции, поставки которой прекращены или ограничены из-за санкций. Что предстоит сделать в этом направлении в 2025 году?

— В деле импортозамещения не хватает точных цифр. Наиболее объективно можно оперировать данными импорта на основе данных федеральной таможенной службы. Они в определенной степени отражают ситуацию с импортозамещением. Так, совокупный импорт Российской Федерации (млрд долларов) составил: в 2017 г. — 227,870; в 2022 г. — 255,3; в 2023 г.- 285,1; за 10 мес. 2024 г. -229,8. Как видим, кардинальных изменений в этой статистике нет.

Другой факт. По официальным данным, с помощью механизма параллельного импорта было ввезено за два предыдущих года товаров на 70 миллиардов долларов. Напомним, что параллельный импорт это — ввоз в страну товаров без согласия правообладателя товарного знака, то есть «параллельно» официальному импорту таких товаров через дилеров, уполномоченных правообладателем. И в этом случае, несмотря на то, что товары ключевых зарубежных производителей по разным оценкам подорожали на 50−100%, их продолжают покупать. Значит, дело не только в привычке потребителей, но и в невозможности их заместить российскими аналогами и по количеству и по качеству…

И еще один факт. Средняя доля нематериальных активов в балансе российских компаний в последние годы не превышала 5%. Это низкая величина, которая, формально, не дает считать предприятия инновационными. Ситуация лучше только в отдельных бизнес-сегментах, например, в медиасфере, но не в производственных отраслях.

И, наконец, инфляция является другим косвенным показателем импортозамещения. Она, прежде всего, возникает в том случае, когда товаров мало в сравнении с платежеспособным спросом. Тогда цены растут. Уровень же фактической инфляции в этом году выходит за рамки 8%, значительно превышая плановый показатель на 2024 год (4,5%). Продуктовая же годовая инфляция — гораздо выше.

Таким образом, о масштабном импортозамещении и затоваривании отечественными товарами говорить пока не приходится.

Не всегда объективны указания некоторых специалистов и управленцев высшего звена на отдельные отрасли, где якобы импортозамещение уже практически завершилось. Идет ссылка на существенные объемы производства и экспорта продукции этих отраслей. Например, в числе таковых называется сельское хозяйство. Но при этом игнорируется тот факт, что составные компоненты технологического процесса здесь также сильно зависят от импортных позиций. Приведем конкретные данные. Практически 75% семян подсолнечника, высеваемых в России, — это импортные гибриды. В части кукурузы доля отечественных сортов около 50%. Сложнейшая ситуация с отечественными семенами свеклы: их всего 2,5%. В России не производится большое число компонентов малотоннажной химии для интенсивного сельского хозяйства. Или другой пример: до СВО был очень серьезный тренд на производство доильных роботов, на роботизацию молочного животноводства. На сегодняшний день этой тенденции практически нет, поскольку отсутствуют полноценные конкурентоспособные российские аналоги. То же самое можно сказать и об отечественных датчиках контроля здоровья и выявления половой охоты КРС. Специалисты фиксируют присутствие на рынке в основном китайского оборудования, внутри которого — американская «начинка». Эти примеры можно продолжать, но все они свидетельствуют о глубокой импортной зависимости.

Однако, согласно Доктрине продовольственной безопасности ситуация должна кардинально измениться к 2030 году. Так, только доля семян основных сельскохозяйственных культур отечественной селекции в сельском хозяйстве страны к 2030 году должна составить не менее 75%. Задача представляется чрезвычайно сложной, требующей максимальной концентрации интеллектуальных и материальных ресурсов. Если брать сегмент органического сельского хозяйства, производящего экологически чистые продукты питания, то здесь проблем еще больше, учитывая начальный этап его развития и необходимость модернизации всей технологической линейки.

Однако удельный вес затрат на науку и научные разработки в объеме российского ВВП составлял в 2023 году 0,4% ВВП. Если учесть, что бюджетные затраты составляют около 70%, а корпоративные — около 30%, то все равно общий удельный вес затрат на науку далеко не выйдет за 1%. В то же время, правительственные и региональные программы развития научно-технологического комплекса предусматривают увеличение этого показателя до 2%. Но минимально приемлемый уровень, который имеет место в мировой практике это — 2,5%, а для существенной динамики и «технологического рывка» необходима величина, превышающая 4%, как, например, в Южной Корее. В отсутствии такого финансирования полное достижение импортозамещения на уровне около 70%, что предполагалось ранее, вряд ли возможно.

И так, констатируем некоторые, ограничивающие импортозамещение позиции: сохраняющаяся технологическая зависимость от зарубежных поставщиков; ограниченные возможности для развития отечественного производства при дороговизне кредитов, недостатке других финансовых источников и локализации движении капитала.

— Какие дополнительные решения могут быть приняты правительством в случае ухудшения финансово-экономической ситуации в стране?

— При ухудшении ситуации могут быть дополнительно повышены налоги, сокращены инвестиционные расходы бюджета, ужесточены правила вывоза капитала из страны, ограничены темпы индексации зарплат и социальных выплат.

— Каких изменений можно ожидать во внешнеэкономическом сотрудничестве России и Татарстана?

— Наиболее желанные изменения — это нормализация трансграничных расчетов и платежей, в том числе с использованием вновь создаваемых альтернативных международных механизмов, не подверженных санкциям. Однако в 2025 году вероятность полной нормализации, к сожалению, невелика.

— Каковы перспективы развития фондового рынка в 2025 году?

— При сохранении высоких процентных ставок и возможном усилении внешнего давления (санкций) фондовый рынок ожидает стагнация или снижение. В противном случае можно ожидать роста как минимум во второй половине года.

— Полагаю, что стагнация, но не крах. Дивидендный период немного взбодрит рынок, но не особо, поскольку сейчас нет дивидендов, которые конкурировали бы по доходности с банковскими депозитами. IPO продолжатся, но из речки превратятся в ручеек: особого энтузиазма они сейчас не вызовут, у более чем 75% от компаний, которые вышли на рынок в последние пару лет, котировки акций сейчас — ниже уровня размещения.

Однако не думаю, что фондовый рынок России рухнет и индекс МОЕХ, например, способен упасть до 1500 пунктов. Если будут приняты стратегические решения стимулировать фондовый рынок (подчеркну — решения, а не форумы, лозунги и программы), то фондовый рынок России достаточно здоров, чтобы его можно было поднять, Но в любом случае это возможно только при ключевой ставке не выше 10−15%.

— Развитие фондового рынка в 2025 году напрямую связано с динамикой ключевой ставки ЦБ и курса рубля. Высокие ставки по инструментам фиксированной доходности стимулируют отток средств частных инвесторов в сторону депозитов, флоатеров и фондов денежного рынка. Дивидендной доходности крупнейших публичных компаний тяжело конкурировать в условиях ставки выше 20%. Тем не менее, определенную поддержку фондовому рынку может оказать случившееся ослабление рубля, которое увеличивает прибыль экспортеров, а также заставляет часть потенциальных инвесторов по-другому смотреть на привлекательность рублевых ставок. Кроме того, планируется также ряд регуляторных изменений, в частности могут разрешить вывод дивидендов с ИИС-3, что теоретически также может поддержать интерес домохозяйств к инвестированию в 2025 году.

— Какие секторы экономики республики сохранят инвестиционную привлекательность?

— Привлекательность сохранят фундаментальные отрасли: сельское хозяйство, нефтедобыча и нефтепереработка, химическая промышленность, частично — машиностроение.

— Какие финансовые инициативы могут улучшить качество жизни в стране?

— К сожалению, финансовые инициативы позволяют только перераспределять финансовые ресурсы, доходы между людьми, компаниями, регионами, но они не увеличивают объем реального производства, не сделают наши города безопасными и чистыми, не улучшат качество образования и здравоохранения, не сократят воровство и коррупцию. Качество жизни в первую очередь зависит не от финансовых механизмов, а от людей, от их поведения, от их отношения к своей работе и друг к другу.

— Полагаю, таковые сейчас невозможны, поэтому можно сказать только о «гипотетически идеальных». В идеале — нужно, видимо, менять денежно-кредитную политику и стратегию относительно ключевой ставки. В идеале — облегчать налоговую нагрузку, особенно — на фонд оплаты труда. Чтобы при снижении ставок огромная масса денег не вышла из депозитов на потребительский рынок, разгоняя инфляцию, нужно создавать привлекательные условия для того, чтобы владельцам захотелось направить их в другие стороны. Что это может быть? Недвижимость и фондовый рынок. Но государству в этом случае потребуется создать какие-то финансовые условия, чтобы эти направления были выгодными, а не просто ограничиться лозунгами и призывами. Вплоть до «кешбэков» тем, кто вкладывается в эти направления. Например, купил 10 кв. метров недвижимости — еще 2 кв. метра субсидирует государство. Это, помимо задач борьбы с инфляцией, решило бы сразу две задачи — поддержать стройиндустрию и всю цепочку от него, выполнить поставленную президентом задачу резкого масштабировать капитализацию фондового рынка России. Но, думаю, такого не случится — для этого нужна воля, скоординированность всех ведомств и определенная смелость.

— Почему растет спрос на облигации и какие? С чем связана популярность фондов денежного рынка?

— Утверждение, что растет спрос на облигации, довольно спорно. Наоборот, в отношении корпоративных облигации выросли риски дефолтов. Ограниченный спрос есть на ОФЗ, потому что в них, в отличие от депозитов в банках, можно зафиксировать более высокую доходность на долгий срок. У части инвесторов выросла популярность облигаций-линкеров, доходность по которым привязана к уровню инфляции.

Что касается фондов денежного рынка, то многие опытные биржевые инвесторы видят в них хороший вариант, чтобы переждать период снижения на фондовом рынке, но при этом не уходить с рынка в депозиты, а разместить средства, свободные от вложений в акции, прямо на брокерской платформе. Я сам использую этот инструмент. Доходность в нем немного меньше, чем в депозитах, но есть значительные плюсы — можно вывести деньги из него в любую секунду, например, когда наступит время опять входить в акции. Сейчас на российском рынке наиболее популярны три таких фонда — от Сбера, от ВТБ и от Альфы. Был также довольно известен фонд от Райффайзенбанка, но, ввиду неясности судьбы этого банка в России, думаю, что первые три надежнее.

— Спрос на облигации растет, потому что выросли процентные ставки. Соответственно, в условиях высокой неопределенности относительно перспектив экономического роста инвесторы переключают свое внимание с акций на облигации. С учетом ожидаемого в 2025 году начала снижения ставок при сохраняющихся высоких рисках в первую очередь привлекательны высокорейтинговые, включая государственные, долгосрочные облигации.

Фонды денежного рынка позволяют оперативно реагировать на изменения процентных ставок, поскольку используют преимущественно краткосрочные инструменты инвестирования. Это дает возможность в период роста ставок «успевать за рынком», избегая значительных просадок портфеля при очередном повышении ставки и не фиксируя надолго низкую доходность.

— Однозначно, рост спроса на облигации тесно связан с ростом ставок и динамикой котировок ОФЗ. Однако, важно отметить, что прежде популярные облигации с фиксированным купоном — сегодня пользуются значительно меньшим спросом, чем флоутеры (облигации с плавающим купоном привязанным к ключевой ставке). Для российского инвестора на сегодняшний день, флоутеры являются тем самым активом, который позволяет увеличить доходность участвуя в росте ключевой ставки, сохранить «ликвидность капитала» и эффективно защитить средства от инфляции избегая всплесков волатильности присущих рынку акций.

Я считаю, что популярность фондов денежного рынка вызвана потребностью в ликвидных инструментах, удобством приобретения и продажи актива, сужением горизонта планирования инвестора и мотивацией заработать на росте ставок до конца 2024 года. Отмечу, что фонды денежного рынка зачастую приобретаются инвесторами с горизонтом от 1 до 30 дней.

— Как могут поменяться инвестиционные предпочтения? Стоит ли ожидать рост спроса на акции и почему?

— Нет, не стоит. Полагаю, серьезного подъема фондового рынка не начнется пока ключевая ставка Центробанка не станет 12% или менее. Будущий дивидендный период по этой же причине никого массово не привлечет. Оптимистично настроенные профессионалы могут покупать акции по принципу «распродажи», но это не самые большие капиталы, чтобы обеспечить массовый вход в акции. Полагаю, может быть локальный рост рынка весной, когда в бумаги могут входить буквально месяца на два, чтобы поймать небольшой рост до дивидендных отсечек.

— Существенный рост спроса на акции можно ожидать только при условии появления у инвесторов уверенности в росте рынка хотя бы на среднесрочную перспективу: 1−2 года. Это возможно только при устранении или ослаблении основных сдерживающих развитие бизнеса факторов: проблемы с международной торговлей, санкции, политическая неопределенность, дефицит на рынке труда, высокие ставки по кредитам и т. д.

— Безусловно, многие инвесторы и финансовые институты пристально следят за разворотом ключевой ставки и снижением котировок на рынке акций. С большой вероятностью, при переходе к смягчению денежно-кредитной политики, многие инвесторы сделают свой выбор в пользу акций российских компаний, воспринимая актуальные цены — как дисконт к справедливой оценке компаний. С конца мая 2024 года, российский фондовый рынок скорректировался на 25%, что значительно повысит привлекательность рынка акций на фоне снижающихся ставок и вероятно, спровоцирует отток капитала из долгового рынка в рынок акций.

Еще один ожидаемый тренд связанный со снижением ставок — возвращение инвесторов к корпоративным облигациям с фиксированным купоном и ОФЗ с целью зафиксировать высокую доходность на максимально длительный срок.

— Можно ожидать того, что в конце года интерес к фондовому рынку вырастет и приток новых клиентов ускорится? Что этому будет мешать или способствовать?

— Нет, однозначно этого не будет. Дивидендная история в этом году не сработает: даже самые большие дивиденды на российском фондовом рынке сейчас однозначно вдвое проигрывают в доходности депозитам. Входить в рынок в расчете на стоимостной рост тоже рано. Как минимум три вопроса на повестке: политические процессы и возможное начало мирного урегулирования, высокая ставка и поворот на ее снижение, цены на нефть и возможная их просадка весной. Пока не будет хотя бы намека на ответы на эти три вопроса — российский рынок будет пребывать в лучшем случае в унылом «боковике».

— В конце 2024 года интерес к фондовому рынку, на фоне продолжающегося снижения во всех его секторах, вряд ли повысится. В конце 2025 года в случае начала постепенного снижения ключевой ставки возможен повышенный интерес к рынку облигаций, а в случае снижения геополитической напряженности — и к рынку акций.

— Интерес к фондовому рынку растет каждый день. Связано это с летней коррекцией фондового рынка вызванной продажей ценных бумаг нерезидентами и ожиданиями завершения цикла повышения ключевой ставки. Эти факторы вместе с повышенным спросом к «буму» российских IPO уже сегодня отражаются в притоке новых клиентов, как физических, так и юридических лиц. Отток средств с депозитов зафиксированных по ставкам ниже 19% и выбор инвесторов в пользу инструментов фондового рынка, предлагающих лучшие условия позволит увеличить темы открытия новых брокерских счетов. Ожидаем, что данная тенденция сохранится и продолжится до конца года.