— Евгений Александрович, сколько в Татарстане станций переливания крови?

— Государственное учреждение здравоохранения Республиканская станция переливания крови МЗ РТ (ГУЗ РСПК МЗ РТ) — это холдинг, в который входят станции переливания крови, расположенные в Казани, Набережных Челнах, Нижнекамске, Альметьевске. Это единый бюджет, одно штатное расписание. РСПК обслуживает всю республику, нет ни одного подразделения в здравоохранении, кто не имеет контактов со службой крови.

В республике кроме РСПК есть еще несколько отделений переливания крови, которые размещаются в государственных лечебных учреждениях: в республиканской клинической больнице, детской республиканской клинической больнице и межрегиональном клинико-диагностическом центре. Они все находятся в ведении главных врачей данных учреждений и ими финансируются. Что касается муниципальных отделений, их было восемь, с этого года осталось два.

— С какого времени началась реструктуризация службы переливания крови?

— Реструктуризация началась в 2009 году, когда было подписано Постановление Кабинета министров РТ о реформировании специализированных медицинских учреждений. А федеральная программа по переоснащению учреждений службы крови в рамках национального проекта «Здоровье» началась с 2008 года, когда 15 регионов вошли в эту программу, а в 2009 году — еще 26. В их числе республика Татарстан. Сама программа рассчитана на четыре года. На нее было выделено 16,5 млрд. рублей.

— Что предусматривает эта Программа реструктуризации?

— В соответствии с этой программой головные учреждения службы крови регионов получили из Федерального медико-биологического агентства Министерства здравоохранения РФ новейшее оборудование. РСПК получили оборудования на 250 млн. рублей. Было заключено двухстороннее соглашение между Кабинетом министров РТ и ФМБА МЗ РФ, в соответствии с которым Татарстан обеспечил все подготовительные работы для установки этого оборудования.

РСПК получила новейшее современное лабораторное, холодильное, компьютерное оборудование, которое было распределено между филиалами РСПК. В том числе мы получили и передвижную станцию для забора крови. Это 20-метровый комплекс на колесах. Жители Татарстана видели эту красивую машину и в районах республики, и в городе Казани. Она теперь регулярно осуществляет забор донорской крови в выездных условиях. Если раньше мы приезжая в район беспокоили коллег для обеспечения работы выездной бригады, то отныне мы работаем автономно.

«Ни одна организация в одиночку не может обеспечить успех…»

— Ежегодно в республике проводятся различные благотворительные акции, направленные на сохранение донорских традиций. Сколько в них участвует человек?

— Донорские акции — это всегда яркие примеры проявления гражданской и социальной ответственности наших сограждан. В Республике Татарстан наиболее масштабными были акции «Подари сердце городу», «Даруя кровь — спасаешь жизнь», в ней участвовало более 25 000 доноров, многие из которых сдавали кровь впервые.

В марте этого года стартовала акция «2013 литров крови к 2013 году!» — это крупный молодежный проект. А в апреле в рамках Национального дня донора прошла акция по поддержке безвозмездного донорства, участниками которой стали представители администрации и государственной власти, сотрудники министерств и ведомств республики, студенты. Всех доноров на площади Свободы принимали в передвижной станции для забора крови. Акция широко освещалась средствами массовой информации.

— Сколько литров крови было собрано во время Национального дня донора?

— Мы заготовили 12 500 литров донорской крови. Этого объема достаточно чтобы обеспечить все медицинские учреждения Набережных Челнов и нескольких прилегающих к нему районов республики.

— Кто инициирует эти мероприятия?

— Ни одна организация в одиночку не может обеспечить успех. В первую очередь необходимы специалисты службы крови, которые обеспечат профессиональную работу. Принимают участие все: и президентский совет, и администрации городов и районов, руководители предприятий, молодежные объединения, политические партии, все кто хочет проявить свою гражданскую позицию. Стало уже традицией проводить всероссийские донорские акции «МотоДонор» и «Суббота Доноров», в которых принимают участие
жители республики, желающие поделиться своей кровью для спасения жизни нуждающихся в этом людей. Радует то, что с каждым годом в этих акциях становится все меньше формализма и больше искренности и желания помочь.

— Во время таких акций доноры сдают кровь добровольно или поступает некая разнарядка?

— Донорство — дело, исключительно, добровольное. Это определено и законодательством Российской Федерации и Всемирной Организацией Здравоохранения. Сегодня, при всей развитости здравоохранения нет возможности чем-либо заменить донорскую кровь. Каждый человек решает самостоятельно — быть донором или нет, и немаловажным является оценка собственного состояния здоровья.

— Как молодежь участвует в донорстве?

— В последние несколько лет мы активно сотрудничаем с казанскими ВУЗами и проводим выездные донорские акции среди студентов. Некоторые из них становятся постоянными донорами. Я уже говорил об акции «2013 литров крови к 2013 году» с участием представителей молодежных общественных организаций республики, которая приурочена к Всемирной студенческой Универсиаде. Это очень веселые ребята! Они приезжают к нам с музыкой, даже проводят спортивные соревнования. Донорство полезно для молодого организма, тем более, когда молодой человек осознает, что, поделившись своей кровью, он имеет возможность спасти жизнь другого человека. Кстати, победителем среди ВУЗов стал Казанский государственный энергетический университет.

В год заготавливается около 55 тысяч литров крови

— Существует ли какой-то регламент сдачи крови?

— В российской федерации существует единый регламент обследования донора, независимо от места сдачи крови. Донор обследуется у нас на гепатит АВС, сифилис, ВИЧ-инфекцию и другие трансмиссивные инфекции.

— Может ли донор сдать кровь для конкретного пациента?

— Нет, не может. В соответствии с существующими нормативными актами любая донорская кровь помещается в Банк крови на карантинизацию до 6 месяцев. Это делается для того, чтобы защитить реципиента, так как существует так называемый серонегативный период, который обусловлен возможностью переноса инфекции, которая не диагностируется до истечения инкубационного периода заболевания. Это от трех до шести месяцев.

— А если срочно понадобится кровь для больного?

— Действительно, бывают экстренные случаи, когда мы обеспечиваем лечебно-профилактические учреждения компонентами донорской крови, которая подвергается вирусинактивации. Для этого у нас сегодня имеется соответствующее оборудование, но эта процедура недешевая. Это происходит, как правило, при необходимости обеспечения редкими группами крови, например, АВ (IY), резус отрицательный. Таких доноров меньше всего.

— Когда видишь бегущую строку по телевизору — «срочно нужна кровь», сразу начинаешь сочувствовать человеку и думать о дефиците крови в республике…

— Если вы видите бегущую строку — «нужна срочно кровь», это не означает, что крови нет на станции переливания. У нас всегда есть большой неснижаемый запас крови — не менее 3,5 тысяч литров — и он постоянно обновляется. Это неприкосновенный объем, который обеспечивает стратегический запас региона.

Когда вы читаете подобную информацию, значит, медикам нужны компоненты крови, которые хранятся не более 48 часов, например, тромбоцитарная масса, которая необходима срочно для остановки массированного кровотечения.

— А сколько заготавливает в год служба крови Татарстана?

— Мы в год заготавливаем около 55 тысяч литров крови. Это очень большой объем. Вы представляете железнодорожную цистерну для перевозки нефтепродуктов? Вот столько крови заготавливается в республике.

— Если перевести эти литры в количество больных, то, сколько человек получат помощь?

— Кровь, сданная одним донором, может помочь сразу нескольким больным. Технологии позволяют выделить из сданной дозы крови отдельные ее компоненты (плазму, эритроциты, тромбоциты и т. д.). И переливают эти компоненты крови только тем больным, которым они необходимы. Вот и получается, что 1 донор может стать спасителем, как минимум, для трех человек.

Принцип «не навреди!» неукоснительно соблюдается в службе крови

— Насколько почетно сегодня быть донором?

— Донор, безвозмездно сдавший кровь 40 раз или плазму 60 раз награждается званием и нагрудным знаком «Почетный донор России». В республике это почетное звание носят более 11 000 жителей. Представьте себе, что у нас есть доноры, которые сдали больше 200 литров крови.

— Как отмечаются заслуги донора? Сколько ему платят?

— Я хочу сразу уточнить в отношении денег. Денежную компенсацию, как ее называли раньше, мы донору не выплачиваем в виде платы за сданную кровь. Донор получает на питание 300 рублей и 100 рублей за каждые 100 мл сданной плазмы. Из чего следует, за 600 мл сданной плазмы в соответствии с постановлением Правительства республики Татарстан донор на питание получает 900 рублей.

— Какие еще льготы существуют для донора?

— Закон о монетизации льгот, принятый в 2005 году, к сожалению, в свое время нанес колоссальный урон донорству во всей Российской Федерации. Мы «потеряли» около 30% доноров. Данный закон лишил почетных доноров ряда льгот. Раньше почетный донор имел возможность бесплатного проезда в любом городском транспорте, бесплатное протезирование зубов, оплаты 50% стоимости коммунальных услуг, отпуск в удобное для него время.

Согласно упомянутому закону почетный донор России стал получать компенсацию в размере шести тысяч рублей в год. С учетом индексации сегодня эта сумма составляет 9348 рублей. В Татарстане почетным донорам правительство сохранило еще и приобретение «социального» билета для проезда в городском транспорте. Причем эта льгота узаконена только в нашем регионе.

— Какова сегодня динамика донорства? Количество доноров уменьшается или увеличивается?

— Мы работаем в режиме госзаказа. Ежегодный план заготовки донорской крови формируется на основании заявок руководителей лечебно-профилактических учреждений республики. Поэтому необходимое количество доноров обусловлено потребностью клиник Татарстана и перед нами не ставится задача ежегодного увеличения доноров. Их количество регламентируется потребностью донорской крови.

— Какие информационные технологии используются в вашей работе?

— 10 лет тому назад мы одни из первых в РФ разработали гемотрансфузиологический регистр доноров. На сегодняшний день в нашей базе данных более 400 тысяч доноров. Вообще ежегодно около 60 тысяч доноров сдают кровь. Это и кадровые доноры, и разовые, все они находятся на нашем учете. Мы ежедневно получаем информацию изо всех специализированных служб здравоохранения: наркологии, дерматовенерологии, СПИД-центра, тубдиспансера, санэпиднадзора, психоневрологии, благодаря чему гражданин, попавший в поле зрения этих служб, уже не может быть донором. Таким образом, осуществляется гарантированная защита наших пациентов.

— А если к вам приедет донор из соседней республики?

— К сожалению, мы не сможем взять у него кровь в соответствии с нынедействующим законодательством РФ. В перспективе, по многочисленным просьбам руководителей служб крови регионов, готовятся поправки в действующее законодательство, так как банально нарушаются конституционные права граждан государства. Но эта мера сегодня оправдана, потому что мы не имеем возможности ознакомиться с послужным списком потенциального донора. Сейчас в Российской Федерации готовится к вводу единая информационная программа о донорах всей страны, которая позволит изменить данную ситуацию.

— В каком случае, даже при большом желании, человек не может сдать кровь?

— Принцип «не навреди!» неукоснительно соблюдается в службе крови. Донором может быть только абсолютно здоровый человек. Сдача крови не должна стать причиной для ухудшения здоровья донора, а уж тем более для человека, которому кровь будет переливаться. Малейшее изменение анализов крови или самочувствия человека, ряд перенесенных заболеваний, изменение артериального давления будут являться противопоказаниями к донорству.

— Можно привести какую-нибудь статистику по составу доноров?

— Среди доноров 70% – мужчины, 30% – женщины. Наиболее активная возрастная группа — от 20 до 24 лет (15,9%) и от 40 до 44 лет (14,0%). Сегодня в законодательных актах нет возрастного ограничения. Зачастую к нам приходят абсолютно здоровые люди старше 60 лет, которых мы тоже привлекаем к донорству.

— Зачем человеку полезно быть донором?

— Это банально просто. Доказанный факт, что наши доноры в период эпидемии гриппа болеют в 4−5 раз реже. Иммунитет их намного выше среднестатистического гражданина благодаря постоянному обновлению крови. Посмотрите на наших доноров, у них цветущий вид. Они регулярно и бесплатно обследуются у специалистов службы крови, следят за своим здоровьем и получают моральное удовлетворение.

«Я люблю свою работу и умею ее качественно исполнять…»

— Вы в медицине с 1973 года. Какой период для вас был наиболее интересным с точки зрения приобретения профессионального опыта?

— У меня жизнь сложилась таким образом, что я начал свою медицинскую карьеру врачом-хирургом. Эта специальность, сложности которой никому не надо объяснять. Моими учителями были доцент Федоров Владимир Владимирович, профессор Сигал Михаил Семенович. Это были специалисты от бога, и они оставили неизгладимый след в моей жизни.

Из-за аллергического заболевания профессию пришлось поменять. Работа под началом профессора Гилязутдиновой Зайнаб Шайхиевны во второй акушерской гинекологической клинике ГИДУВа, где я был единственным анастезиологом, дала мне совершенно новый опыт.

Обе профессии, безусловно, помогли мне в дальнейшей работе главным врачом РСПК, на которую меня пригласили в 1988 году. Работа главного врача значительно отличается от моего предшествующего опыта. Здесь понадобились совершенно другие навыки и рефлексы. Мне повезло в жизни, я всегда занимался и сейчас занимаюсь любимым делом и поэтому, считаю невозможным расставлять какие бы то ни было приоритеты. Главное, что я люблю свою работу и умею ее качественно исполнять.

— Какого стиля руководства вы придерживаетесь? Бытует мнение, что Вы достаточно жесткий руководитель…

— Мне импонирует профессиональный стиль руководства. Повышать голос на сотрудников много ума не надо, если ты не научил их собственным примером. Много лет назад я сказал руководителям отделов, что для меня важен конечный результат их работы. Я никогда не буду вмешиваться по мелочам, решать за них кадровые и иные вопросы.

Каждый руководитель должен быть хозяином в своем отделении. Это доверие порождает уверенность, самостоятельность и ответственность. Сотрудники оценивают это и показывают все, на что они способны. Я не собираюсь менять этот стиль, так как вижу его положительные результаты на протяжении 23 лет административной работы. За эти годы мне удалось создать колоссально работоспособный и дружный коллектив профессионалов.

— В одном из интервью вы сказали, что вам повезло в жизни — у вас надежные друзья. Какое значение Вы придаете дружбе?

— Для мужчины дружба — это много. Идеально, когда у тебя надежные друзья. И совсем необязательно, чтобы они были с тобой одной профессии. Важно, чтобы они были с тобой «одной крови». Даже интересно, когда тебя посвящают в тонкости других специальностей. Замечательно, если у вас общие интересы и увлечения. В дружбе количество друзей не определяет качество. В этом плане мне повезло с друзьями. Кому не повезло, сочувствую.

— Какой отдых Вы предпочитаете? Можете целый день пролежать около телевизора, с книгой?

— Вряд ли при моем характере мне удастся пролежать целый день. Нет, это не мое. Я люблю охоту, занимаюсь ею больше сорока лет, это серьезная мужская забава. Зимой — езда на снегоходе, летом — на квадроцикле, на отдыхе — подводное плавание. Это интереснее, чем в спортзале поднимать железки. Могу составить компанию на рыбалке. В моем понимании отдых должен быть активным и интересным.

— Есть правило, которому Вы никогда не измените, независимо от обстоятельств?

— Порядочность и профессионализм. Причем профессионализм не только в профессии, но и во всем, чем ты занимаешься. Я вкладываю в эти понятия большой смысл. Мне всегда говорил отец: «Делай всегда хорошо, а плохо получится без твоего желания».

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева