Новости
30 Сентября 2015, 17:00

«Зима близко»: поведение бизнеса в кризис

О поведении бизнеса в кризис рассуждали сегодня участники казанского экономического форума. Признав охлаждение российской экономики, эксперты, между тем, призвали предпринимателей не опускать руки и действовать — искать новые ниши и «жертв» — неэффективных игроков, которых нужно гнать с рынка.

«Зима близко»

«Кто-нибудь смотрел „Игру престолов“? Там есть один лозунг — „зима близко“. Такое же ощущение складывается в отношении российской экономики. На какой мы стадии на подступе к зиме, мы не знаем. Мы продолжаем играть в любовь, в бизнес, но прекрасно понимаем, что когда придет зима, все накроется медным тазом», — именно с этой фразы начал свое выступление на казанском экономическом форуме гендиректор ЗАО «Эссен Продакшн АГ», депутат Госсовета РТ Леонид Барышев.

Россия, по его словам, быстро отскочила в кризис образца 1998 года, когда спрос финансировался инфляцией. Это же страна проходила в кризис образца 2008 года.

Сегодня конъюнктура в реальном секторе экономики такова, что спокойное отношение к деньгам порождает эффект накапливания и, как следствие, снижение оборота.

«Если не узнать потребительский спрос и не увеличить инвестиции, то в следующем году следует ожидать падения ВВП на 10%, — считает Барышев, а текущие, относительно неплохие показатели в экономике Татарстана он связывает с достижениями республиканской „нефтянки“ и вводом новых объектов. — Только „Аммоний“ добавляет в статистику миллиард долларов. Все остальное падает и будет падать. Например, в этом году застройщики прекратили строить. Как следствие, в следующем году сократятся показатели по объемам ввода жилья».

На фоне ухудшения прогнозов в отношении экономики эксперты говорят и о дальнейшем ослаблении рубля.

Напомним, ранее главный экономист Альфа Банка, эксперт TatCenter.ru по вопросам экономики и финансов Наталия Орлова заявляла, что правительство и ЦБ вряд ли предотвратят ослабление рубля, в связи с чем она не исключает, что к концу года курс нацвалюты может составить 75 руб./$.

Несколько более сдержанный ориентир у аналитиков Сбербанка — как говорит начальник управления продаж малому бизнесу реготделения Сбербанка России Ляля Зарипова, аналитики банка прогнозируют, что к первому января 2016 года и доллар, и евро могут стоить 65 рублей.

Между тем, несмотря на охлаждение в экономике, ни одна отрасль не получила ограничений по льготному кредитованию, говорит Зарипова. Другое дело, что бизнес кредитуется весьма неохотно.

«Я пережила три кризиса с банком… Дам одну рекомендацию — не надо гоняться за дешевыми кредитами. Есть золотое правило: срок кредита должен быть больше срока окупаемости. Тогда у предпринимателя не возникает проблем», — заявила Зарипова на форуме, добавив, что проблем ликвидностью у банков нет, поэтому малому и среднему бизнесу в кризис можно «кредитоваться без опаски».

Доверять, по ее словам, можно и малым региональным банкам — с 1998 года в Татарстане не исчез ни один банк, напомнила Ляла Зарипова.

В России производителю нужны условия

Эксперты уверены: чтобы выжить, бизнесу необходимо ориентироваться в ситуации экономической стагнации. Однако одной ориентации мало, необходимы условия. На примере пищевой промышленности, которая в кризис падает меньше остальных, но в то же время обличает все трудности импортозамещения и ориентации на запад, Леонид Барышев рассказал, с какими трудностями столкнулся бизнес.

«Мы обречены покупать технологии на западе. Сейчас говорят — делайте „конкурентоспособную экспортную продукцию“. Мы берем в Сбербанке кредиты по 9,5%, возьмем оборудование за миллиарды. Все это будет монетизироваться, и я буду вынужден бороться с импортными производителями — теми, кто брал кредиты под 1%, с их уровнем инфраструктуры и поддержки. Ничего я там не продам, остается продавать только здесь, в России. Но для этого здесь нужны условия», — заявил с позиции бизнеса Барышев.

Потребление населения в РФ пока что ориентировано на западный продукт, и местные производители не могут просить ту же цену, что и за импортный аналог, соглашается гендиректор BrightConsulting Мария Яшенкова, по словам которой, 60% молочного, 50% мясного и кондитерского рынков в России являются международными.

Ситуацию могло бы исправить наличие производств оборудование в стране, однако ни машин, ни сырья, которые бы отвечали современным стандартам качества и могли бы конкурировать с западными аналогами, в России по-прежн
ему нет.

«Встать в позицию продавца»

Между тем, опускать руки и сдаваться эксперты бизнесу не советуют — напротив, кризис — неплохое время для качественного «рывка».

«Потребители терпят повышения цен на продукты питания до 25%. Предпринимателям остается только узнавать и прогнозировать предпочтения покупателей и менять собственную линейку, — говорит Леонид Барышев. — Начинающим предпринимателям рекомендую искать локальные рынки (вроде Дальнего Востока), но сначала встать в „позицию продавца“, оценить рынок, и только потом производить».

В целом, по оценкам экспертов, у бизнеса в кризис есть как минимум два ситуационных поведения — пойти инновационным путем и найти новую нишу или «искать жертв» и гнать с рынка неэффективных игроков, которые не готовы перестраиваться под изменившиеся условия.

Илья Иванов

Экспертный круг
24 Сентября 2026, 07:00

Владимир Еремин: не объемом, а структурой — можно ли повысить отдачу от инвестиций

Татарстан вложил 1,67 трлн рублей в основной капитал, почти половина инвестиций пришлась на обрабатывающие производства. Однако значение имеет не только объем вложений, но и то, в какие отрасли направляются деньги. Может ли изменение структуры инвестиций повысить их экономическую отдачу?

Еремин Владимир Владимирович, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института финансово-промышленной политики и проблем экономической безопасности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, для TatCenter рассказал о том, как структура инвестиций влияет на экономический рост, почему одинаковый объем вложений дает разный результат и зачем региону собственный межотраслевой расчет.

фото предоставлено автором

Российская экономическая политика работает в условиях, когда возможности традиционных инструментов стимулирования ограничены. По состоянию на 8 сентября 2026 года ключевая ставка Банка России составляет 14%, а годовая инфляция по итогам июля была на уровне 6% при цели 4%. Это означает, что быстрое смягчение денежно-кредитной политики имеет объективные ограничения. В этих условиях возникает другой вопрос. Если существенно увеличить общий объем инвестиций сложно, можно ли получить больший экономический эффект от уже имеющегося инвестиционного ресурса?

Один из возможных подходов связан с инвестиционным мультипликатором. В упрощенном виде он показывает, какой прирост выпуска возникает в экономике в результате первоначального инвестиционного импульса. Если коэффициент равен 2,5, то в рамках принятой модели 1 руб. инвестиций соответствует 2,5 руб. дополнительного экономического эффекта.

Обычно величина мультипликатора рассматривается как результат множества макроэкономических факторов. Однако проведенные нами расчеты позволяют поставить вопрос иначе: часть этой величины может зависеть от того, в какие отрасли направляется инвестиционный ресурс. В авторской модели, построенной на данных Росстата и Банка России, расчетное значение национального инвестиционного мультипликатора составило 2,0148 в 2005 году, 2,0674 в 2008 году, 2,5046 в 2015 году, 2,3515 в 2022 году и 2,4530 в 2024 году.

Следующий этап анализа состоял в оценке связи между величиной мультипликатора и развитием отдельных видов деятельности. Для модельного расчета были выбраны производство пищевых продуктов, текстиля и изделий из кожи, а также готовых металлических изделий. Полученные коэффициенты показали различную чувствительность общего результата к изменению отраслевых параметров.

Практический смысл можно показать на условном инвестиционном пакете в 100 млрд руб. При первом варианте 60 млрд руб. направляются в пищевую промышленность и 40 млрд руб. в производство металлических изделий. Расчетный прирост ВВП составляет 245,41 млрд руб. При втором варианте структура меняется в пользу металлопродукции, и результат составляет 245,39 млрд руб. При третьем варианте 60 млрд руб. направляются в текстильное производство и 40 млрд руб. в металлические изделия. Расчет дает 245,62 млрд руб.

Разница внутри такого демонстрационного примера невелика. Но принципиален сам результат: при одинаковом объеме первоначального финансирования расчетный экономический эффект меняется в зависимости от его отраслевого распределения. Это дает основание рассматривать структуру инвестиций как отдельный параметр экономической политики.

На региональном уровне значение такого подхода может быть еще выше, поскольку экономические структуры субъектов Российской Федерации существенно различаются. Здесь показателен пример Республики Татарстан. По итогам 2025 года ВРП республики достиг 5,73 трлн руб., инвестиции в основной капитал составили 1,67 трлн руб., причем 49,8% вложений были направлены в обрабатывающие производства, а индекс промышленного производства достиг 109,9%.

Такие объемы показывают масштаб потенциальной задачи. Для региона важно не только привлечь очередные 100 млрд руб. инвестиций, но и определить, какая комбинация проектов даст максимальный прирост выпуска внутри самой республики, создаст больше заказов для местных поставщиков и не столкнется с ограничениями по кадрам, энергетике или инфраструктуре.

Это требует перехода от анализа отдельных инвестиционных проектов к межотраслевой модели. Проект должен оцениваться не только по собственной рентабельности, налоговым поступлениям и количеству рабочих мест. Необходимо учитывать, какой дополнительный спрос он создаст у поставщиков, какая часть этого спроса останется внутри региона, какие мощности потребуются и где возникнет последующий дефицит ресурсов.

Именно поэтому национальные коэффициенты из авторской модели нельзя механически переносить, например, на Татарстан. Для практического применения региону необходим собственный расчет на основе структуры ВРП, межотраслевых связей, инвестиций и ограничений конкретной территории. В такой конструкции государственная инвестиционная политика перестает сводиться к максимизации общего объема вложений. Ее дополнительной задачей становится оптимизация структуры инвестиций.

В период дорогого капитала этот вопрос особенно актуален. Когда дополнительный инвестиционный ресурс ограничен, экономическая политика получает еще один резерв эффективности: не обязательно вложить больше, чтобы получить больший результат. В отдельных случаях достаточно точнее определить, куда должен быть направлен следующий рубль инвестиций.

Lorem ipsum dolor sit amet.