Не стой на месте
21 Мая 2015, 10:13

«Не стой на месте!» — с Артёмом Прокофьевым

Депутат Госсовета Татарстана Артём Прокофьев с детства мечтал стать политиком. О том, куда приводят мечты, есть ли дружба в политике и как добиваться своего — в новом проекте «Не стой на месте!

Проект «Не стой на месте!» — серия аудио-интервью с деловыми и общественными лидерами Татарстана, созданная предпринимателем Айратом Сунгатуллиным. Другие выпуски передачи:

Текст интервью читайте ниже.

— Добрый день, дамы и господа, уважаемые слушатели! Меня зовут Айрат Сунгатуллин, и мы продолжаем серию передач «Не стой на месте»! Сегодня у нас специальный выпуск, сегодня у нас в гостях депутат Государственного совета Республики Татарстан Прокофьев Артем Вячеславович. Артем Вячеславович, здравствуйте!

— Здравствуйте!

— Могу сказать, что Вы меня дважды удивили. Во первых, что согласились на мое интервью и согласились весьма открыто, во вторых, что от меня никто заранее не потребовал вопросы к этому интервью.

— На самом деле я очень рад принять участие в таком молодом, интересном, дерзком проекте. Что касается вопросов, я как раз настроен на откровенную беседу, тем более, что нашей партии это дает определенную закалку, никаких вопросов заранее, мы будем с вами говорить откровенно.

— Позвольте несколько вопросов о Вас непосредственно. Вы учились в Казанском Государственном университете по специальности политология, могли ли вы предполагать, что в столь молодом возрасте возрасте станете депутатом Государственного Совета Республики Татарстан?

— Что касается моей ориентации на политическую работу, политическую деятельность, то эта идея была сформулирована уже со школы и это не было спонтанным потоком и меня неслучайно вынесло на эту должность. Меня с детства интересовала история политических деятелей не только наших стран, но и других, также интересовали истории политических перипетий политической борьбы. Потом я увлекся юриспруденцией, понял, что юриспруденция — одна из политических дорог, с которых начинают политические деятели. Например, я с 9 по 11 класс ходил после школы, 4 раза в неделю, в правовую школу, где нам читали лекции. Также участвовал в олимпиадах по праву, на всероссийском уровне занял первое место.

— Артем Вячеславович, сейчас многие молодые ребята рвутся в политику, кто-то хочет стать политиком, кто-то хочет устроиться в «Газпром». Почему у молодого поколения такое рвение?

— Я такого рвения не вижу, возможно, существуют такие представления у части молодежи, что эта работа необременительна, что она хороша с различных точек зрения. На самом деле, это не более, чем миф. Я не уверен, что этот миф полезен, возможно, в чем-то даже вредный, так как человек должен идти в политику только тогда, если он хочет что-то изменить, что-то улучшить. Если у него, у молодого человека, нет внутреннего рвения, то считать, что он просто придет и будет этим заниматься, это не так.

В политике все очень жестко, хищно, и если ты думаешь, что ты просто пришел посидеть, то как говорят среди молодежи, «очень скоро тебя съедят».

Что касается «государственных корпораций», то это тоже проблема. Добыча газа по сравнению с Советским Союзом не выросла, а персонал вырос чуть ли не в четыре раза. Это все неэффективный рост, поэтому молодежь должна идти в те сферы, где она видит, что может что-то изменить и сможет принести пользу обществу.

— У меня в одной из передач в гостях был Дамир Ильдусович Фаттахов, глава администрации Московского и Кировского районов Казани. На вопрос помогает ли дружба в построении карьеры, он ответил «да». Когда я готовился к этому интервью, я обратил внимание на фразу, которую Вы сказали 9 сентября 2013 года, о том, что «Друзьям — всё, а остальным закон». Считаете ли Вы, что дружба помогает в построении карьеры и есть ли дружба в политике?

— Я хотел бы подчеркнуть, что эту фразу я озвучивал не как жизненное кредо, а критическую зарисовку на те вещи, которые мы видим в нашей современной жизни. То есть, для некоторых друзей делаются исключения, в данн
ом случае речь ведется о самых высокопоставленных лицах.

Речь прежде всего идет о том, что в нашей стране те цели, которые мы перед собой ставим, должны быть обеспечены безусловным равенством перед законом, начиная с первых лиц и заканчивая рядовым гражданином.

Безусловно, дружба важна, не только конъюктурная, что кто-то кому-то поможет, а именно дружба, которая идет с детства. Также дружба важна и в партийной борьбе, но это не говорит о том, что кто-то кого-то должен волочить вопреки законодательству, отказавшись от здоровой конкуренции.

— Если говорить о серьезном. «Коммунизм» как учение говорит, что основной целью является отмена частной собственности и освобождения человека и общества от экономического и социального гнета. Считаете ли вы эффективным отмену частной собственности для нашей экономики?

— Я хотел обратить внимание, что наша программа предусматривает два этапа реализации целей нашей партии. И если вести речь о втором этапе, то задачи на этом этапе ставятся нереалистичными, так как ко второму должна быть проведена большая подготовительная работа. Я хотел бы обратить внимание на первый этап и обратить внимание на задачи, которые стоят на повестке сегодняшнего дня и записаны в программе нашей партии.

Это прежде всего национализация отрасли, которая связана с добычей ресурсов нашей страны, также национализация отрасли транспорта, к примеру, железные дороги, также энергетика. Именно национализация этих отраслей стоит на повестке сегодняшнего дня. Но вы скажете, как можно об этом говорить? Но мы должны на эту ситуацию взглянуть трезво.

Сегодня то, что называется «государственными корпорациями», выглядит примерно так: «приватизация прибыли, национализация убытков», поэтому эта схема плоха со всех сторон.

Мы недавно услышали, что топ-менеджмент государственных корпораций не должен отчитываться о своих доходах. Но, позвольте, если это общенародная компания, как же так? Почему они стесняются открыть эту информацию? На Западе эта информация вся открыта, почему у нас ее скрывают? Поэтому на данном этапе развития нашей страны, этот вектор будет лучшим выходом из сложившейся ситуации. Кстати, по данным опросов населения, идею национализации поддерживает большинство.

— Плох тот солдат, кто не хочет стать генералом. Впереди президентские выборы, планируете ли Вы когда-нибудь выдвигаться на эту позицию в Татарстане?

— Нет, такой задачи не ставится. На сегодняшний день, что касается предстоящих выборов, у нас идет активное обсуждение кандидатов, которые будут от нашей партии. Рассматриваются разные кандидатуры, среди них меня нет. 4 июля мы узнаем кандидата от нашей партии на пост президента Республики Татарстан.

— Многие инициативы КПРФ в Госсовете отклоняют. Платные муниципальные парковки, законопроекта о назначении прожиточного минимума семьям с детьми от 1,5 до 3 лет — и этот список отклонений можно продолжать. Какова Ваша реакция, что большинство инициатив партии «разворачиваются»? И как Вы с этим боретесь?

— Если посмотреть просто на статистику, она удручает. Получается, что из 14 законопроектов принято только два, и то — только там, где в соавторстве были депутаты от партии «Единая Россия». Но я хотел бы отметить несколько моментов. Один из законопроектов, которые мы вносили, это использование копий знамени победы в Республике Татарстан. Мы получили отрицательные отзывы, но это были отзывы о том, что в целом идея правильная и ее реализация возможна подзаконно нормативным актам. И с учетом этого отзыва, на всех государственных учреждениях будут копии знамени победы — то, что предусмотрено законопроектом. Поэтому мы видим, что этот законопроект не был принят, но идея, которая была заложена, была реализована.

Если говорить о социальных законопроектах, то ситуация тут очень сложная. Мы выносим проблему на повестку дня, например, говорить, что у нас нет очереди в детский сад — это неправильно, так как мы получаем реальные обращения. И, к сожалению, мы составляем меньшинство в Государственном совете, но при этом это не снимает с нас обязанности выполнять нашу программу, с которой мы шли на выборы.

— Если говорить про муниципальные выборы в Татарстане. Как КПРФ планирует принимать участие и сколько кандидатов планирует выставить?

— Я могу сказать, что у нас сейчас идет горячая пора подготовки к муниципальным выборам. Действительн
о, кампания масштабная, так как будет выбираться восемь тысяч депутатов муниципального уровня. Я могу, для сравнения, сказать, что у нас в партии полторы тысячи членов, также есть большое количество сторонников и это показывает масштаб задачи.

Мы, конечно, не сможем претендовать на все мандаты, мы не сможем выставить кандидатов на каждый распределяемый мандат, но тем не менее, мы ориентируемся на 30% мандатов.

Сейчас мы активно работаем с молодежью, в этом смысле мы для молодежи открыты и после «проверочных» мероприятий готовы даже рисковать и их выдвигать, пусть пробуют. На этих муниципальных выборах мы видим задачу привести туда молодежь. Почему? Потому что у молодых депутатов не «замылен» глаз, не зачерствели сердца. На данный момент у нас около 200 муниципальных депутатов, но мы надеемся увеличить их количество по итогам выборов и эта задача для нас номер один.

— В конце передачи по доброй традиции у нас вопросы по Марселю Прусту.

— Неожиданный сюрприз.

— Ваша самая характерная черта?

— Настойчивость, упорство.

— Качества, которые Вы больше всего цените в мужчине?

— Честность, держать свое слово.

— Качества, которые Вы больше всего цените в женщине?

— Верность.

— Что Вы больше всего цените в Ваших друзьях?

— Чувство товарищества, плечо.

— Что является Вашим главным недостатком?

— Может быть, порой недостаточно внимателен к людям.

— Какое Ваше любимое занятие?

— Чтение.

— Что Вы считаете самым большим несчастьем?

— Потеря близких.

— Каким Вы хотели бы быть?

— Таким, чтобы мои близкие могли оценить меня как хорошего человека.

— В какой стране Вам хотелось бы жить?

— В России.

— Ваш любимый цвет?

— Красный.

— Ваш любимый цветок?

— Тюльпан.

— Ваша любимая птица?

— Орел.

— Любимый литературный герой?

— Сложно назвать, откровенно говоря. Я затрудняюсь ответить на этот вопрос.

— Любимые имена?

— Артем, Александр, Мария, Гульнара, Сария.

— Любимая героиня в истории?

— Екатерина II

— Исторические персонажи, которых Вы презираете?

— Власов, но мне не хотелось бы их упоминать.

— Реформы, которые Вы цените особо высоко?

— Введение всеобщего образования в нашей стране, введение общедоступной бесплатной медицинской помощи. Также введение института присяжных заседателей в 1864 году. Освобождение крепостных, 1861 год. На самом деле данных реформ достаточно много.

— Способность, которой Вам хотелось бы обладать?

— Исправлять некоторые ошибки.

— Как бы Вы хотели умереть?

— Я бы не хотел задумываться об этом вопросе.

— Ваше состояние духа в настоящий момент?

— Оно весьма торжественное.

— Ваш девиз?

— Кто хочет, тот добьется!

— Спасибо!

Беседовал Айрат Сунгатуллин

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.