Спрос превышает предложение даже в кризис

— В последние годы на рынке появилось много новых материалов для строительства. Как это отразилось на продажах кирпича? Выгодно ли сегодня из него строить?

— Не могу сказать, что обилие новых строительных материалов это плохо. Наоборот, это выбор для клиентов. Можно создать более интересные архитектурные решения. Сейчас модно сочетание разных фактур и материалов. Но ситуация на рынке такова, что традиционным стройматериалом по-прежнему остается кирпич. Особенно в Татарстане, где обращают внимание на то, чтобы сделанное служило долго.

Кирпич — материал, проверенный годами, тысячелетиями, он может служить веками. Как застройщики, так и частные клиенты отдают ему предпочтение в силу прочности и надежности. Конечно, есть и те, кому долгосрочность не принципиальна, лишь бы хватило на свой век. Но это, скорее, исключение из правил.

— Кирпич дороже других материалов?

— Смотря с чем сравнивать. Кирпич бывает для внутренних стен, цоколя, для фундамента, для облицовки дома. Если возьмем, например, лицевой кирпич, то с уверенностью могу сказать — это один из самых оптимальных материалов при соотношении цена-качество-фактура-красота, отсюда и бешеный спрос на него. Если мы даже берем с учетом повышения цен, то наши местные производители, в среднем, отпускают продукцию за 1−1,5 тыс. рублей за квадратный метр, без учета работы. Даже сейчас, когда стоимость кирпича составляет 25−30 рублей, 1,5 тыс. рублей за квадрат, какая может быть более доступная альтернатива? За материал, который долго служит, не боится плесени, грибка, воды, сочетает в себе прочность, натуральность и экологичность.

— За последние годы появилось много новых технологий. Как совершенствуется кирпич?

— Если технологии производства кирпича и изменились, то лишь в направлении экономии времени, сил, средств и энергоэффективности. Всем сейчас нужно строить быстрее и качественнее. Например, новые технологии дают возможность не возводить, как в сталинских домах, стены больше метра толщиной, есть блоки, поризованная керамика — в ней есть микропоры и пустоты, что дает низкую теплопроводность стены. Таким образом, стена становится в несколько раз теплее. Также с помощью пустотности кирпича уменьшается нагрузка на фундамент, что позволяет оптимизировать расходы на строительство фундамента и рабочую силу. Но все эти технологии бережные — они сочетают в себе традиционные плюсы и включают в себя современные разработки.

— Я думаю, многие этого не знают.

— Ровно до тех пор, пока не начинает строиться и размышлять, из чего возводить дом.

— Наталья, как рынок кирпича переживает кризисные времена?

— Я в этой области уже 14 лет, помню кризисы 2008 и 2014 годов. Кирпич всегда ярко отражает ситуацию на рынке, через него можно увидеть экономику. Возвращаясь к пандемии, могу сказать, что да, многим пришлось нелегко, люди жили в страхе неизвестности. Но строительство шло в привычном темпе, на какой-то период темп замедлился, потому что людям стало страшно тратить деньги, они отложили планы, особенно когда появился запрет выезжать, перемещаться, закрылись въезды в города. Но кардинально на строительную сферу это не повлияло. Наступил 2021 год, пандемия дала понимание, что жить в четырех стенах многоэтажки сложно, у населения появилось огромное желание быть ближе к природе, потому что свобода — самое ценное. Люди массово стали принимать решение о покупке земли, своих домов, чтобы наслаждаться свежим воздухом и свободой передвижения.

В тот же непростой для экономики момент правительство решило поддержать сферу строительства, появились льготные кредиты, их стали выдавать, в том числе, на загородное строительство. Впервые в своей практике видела, чтобы они выдавались под 4% годовых, что дало возможность массово строиться обычному населению.

Сошлось три фактора: отложенное до поры-до времени строительство, решение жить более свободно в собственном доме и льготное кредитование. В связи с этим летом 2021 года спрос на кирпич стал превышать предложение. Даже период 2010—2013 годов близко не сравнить с тем, что происходит в настоящее время. В прошлом году впервые произошло так, что заводы принимали деньги за продукцию вперед, и многие производства не рассчитали силы — не смогли произвести вовремя на полученную сумму. В результате подвели партнеров и клиентов, тяжело было получить продукцию. Но некоторые предприятия все же сработали грамотно и четко.

Дефицит сохраняется до сих пор. Поскольку обычно сезонно строительство замедляется где-то к ноябрю, заводы в зимний период успевают накапливать продукцию, и к сезону выходят и спокойно отгружают. Сейчас мы видим, что уже в январе на заводах почти ничего нет, очень маленький ассортимент в наличии, в феврале — тем более. Мы работаем в жестком дефиците. Так происходит, потому что спрос превышает предложение. Цены растут, а продукции нет.

— Как военная специальная операции России на Украине повлияет на строительный рынок? Отразится ли она на стоимости возведения домов?

— Сейчас период повышенной неопределенности, ситуация постоянно меняется. Трудно сказать, какие изменения произойдут, и какие останутся с нами. ЦБ резко повысил ключевую ставку. Могу предположить, что объем кредитования сократится. Думаю, это как раз восстановит баланс, поскольку кредитов станут выдавать меньше, финансирование приостановится, баланс спроса и предложения возвратится на круги своя. Но глобально, думаю, мы этого не почувствуем, сильного падения потребительского спроса на кирпич не будет, просто восстановится баланс.

— Что ждать по ценам?

— Цены на кирпич уже повысились, рост был вызван стоимостью ресурсов, сырья и ситуацией в экономике. Например, подорожало дерево — подросли цены на поддоны и т. д. Возможно, будет еще сезонное повышение, но все зависит от спроса.

— Это с отечественными производителями. А как с европейскими?

— Мы работаем с разными заводами, и отечественными, и европейскими. Понятно, что курс евро и доллара повлияет на последних. Пока одни партнеры ждут стабилизации курса и вообще приостановили отгрузку заказов, другие зафиксировали курс на продукцию, которая есть на складе, и меняют прайс.

Предприятия научились планировать

— Если перейти к вашей компании, как изменится стратегия ее развития?

— На нашу сферу происходящее в экономике — пандемия и прочие события — окажут положительное влияние. Тренд малоэтажного, частного строения будет расти. Из-за ситуации в Украине, возможно, организуется временное затишье, но оно условно. Опять наблюдается повышение спроса, потому что люди боятся инфляции, хотят потратить деньги, вложить во что-то. Кто-то, кто рассчитывал на ипотеку, притормозят. Но, повторюсь, на нас это сильно не повлияет, потому что тренд загородного и экологичного домостроения сохраняется.

— Сколько в среднем сейчас клиенты ждут кирпич?

— Если мы хотим более интересные, эксклюзивные позиции, то несколько месяцев. Если вы готовы строить из того, что есть, то мы можем через неделю-две привезти то, что есть в наличии. Мы так и работаем с клиентами. Не всем важен внешний вид, кому-то, наоборот, это принципиально. У всех разные потребности и бюджет, производители подстраиваются. Если только задумываетесь строиться, заказывать кирпич нужно заранее, за несколько месяцев.

— Спрос растет и в сегменте многоэтажного строительства, и по загородному жилью?

— Если мы говорим о многоэтажном строительстве, то в последние годы речь идет о том, что все больше высотных домов в Татарстане строится из кирпича. В частности, это происходит благодаря приходу нового главного архитектора РТ. Но если говорить о нас, то это больше загородное жилье. Наша деятельность в большей степени ориентирована на рынок малоэтажного строительства.

— Вы работаете напрямую с владельцами земельных участков или с застройщиками?

— И с теми, и с другими: это и частные клиенты, и строительные компании. Есть и новый сегмент клиентов — организации, у которых строительство домов превратилось в профессиональную деятельность, они строят их на продажу. Есть строительные компании, которые строят под заказ, есть обычные прорабы, которые оказывают какие-либо услуги. С этим клиентским массивом мы работаем.

— Отношения с застройщиками формируются как-то по-особенному?

— Скажем так, исходя из их потребностей. Кто-то строит на продажу, ему нужно дешевле. Частному клиенту нужно качество, чтобы это было на совесть. У каждого свои приоритеты, бюджет, вкусовые предпочтения.

— А как с поставщиками работаете, как выбираете их?

— Мне важно, чтобы поставщики и заводы держали слово и выполняли обещания. Есть предприятия, с которыми работаем 14 лет. Не всегда получается, потому что работаем мы в России, бывает всякое. В прошлом году случалось, что кто-то подводил, но это больше связано с неопределенностью в экономике. Да и не все предприятия еще научились работать экономически правильно, стабильно. Приведу еще раз пример прошлого года, когда ряд заводов принимали предоплату, а потом не могли предоставить продукцию, такого никогда не было. Некоторым заводам мы оплатили продукцию в феврале, а отгрузки затянулись до декабря. Большой стресс для компании, но такая ситуация сложилась по всей стране.

Стараемся находить общий язык с клиентами даже в такой ситуации. Я вижу позитивные тенденции: рынок научил всех — и бизнес, и потребителей — планировать на долгий срок. Сейчас уже заводы делят продукцию, дают квоту, равномерно распределяют между заказчиками. Так что мы работаем в достаточно жестких квотах, у нас нет продукции, которую мы бы хотели взять в том объеме, в котором мы можем. Почти как в советские времена по талонам…

— А что изменило бы ситуацию? Новые производства?

— Экономика циклична, она все равно сама все расставит по местам. Кто-то, возможно, новые заводы начнет строить и успеет. Кому-то достанется период стабилизации.

— Наталья, как в вашем сегменте обстоят дела с кадрами?

— Есть кадровый голод, и в последние лет 5 проблема все больше усугубляется. Связано это с тем, что меняется поколение, взгляды, рынок труда. Те компании, которые не подстраиваются под реалии рынка, теряют сотрудников. Нужно смотреть в новую единицу времени. 10 лет назад работали одни правила ведения бизнеса, сейчас они другие, такая вот постоянная игра. У молодого поколения другие потребности. Когда много работы на удаленке, через интернет, на себя, мы видим тренд фрилансерства, и это нужно учитывать.

Сейчас на рынке труда спрос превышает предложение. Я работаю в этом направлении всегда, стараюсь, чтобы у нас не было в компании проблем с кадрами, применяем новые фишки. Закон жизни: все не статично, и это самое стабильное. Компания прошла разные этапы, пережила сложные времена, в свое время у нас и банк банкротился, и люди уходили, не выдержав трудностей. Я спокойно отношусь к тому, что у людей меняются обстоятельства, они приезжают и уезжают. Мы стараемся поддерживать своих сотрудников в радостные и сложные периоды.

— У вас спрос больше на менеджеров по продажам или руководящих сотрудников?

— На первых, конечно. Потому что руководящих я стараюсь выращивать из своих менеджеров. Нельзя просто поставить у руля людей, которые ничего не знают о компании, ее специфике.

От «дикого» рынка к цивилизованному

— Не так давно вы вошли в состав совета бизнес-клуба Zagorod, объединяющего игроков рынка ИЖС. Что вас подвигло сделать такой шаг? Как вы оцениваете роль такого рода бизнес-сообществ для развития строительного рынка?

— Сообщество соответствует моим ценностям, ценностям компании, я всегда за то, чтобы люди получали более качественное. И когда президент клуба Александр Чесноков поделился своей миссией, я увидела, что она полностью соответствует моей. Я за то, чтобы делать хорошо для людей, тогда они получают ценный продукт, услуги, хорошее качество жилья. Сообщество профессиональных игроков индивидуального домостроения помогает сформировать рынок ИЖС, где, в конечном счете, выигрывают все. У нас единые цели, мы в одной лодке, усиливаем друг друга.

— Однажды вы сказали, что 12 лет назад, когда создавали компанию, мечтали создать цивилизованный рынок кирпича. Оглядываясь назад, как оцениваете пройденный путь? Все получилось?

— Начну с того, почему вообще я оказалась в этом бизнесе. У меня экономическое образование, в 21 год окончила Казанский инновационный университет, мой любимый вуз, была активисткой. Выбрала экономический факультет, потому что просто обожала экономику. Связываю это с тем, что первый курс заканчивала в 10−11 классе, это был экспериментальный класс, и мы параллельно старшеклассниками учились в вузе. У нас был очень хороший преподаватель по экономике, прививший нам любовь к ней, мы его обожали. Экономика, в т. ч. предприятий интересовала меня еще и потому, что мои родители были бизнесменами. И когда распался Советский Союз (а папа у меня военный, мама — медик), нужно было как-то выживать.

Папа купил грузовик на свою военную пенсию. Открыли торговые точки у себя на родине, на Урале. Так и начался семейный бизнес. К началу 2000-х у родителей было порядка 7 торговых точек на разных рынках, магазин хозяйственных товаров. Я вместе с нами росла в этом всем, помогала. На точках продавались строительные материалы — краски, лаки. С детства я знала все шпатлевки, валики, краски и умела их продавать. В 14 лет могла сама сделать ремонт в комнате, как-то с подружкой его провернули за один день.

Родители у меня труженики, а я всегда помогала: была и уборщицей, и продавцом, и бухгалтером… Знала, как работает бизнес, знала «кухню» изнутри. Поэтому и в институте училась с большим удовольствием.

— О чем мечтали тогда?

— Что у меня тоже когда-то будет свое предприятие. Когда я закончила институт с красным дипломом, сначала ушла в наем. Но уже через несколько месяцев решила открыть свою компанию. Родители настаивали, чтобы я вместе с ними открывала еще один магазин по их направлению, но я отказалась. Понимала, что этот рынок в том виде уже себя изжил.

Провела маркетинговое исследование, думала над направлением. На одной из точек у моих родителей продавался штучный кирпич. Подумала, почему бы не продавать его оптом. Это был 2008 год, на рынке не было компаний, которые бы оказывали такую услугу цивилизованно. Смысл видела в том, чтобы привнести ценность услуги — клиенты получали товар по заводской цене, мы помогали организовать доставку, оказывали сопутствующие услуги. В осуществлении задуманного мне очень помог муж, очень ему за это благодарна. Мы до сих пор работаем вместе: он курирует техническое направление в компании. Мы все время старались предложить что-то новое. Помню, наши идеи охотно внедряли и конкуренты…

— Не раздражало?

— Очень раздражало, было обидно. Но именно так и сформировался цивилизованный рынок. Сейчас я отношусь к этому философски, любая конкуренция для рынка благо.

— Есть мнение, что строительство — не женское дело. А вы как считаете?

— Отчасти соглашусь, это действительно нелегко. Не посоветую женщинам идти в эту сферу, здесь мужская работа, нужно много выдержки, нервов, здоровья. Возможно, мне помогли мои сильные качества. Но много раз я, признаюсь, буквально плакала в подушку, потому что в таком направлении часто обманывают, подводят, часто ты зависишь от кого-то. В такие моменты я всегда чувствовала духовную поддержку своей семьи. Спасибо моим родителям и родителям мужа, они всегда готовы были помочь, например, посидеть с детьми.

Женщине зачастую непросто выдержать натиск в условиях российской экономики, которые постоянно меняются. Сложно постоянно выживать и подстраиваться. Но есть и положительный момент: у нас работа творческая, связана с эстетикой и красотой. Меня вдохновляет создание красивых домов, архитектура, возможность осуществлять мечты людей. Это заряжает.

— Что сложнее строить — бизнес или свою семью?

— Сложно строить их одновременно. Когда родила первого ребенка, думала, как же люди живут с семьями и бизнесом? Пережила внутреннюю перестройку, рождалась как женщина, мама. Многие женщины между семьей и карьерой, своим делом выбирают что-то одно. Я поняла, что тут не может быть выбора. Для меня важно строить и семью, и бизнес.

— Возникало ли желание в сложные периоды закрыть компанию?

— Нет. Мой бизнес — мое детище. Как я могу закрыть то, что создавала? Я рождала бизнес и вкладывала в него все, как в ребенка. Как у мамы не стоит вопрос, воспитывать дальше ребенка или нет, я никогда не думала о закрытии. Если ты вложил столько ресурсов, сил и любви, просто не можешь не продолжать.

— Наталья, а ваш дом тоже построен из кирпича?

— Нет. Когда мы с мужем выбирали землю, моим критерием была близость к озеру, лесу… Я люблю, чтобы в жизни все было, как в сказке. Наша земля имеет статус сельхозназначения, на ней возводить капитальные постройки нельзя. Поэтому у нас дом не из кирпича, мы проводим там выходные дни. Но думаю, что все впереди. Свой кирпичный дом в будущем я обязательно построю.

Беседовала Оксана Бирюкова

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева