Мы не приоритет — стартапы и инновации впереди

Ирина Купряхина является председателем Союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Татарстана, главным экспертом по технологии моды республики. В разговоре с нашим изданием она подробнее рассказала о том, как борется с кассовыми разрывами и зачем привлекает студентов вместо внедрения 3D-технологий.

— Сегодня швейная отрасль переживает серьезную трансформацию. Как ваша фабрика находит и удерживает свою нишу в условиях мощной конкуренции со стороны азиатских производителей и крупных сетей?

— Сейчас сложная ситуация в отрасли, очень много предприятий закрываются. Не знаю, как мы выживем, но пока держимся за счет того, что мы давно на рынке, есть постоянные клиенты.

— Насколько важна для вас поддержка государства в рамках программ импортозамещения или поддержки легкой промышленности?

— Такая поддержка сейчас необходима как воздух. Мы берем кредиты на разные цели, на то, чтобы какие-то материалы купить. На это все нужны деньги. Так как сейчас ключевая ставка очень высокая, коммерческие запросы должны быть еще выше.

Если говорить про 2026 год, вряд ли у нас какая-то будет поддержка со стороны государства, потому что мы не являемся приоритетной отраслью — стартапом или каким-то инновационным проектом. Поэтому мы можем рассчитывать только на себя.

— Какие меры, на ваш взгляд, были бы наиболее эффективны для развития отрасли в Татарстане?

— Регион дает лизинг, например. Я успела еще взять в прошлом году под небольшой процент кредит на оборудование. Вот это нам давали, мы получили. У нас школьная форма и сейчас мы шьем на следующий год. У нас идет кассовый разрыв, а нам нужно дойти до следующего года, чтобы без школьной формы элементарно не остались наши школьники. Сейчас нужна оборотка (оборотные средства — Прим. ред.), а на оборотку не дает никто деньги. Хотела бы, чтобы нас услышали. Нам же форму сейчас нужно шить, а не летом.

Ставка на студентов

— Расскажите о модернизации производства. Используете ли вы автоматизированное оборудование, CAD-системы для проектирования лекал или технологии 3D-примерки? Как это влияет на скорость и качество?

— Я сама участвовала в разработке стандарта для пошива формы. Мы работаем очень давно. Наша школьная форма вся промаркирована, сертифицирована и сделана по ГОСТу. Если говорить про ту же 3D-примерку, в ней точно смысла нет. Также мы привлекаем студентов, чтобы они разрабатывали для нас новые модели и изделия.

фото: пресс-служба раиса РТ

— Со студентами каких вузов вы сотрудничаете в таком формате?

— Со студентами института легкой промышленности, мы постоянно работаем с техникумом технологии и дизайна. У института культуры сейчас очень хорошая база. В КФУ есть кафедра дизайна, они молодые совсем и им есть, куда двигаться. Вот с ними тоже начали работать.

— Сейчас многие компании столкнулись с проблемами логистики и поставок материалов. Как вы выстраиваете свою цепочку? Насколько она сейчас зависит от импортного сырья и удалось ли найти надежных отечественных партнеров?

— Логистика стала дольше и сложнее. Мы много лет работаем с Турцией и ткани берем, в основном, из Турции. У нас отработана вся схема и есть свои поставщики. Да, логистика стала дольше, дороже, но она работает.

— Одна из главных проблем легкой промышленности — нехватка квалифицированных кадров. Сталкиваетесь ли вы с этим? Как привлекаете и, что не менее важно, удерживаете специалистов: швей, конструкторов, технологов?

— Среди молодежи очень популярна профессия дизайнера. Все хотят быть дизайнерами, а конструкторами, технологами точно никто не хочет быть. Тем более швеей. Швея как профессия точно не популярна, это неинтересно и не совсем прибыльно. Хотя швеи зарабатывают неплохо.

У меня есть девочка, которая сейчас в КФУ учится на дизайне, вторая — в КНИТУ-КХТИ. Еще есть одна девочка из колледжа, она у меня швеей подрабатывает. А конструкторов нет. Я с удовольствием беру студентов, если есть возможность, я, конечно, стараюсь оставить их.

— Тренд на устойчивую моду и экологичность набирает обороты. Используете ли вы переработанные или органические материалы? Есть ли у вас программы по утилизации отходов производства?

— Мы не работаем по системе утилизации, у нас нет столько материала для переработки. Минимальные выпада (обрезки, отходы ткани — Прим. ред.) мы оставляем. У нас есть отходы от трикотажа, мы их отдаем или сами делаем на СВО подушки для раненых.

— Как изменились каналы сбыта за последние годы? Какой процент продаж приходится на онлайн?

— В онлайне мы практически ничего не продаем. У нас все идет оффлайн. У нас онлайн только конопля продается — дело в том, что мы еще занимаемся коноплей, выращиваем. Не так много сейчас, честно говоря. В основном, конечно, онлайн — это те, кто из Китая везет, в Киргизии шьет.

— Планируете ли развивать прямые продажи через маркетплейсы?

— Мы были представлены на маркетплейсах, но товар разобрали, там нет ничего хорошего. Я заплатила большие деньги за логистику и в итоге получилось, что не рентабельно.

фото: минобрнауки РТ

—  Казань — город с уникальной культурой и стилем. Планируете ли вы в своих коллекциях как-то обыгрывать татарстанские или казанские мотивы, создавая тем самым узнаваемый региональный продукт?

 — Я не думаю, что это надо. Если добавить национальные мотивы хочет какая-то школа, пожалуйста, мы это сделаем. В остальных случаях я считаю, что это ни к чему. У нас многонациональная страна и республика. Делать акцент на чем-то, я считаю, не стоит.

Уроки от WorldSkills и новые навыки

— Фабрика — это большая ответственность. А как вы учились быть руководителем? Был ли у вас наставник, чьи уроки вы особенно цените? Или главные управленческие навыки пришли с опытом, методом проб и ошибок?

— Я давно в своей сфере, уже 40 лет. Редко, когда я в какую-то другую сторону уходила. Больше опыта набираюсь и знаний. В последнее время большой толчок мне дало движение WorldSkills. Прокачали очень сильно навыки и скиллы.

Как российский эксперт, я проехала очень много стран со своей командой. В таких поездках ты смотришь, как люди работают, смотришь свои наработки, делишься. Подобный обмен опыта дает большую насмотренность. Как в других странах что работает, какие там используют технологии. Это очень важно, именно обмен опытом.

фото: из личного архива Ирины Купряхиной

Касаемо нового для меня направления по выращиванию конопли — обучаюсь этому. Те наработки, которые были в Советском Союзе, устарели и уже не актуальны. Смотрим на то, как устроен данный процесс у тех же китайцев, шведов, белорусов, американцев, которые были впереди нас.

Мой наставник именно по выращиванию конопли — Татьяна Алексеевна Федорова, которая была главным инженером на Льнокомбинате. Если взять по нашей специфике, то это, конечно, Ирина Филичкина. Она специалист по технологии моды и международный эксперт. Есть у кого учиться, есть такие наставники, как Антон Гуреев — известный блогер, прокачивают наши швейные предприятия.

У нас есть молодые ребята, которые открыли швейные цеха, самостоятельно чему-то научились. Приятно, что есть такое поколение. Ребятам примерно по 35 лет, они хорошо идут и хорошо разбираются во всем.

—Что дается сложнее: решать ежедневные задачи или заставлять себя смотреть на два-три года вперед?

— Ежедневные задачи очень сильно забирают энергию, ты как пожарный, которому здесь и сейчас надо срочно решить какие-то вопросы. На несколько лет вперед мне, наоборот, проще планировать, я, как и все нормальные женщины, являюсь мечтателем. Для меня это ближе.

— В чем для вас заключается личный и профессиональный успех? Как вы находите баланс между такой масштабной работой и личной жизнью?

— Очень сложно с этим балансом жить, потому что я одна сейчас, но у меня есть внуки, дети. Для меня это очень важно, потому что редко бываю в Казани. Я много путешествую. Посещаю выставки, учусь, поэтому для меня важно побыть с ними.

Я в своей «тарелке», мне нравится быть руководителем, заниматься легкой промышленностью, быть локомотивом в этой области. Получается, баланс в том, что нравится. Не когда ты делаешь это через силу, а когда это твое, и ты не просто работаешь, а делаешь это в радость и с удовольствием. Как Форд сказал — найди себе дело по душе и тогда ты не будешь работать. Вот это фраза про меня.

Екатерина Слюсарева

Центральный банк выступает главным регулятором, отвечающим за стабильность денежно-кредитной системы. Основным инструментом влияния на экономику является ключевая ставка, уровень которой определяется Советом директоров восемь раз в год. Главный ориентир — инфляция и инфляционные ожидания.

Фото: Банк России

Картина на сегодня

Данные по инфляции, которые предоставляет Рузэль Насыбуллин, руководитель ипотечного центра «Национальной Фабрики Ипотеки» в Казани, дают повод для осторожного оптимизма. По информации ЦБ, по итогам февраля рост ИПЦ с поправкой на сезонность (saar) замедлился до 5,8%, хотя средний трехмесячный показатель остается выше, на уровне 7,8%. Базовый индекс потребительских цен (БИПЦ) в феврале составил 4,7% saar.

Индикатор устойчивой инфляции БИПЦ, исключающий туристические услуги, продемонстрировал снижение до 3,9% saar. Это сигнализирует о том, что разовые факторы январского скачка цен уходят из статистики.

В Минэкономразвития также фиксируют позитивную динамику. В годовом выражении инфляция на 2 марта замедлилась до 5,72% по сравнению с 5,81% неделей ранее. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина ранее отмечала, что замедление начало происходить со второй половины января.

Однако риски сохраняются. Официальный прогноз ЦБ на год — 4,5−5,5%, но накопленная инфляция уже к 10 марта достигла 2,5%. С учетом запланированного на октябрь повышения тарифов (плюс ~0,7 п.п.) суммарный показатель может выйти на 3,2%.

Кроме того, в сегменте рыночных услуг по-прежнему фиксируются двузначные темпы удорожания без заметных признаков замедления.

фото: cbr.ru

15% или 14,5%?

Большинство аналитиков сходятся во мнении, что на заседании 20 марта регулятор продолжит цикл смягчения политики. Наш экспертный прогноз предполагает снижение ставки на 0,5 процентного пункта до 15% годовых. Сохранение текущего уровня практически не обсуждалось среди экспертов. Вопрос в том, насколько решительным окажется снижение.

Почему не на 1%? Надежды на более решительное снижение сразу до 14,5% эксперты называют преждевременными.

Рузэль Насыбуллин также полагает, что регулятор ограничится шагом в 50 пунктов, обращая внимание на сохраняющуюся неоднородность инфляционной картины.

Факторы давления

Главной целью денежно-кредитной политики Банка России остается удержание инфляции вблизи целевого уровня — 4% годовых. Однако на практике ставка вынуждена оставаться высокой из-за инфляционных ожиданий.

Как поясняет доктор экономических наук, профессор Казанского федерального университета Игорь Кох, в последние годы инфляционные ожидания граждан и бизнеса постоянно превышают официальные показатели. Это вынуждает ЦБ удерживать ставку на высоком уровне — на 8−10 процентных пунктов выше текущей инфляции, тогда как нейтральным уровнем считается превышение на 2−3 пункта.

Помимо инфляции, регулятор реагирует на состояние экономики. Сейчас экономика подает сигналы к охлаждению. По предварительным оценкам, в январе ВВП снизился на 2,1% в годовом выражении, а инвестиции в основной капитал по итогам 2025 года сократились на 2,3%.

«Спрос затормозился куда сильнее, чем ожидал ЦБ, на фоне негативного влияния НДС. Вероятно, и бизнес, и население откладывают свои потребительские настроения, отказываясь от крупных планов», — комментирует старший экономист инвестиционного банка «Синара» Сергей Коныгин.

Кох добавляет, что высокая ставка ограничивает доступ бизнеса к долгосрочным ресурсам для инвестиций и удорожает оборотное кредитование. Ведь только при низких ставках инвесторы предпочитают рисковать и вкладываются в реальный бизнес.

фото: Антон Черныш/TatCenter.ru

Риски и возможности для инвесторов

Несмотря на стабилизацию инфляции, для Банка России сохраняется ряд факторов неопределенности. Один из них — параметры бюджетной политики. Обсуждаемые изменения бюджетного правила, например, возможное снижение цены отсечения для нефти, могут привести к ослаблению рубля и усилению инфляционного давления.

Дополнительным фактором остается геополитическая напряженность на Ближнем Востоке. Ситуация вокруг Ирана толкает вверх мировые цены на нефть, что для российской экономики имеет двойной эффект. С одной стороны, дорогая нефть увеличивает доходы бюджета и поддерживает рубль. С другой, несет риски для глобальных рынков.

В преддверии смягчения денежно-кредитной политики инвесторам стоит обратить внимание на долговой рынок. Сергей Коныгин из ИБ «Синара» рекомендует присмотреться к длинным ОФЗ:

Заседание 20 марта, скорее всего, продолжит курс на смягчение до 15% годовых, но темп этого движения будет осторожным.

Анастасия Сорокина