С 24 по 26 мая в Санкт-Петербурге прошел седьмой международный экономический форум. Делегацию от Татарстана возглавил глава республики Рустам Минниханов. На форуме представители зарубежных, российских и региональных корпораций подписали 550 контрактов на сумму 2,36 трлн рублей.

Фото пресс-службы президента РТ

Татарстан больше не лидер в рейтинге инвестклимата регионов

На ПМЭФ традиционно объявили рейтинг инвестиционной привлекательности регионов, который разработало Агентство стратегических инициатив (АСИ). Татарстан опустился на две позиции, заняв третье место. Второе место заняла Москва, а первое — Тюменская область.

АСИ ежегодно составляет рейтинг инвестпривлекательности, в котором учитывает скорость и простоту обслуживания предпринимателей — регистрацию бизнеса, оформление разрешений на строительство или подключение к электросетям.

Национальный рейтинг состояния инвестиционного климата в субъектах РФ

Закамье получит инвестиции от иностранных компаний

Одной из крупнейших сделок стал контракт между КАМАЗом, Daimler и минпромторгом РФ на 46,5 млрд рублей, из которых 38,6 млрд — инвестиции камского автозавода. Соглашение поможет КАМАЗу выпускать от 55 до 60 тыс. грузовиков ежегодно. Также автозавод подписал контракт с ООО «ДАЙМЛЕР КАМАЗ РУС» — подразделением автогиганта Daimler AG, которое владеет Mercedes-Benz. По этому договору КАМАЗ начнет устанавливать новые кабины на свои авто.

Фото пресс-службы президента РТ

Air Liquid — резидент ОЭЗ Алабуга — также подписал соглашение с автозаводом на 20 лет на поставку технических газов КАМАЗу. Раннее Air Liquid планировал модернизировать кислородное снабжение в больницах республики за 120 млн рублей.

«Нижнекамскнефтехим» привлек кредит на 807 млн евро до конца 2032 года. Кредиторами выступили 5 немецких банков:

Деньги направят на строительство олефинового комплекса, который планирует выпускать 600 тыс. тонн этилена в год.

«Газпром» и X5 обучат ИТ-специалистов

X5 Retail Group, владеющей торговыми сетями «Пятерочка», «Карусель» и «Перекресток», договорилась с Университетом Иннополис разработать полностью автоматизированный магазин, в котором не будет продавцов. Для этого Университет Иннополис и X5 создадут центр ИТ-компетенций, образовательные программы для корпораций и олимпиады для школьников.

ИТ-образование в Татарстане будет развивать и CISCO, которая разрабатывает техническое обеспечение для сетей и облачных хранилищ. Компания поможет провести чемпионат WorldSkills в 2019 году в компетенции «Сетевое системное администрирование», а также начнет готовить школьников и студентов техникумов к соревнованию.

ПАО «Газпром» также заключил договор с Университетом Иннополис — вместе компания и вуз создадут прототип расчетного модуля для геомеханического моделирования. С его помощью можно спрогнозировать поведение горных пород при добыче полезных ископаемых.

Татарстан «подружился» с Ташкентом и Гагаузией

Продолжая сотрудничать с регионами соседних стран, Рустам Минниханов подписал соглашение с Ташкентской областью Узбекистана об укреплении торговых, научно-технических и культурных связей. В регионе расширит свое производство КАМАЗ, а также локализуется группа компаний Eidos — производитель симуляторов для студентов-медиков и робототехники для предприятий. В прошлом году оборот товаров между Татарстаном и Узбекистаном вырос на 80% и составил $ 92 млн.

Еще одно соглашения Минниханов подписал с Гагаузией — автономным образованием Молдовы. Регион хочет перенять опыт Татарстана в строительстве технопарков и индустриальных зон. Представительство Гагаузии откроется в Казани.

Фото пресс-службы президента РТ

Александр Токарев

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.