Сегодня никто не может сказать, кто станет президентом — Владимир Путин как фактический лидер или Дмитрий Медведев, как формальный глава страны. Мало вероятно, что существует какой-либо план на этот счет. В российской политической практике отсутствует такое звено как «планировщики», что характерно для американцев. Может это хорошо, а может быть плохо. «Планировщики» США делали такие грандиозные ошибки, как например, война во Вьетнаме, а в последнее время — вторжение в Ирак. Так что может быть лучше уж жить по воле случая, полагаясь на «авось».
Год назад никто не сомневался, что президентом станет Владимир Путин. В любом случае было ясно, что окончательный выбор будет делать именно он. Сегодня нет такой уверенности. Дело не столько в Дмитрии Медведеве, чей рейтинг понемногу растет, а в падении популярности Владимира Путина, который теряет свои «тефлоновые» качества — на его репутацию начинает влиять негативная информация, в речах он повторяется,
Казалось бы, фортуна, как и в начале тысячелетия, вновь предоставила Владимиру Путину замечательный шанс в связи с повышением цен на нефть. Но не все так однозначно. Объективно, высокие цены на нефть выгодны спекулянтам и игрокам на рынке, а страны-производители понимают, что за высокими ценами на энергоносители в мире следует рецессия. Именно так происходило последние полстолетия. Естественно, рецессия заденет и экономику России, но бюджет страны получит кратковременное вливание, чего вполне может хватить на проведение выборов.
Из экономических проблем наиболее серьезной является высокий уровень инфляции и падение жизненного уровня тех слоев населения, которые будут голосовать в конце года и в марте 2012 года. На этом фоне Дмитрий Медведев пытается перевести тандем в двоевластие, но любой удачный шаг президента сталкивается с отсутствием команды, способной подхватить его инициативу. «Достоинство каждого дела заключается в том, чтобы оно было доведено до конца», — так учил своих сыновей Чингизхан. В окружении президента не читали биографию великого завоевателя. Прокремлевская бюрократия оказалась не в упряжке пары гнедых, а между ними. Она привязана к президенту, у которого мало власти и должна демонстрировать свою лояльность, но в то же время боится ошибиться в своем выборе, который далеко не очевиден.
Экономической и политической базой Владимира Путина являются госкорпорации, на которых держится весь бюджет страны. Два десятка крупнейших госАО составляют костяк экономики РФ. Например, «Роснефть» обеспечивает больше одной пятой суточной добычи российской нефти. Кроме того, под прямым контролем Владимира Путина находится трейдерская компания Gunvor, которая сегодня контролирует 50\% экспорта нефти из страны. Другой гигант «Газпром», хотя и не смог стать крупнейшей компанией мира, тем не менее, его можно назвать государством в государстве.
Естественно влияние госкорпораций на политику страны является определяющим. В России понятие многопартийности следует отнести не к общественно-политическим организациям, а экономическим структурам, находящимся под контролем разных кланов. «Единая Россия» лишь озвучивает то, о чем думает глава исполнительной власти, а правительство страны и есть по большому счету орган управления системой госкорпораций.
Дмитрий Медведев поднял руку на всевластие Владимира Путина,
Первый вице-премьер Игорь Шувалов пояснил журналистам, что чиновники должны уйти из советов директоров более тысячи компаний с участием государства, из которых порядка 950 включены в план приватизации. Игорь Шувалов при этом заметил, что «независимый директор действует в соответствии со своим видением того, что является лучшим для развития компании, в то время как профессиональное доверенное лицо — по приказу правительства». Он дал понять, что руководители, которые придут на смену чиновникам в правлениях как доверенные лица, поставят на первое место приоритеты правительства, и они не должны одновременно находиться в рядах других госАО, как это практикуется сегодня.
Министр финансов Алексей Кудрин покинул свой пост в «Алросе» и ВТБ. Также и вице-премьер Игорь Сечин, осуществляющий надзор за нефтегазовой промышленностью России, сразу ушел со своего поста президента компании «Роснефть». Однако, на прошлой неделе прозвучала информация о том, что правительство сохранит решающий голос в правлениях контролируемых государством компаний, что фактически тормозит стремление Дмитрия Медведева поставить под свой контроль госАО и выйти из тени премьера.
Генеральный директор «Роснефти» Эдуард Худайнатов сказал, что Игорь Сечин будет по-прежнему контролировать
крупнейшую нефтяную компанию России. «Мы являемся компанией, находящейся в собственности государства, и мы непосредственно подотчетны правительству, использующему для управления приказы и прочие административные средства. Повседневный контроль находится в руках Игоря Ивановича (Сечина)», — добавил он. В связи с этим Алексей Кудрин предположил, что изменения будут носить символичный характер, поскольку государственные компании будут продолжать представлять интересы государства, пока они не приватизированы. Тем не менее, определенную волну перестановок и необходимость утряски кадров правительством Дмитрий Медведев сумел привнести в «застойную» политическую жизнь.
Тем временем Владимир Путин пытается перехватить имидж модернизатора общества, с которым позиционирует себя Дмитрий Медведев, что ярко проявилось во время отчета правительства перед Государственной Думой. Однако, для модернизации очень мало шансов. На встрече с предпринимателями Алексей Кудрин объяснил: «Рост экономики от 3 до 4,5\% – это слабый, неустойчивый рост. Для модернизации нужно при эффективной конкурентной экономике рост инвестиций около 30\% к ВВП. С инфляцией в 7,8\% модернизация практически не начинается — она начинается с инфляции ниже 3, чтобы ставка процентов по кредитам была 5−7, тогда большинство отраслей начинают работать». Несмотря на пессимистичный прогноз Алексея Кудрина, предприниматели позитивно встречают меры правительства. «Премьер дал несколько внятных таких обещаний, — высказался Александр Шохин. — Во-первых, не строить государственный капитализм, а во-вторых, он четко дал понять, что действительно снижение налоговой нагрузки, снижение административных барьеров — это главный способ наращивания мускулов бизнеса. Председатель правительства согласился с тем, что нужно четко определить, где государству нужно сохранять свои активы, свой контроль в тех или иных компаниях и банках, а из остального всего уходить».
Надежды предпринимателей могут быть связаны с ближайшими задачами, в то время как министр финансов вынужден отыскивать средства для реализации долгосрочных и амбициозных целей, и у него нет иллюзий на счет возможности модернизировать экономику страны.
В тандеме двух лидеров страны главной находкой была игра в либерала со стороны Дмитрия Медведева и жесткого контрагента Владимира Путина. Она смягчала недовольство «вертикалью» власти, оставляя при этом все рычаги контроля финансовых потоков в руках Владимира Путина. Фактически в «вертикали» власти ни одно звено не поменялось. Даже в судебной системе, о которой с особым трепетом говорит Дмитрий Медведев, ничего не изменилось. Контакты Дмитрия Медведева с НАТО сбалансированы заявлениями Владимира Путина об опасности либеральных шараханий и разных иностранных советчиков, стремление вступить РФ в ВТО правительство комментирует в резких выражениях, показывая решительность Владимира Путина в отстаивании интересов страны, Дмитрию Медведеву разрешают переименовать милицию в полицию без дополнительного финансирования и изменения реальных функций. Не ясно, что собственно привнес Дмитрий Медведев как президент. Разве что в Интернете стало веселее.
«Вертикаль» не тронута, тем не менее, она расшатывается в силу ее крайней неэффективности и тотальной коррумпированности государственной машины. Основной соперник Владимира Путина на политическом поле не столько Дмитрий Медведев, сколько его собственное дитя — «вертикальная» коррупция.
На осеннюю политическую компанию в решающей степени повлияет апатия и цинизм общества. К осени в социальной сфере закроют наиболее кричащие проблемы и тогда приступят к делу политтехнологи. Популярность «избранного» претендента несложно подтянуть. У Бориса Ельцина на выборах на второй срок рейтинг практически был нулевым, но он стал президентом, что показывает возможности политтехнологов. При наличии административного ресурса, подконтрольности СМИ и основных партий, наличии нефтедолларов, можно любого кандидата провести в президенты. Примеры с Ющенко и Саакашвили говорят о том же.
Однако, при значительном падении рейтинга сам Владимир Путин может не пойти в президенты, сохранив реальный контроль над страной. Он уже знает, что, будучи премьером, может оставаться фактическим хозяином положения. После выборов целый ряд проблем вылезет наружу, а модернизацию экономики провести не удастся. К тому же и цена на нефть может упасть, а народ проснуться — проснулся же арабский мир, несмотря на строгость ислама. В такой ситуации нужен будет громоотвод. Таковым может стать Дмитрий Медведев или же появится третья фигура из «обоймы» доверенных лиц.
На сцене мы видим двоих, но за кулисами немало других игроков и кукловодов, которые в свое время привели к власти Владимира Путина. Не исключено, что они посчитают нужным выставить третью фигуру. На сегодняшний день наиболее вероятной кандидатурой является Игорь Сечин, которого журнал Forbes считает одним из самых влиятельных людей в России. Он одно из самых доверенных лиц Владимира Путина.
Игорь Сечин в последнее время начал выходить из тени и давать интервью журналистам. Он пытается создать себе привлекательный имидж, минимизировать свою роль в деле Ходорковского, защищает более либеральные подходы к экономике. В частности, он пытается ограничить монополию «Газпрома» и тем самым способствовать росту добычи газа независимыми предприятиями. Но это тяжелая стезя. Там завязаны слишком большие интересы, а социалистический монстр не имеет потенциала для реформ изнутри. Игорю Сечину может помешать близость к Владимиру Путину. На этот случай в запасе есть еще Сергей Собянин, который не успел никак себя проявить, а потому споры вокруг него могут быть менее напряженными.
Началась посевная, надо будет следить за всходами. Сегодня можно утверждать только одно: тандема уже нет, а двоевластие еще не наступило…
