Мнения
27 Апреля 2023, 09:00

Будущее строительства за роботизацией процессов — Алексей Рыжков

В скором времени качество строительных работ улучшится, а скорость возведения новых зданий возрастет — и все за счет применения роботов, считает глава компании Seven Suns Development Алексей Рыжков.

Принято считать, что любая стройка — это прежде всего люди, от низкоквалифицированных кадров до дипломированных специалистов с богатым опытом работы. Однако строительство невозможно и без применения высоких технологий: от промышленных роботов до трехмерной печати и беспилотников. В дальнейшем строительный бизнес будет развиваться именно в этом направлении, полагает Алексей Рыжков.

«Роботизация может вывести на новый уровень процесс проектирования зданий, исключив человеческий фактор и неточности, допущенные подрядчиками. Но речь не только о проектировании. Речь обо всех без исключения процессах, связанных со строительством. Тем более что использование роботов может в несколько раз ускорить монтажные работы — это особенно актуально на фоне серьезного увеличения стоимости рабочей силы» — уверен генеральный директор Seven Suns Development.

Внедрение роботизации в строительном сегменте затрагивает преимущественно три сегмента.

Первый: промышленные роботы для укладки кирпича, резки металла, монтажа конструкций и роботы-погрузчики.

Второй: дроны для мониторинга строительства в режиме реального времени.

Третий: внедрение искусственного интеллекта для усовершенствования систем контроля.

По мнению главы Seven Suns, наиболее распространенные промышленные роботы — шарнирно-сочлененного типа. Они могут выполнять как простые операции вроде укладки кирпича, так и более сложные сварочные работы.

Фото взяты с портала unsplash.com

«Простой пример: в случае с кирпичом работы проводятся примерно в 5−6 раз быстрее, чем это сделала бы строительная бригада, к тому же без учета перерыва на отдых и обед. В категорию „промышленников“ также можно отнести подъемные краны, исключающие необходимость участия человека — и, пожалуй, их можно назвать наиболее ярким примером автоматизации с целью сокращения издержек при строительстве и одновременно повышения точности, качества проведенных работ. К промышленным роботам относятся и линейные, или, как их еще называют, портальные механизмы для погрузки и разгрузки строительных материалов».

Невозможно обойти вниманием и трехмерную печать, с помощью которой вполне реально создавать дома целиком. Однако, отмечает Алексей Рыжков, этот опыт хоть и интересен, но вряд ли применим в российских мегаполисах и городах-миллионниках при возведении многоэтажных жилых комплексов: 3D-печать более актуальна для постройки небольших коттеджей в регионах с мягким климатом.
Куда актуальнее массовое внедрение беспилотников, которое преследует сразу несколько важнейших целей. Первая: дистанционный контроль за ходом работ, вторая: аэрофотосъемка для дальнейшего 3D-картографирования, третья: обеспечение безопасности на строительном участке и сведение к нулю случаев хищения материалов, перечисляет глава Seven Suns.

«При помощи дронов можно намного оперативнее изучить участок и подготовить его к работе. В дальнейшем беспилотники также существенно сократят финансовые издержки. Это и контроль за работами на всех этапах строительства, это и исключение необходимости содержать большой штат охраны: все случаи воровства фиксируются дронами-„инспекторами“. Но самое важное: то, что специалисты могут отследить соответствие качества проводимых работ стандартам девелопера, и в случае необходимости внести корректировки. Налицо экономия не только денежных средств, но и времени» — рассказывает Алексей Рыжков.

Что касается искусственного интеллекта, то потенциал у него просто колоссальный: в 2021 году глобальный рынок ИИ в строительной отрасли оценивался в 496 миллионов долларов, а к 2031-му он, согласно прогнозам, должен вырасти до 8,6 миллиардов долларов. Однако в России уровень цифровизации строительства пока находится на отметке в 10 процентов. Хотя есть и позитивные сдвиги.

Во-первых, рассказывает Алексей Рыжков, абсолютное большинство отечественных девелоперов используют информационное моделирование на стадии проектирования. Во-вторых, многие используют лазерное сканирование для получения 2D- и 3D-моделей объекта и его локации, применяют цифровые решения в рамках разработки систем контроля над проведением строительства. В-третьих, есть примеры использования нейросетей для подсчета объема выполненных работ и выяснения причин простоев, что в итоге позволяет увеличить производительность труда, добавляет глава Seven Suns.

«Уровень цифровизации строительного сектора растет. Но далеко не так стремительно, как хотелось бы. Аналогичная ситуация с использованием высоких технологий непосредственно на строительных площадках. Можно вспомнить одно из западных изобретений: робота, сканирующего недостроенные стены и в дальнейшем выравнивающего поверхность перед тем, как нанести слой гипсокартона. К сожалению, в России использованием подобных механизмов пока не может похвастаться ни один из девелоперов».

Фото взяты с портала unsplash.com

И это правда: застройщики воспринимают такие изобретения, скорее, в качестве «игрушек», а не реальных помощников на стройке. Однако в целом интерес к внедрению высоких технологий, от промышленных роботов до использования нейросетей, в строительном бизнесе растет. Ведь очевидно, что это одновременно и экономия, и улучшение качества возводимых объектов, отмечают в Seven Suns. Однако воз и поныне там. Почему?

Алексей Рыжков называет две причины, обе — весомые. Во-первых, риск разоблачения некомпетентности субподрядчиков в ходе строительных работ. Во-вторых, бюрократизация — чтобы «модернизировать» процесс строительства, необходимо пройти длинный путь множества согласований и проверок, что повлечет за собой увеличение документации и необходимость внесения в нее многочисленных правок.

Бесспорно одно: цифровизация даст огромный толчок всей строительной отрасли и кратно увеличит ее эффективность, а автоматизация и роботизация процессов неизбежно снизит не только финансовые издержки, но и сроки сдачи того или иного объекта. И рано или поздно это станет новой реальностью отечественного рынка строительства. В Seven Suns надеются, что такое будущее — не за горами.

глава компании Seven Suns Development
Алексей Рыжков
специально для TatCenter

Материалы по теме

Партнёры TatCenter:
1 из 1
Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.