— Шамиль Рахимович, за 20 лет работы ТПП РТ выросло новое поколение предпринимателей, которые не знают, как зарождалась эта организация. Начнем разговор с краткого экскурса в историю.

— В 90-е годы существовала ТПП Советского Союза, а в Татарстане такой структуры не было. Потребность же в ней отчетливо ощущалась, поскольку при высоком потенциале региона предприятиям приходилось строить экономические отношения через Москву. Так, с нашими заводами работали только через московские внешнеторговые организации. В силу расположения здесь ряда оборонных предприятий, город долгое время был закрытым. А когда «занавес» открылся, и у производителей появилась свобода внешнеэкономической деятельности, то многие руководители были просто в растерянности. И вот тогда деловые круги выступили с инициативой создания республиканской Торгово-промышленной палаты.

В то время как раз появлялись первые кооперативы, среди начинающих предпринимателей были очень активные товарищи. Идею поддержали прогрессивные люди в руководстве республики: первый Президент Татарстана Минтимер Шаймиев, бывший тогда премьер-министром РТ Мухаммат Сабиров.

Хочу подчеркнуть, что организацию создавали не отдельные люди или предприятия, появление ТПП РТ стало следствием именно общей потребности в такой структуре, и эту идею удалось реализовать силами инициативной группы.

Первое время палата ютилась в подвальном помещении на ул. Зинина. Мы долго добивались выделения отдельной площади и, при поддержке органов власти, получили право собственности на заброшенное здание Клуба приказчиков постройки 1832 года. Устав организации писали, что называется, «на коленке».

— И над чем, прежде всего, решили работать?

— Основные задачи мы для себя уже тогда определили как создание условий для развития предпринимательства, поддержку отечественных производителей и облегчение им выхода на зарубежные рынки.

Сейчас, конечно, особенно актуальны вопросы, связанные с вступлением России в ВТО. Наша цель — помочь предприятиям республики адаптироваться к новым условиям, учить их не только выполнять условия, но и пользоваться преимуществами. Ведь ВТО — это совокупность договоренностей. Запад хочет, чтобы все эти договоренности работали в их пользу, а мы должны добиться такого грамотного подхода наших предпринимателей, чтобы нивелировать негативные для нашей экономики последствия вступления в ВТО и максимально использовать положительный эффект новых взаимоотношений с международным сообществом.

— В республике хорошо известна и высоко оценена деятельность ТПП РТ по развитию международных торгово-экономических отношений.

— Да, мы считаем одной из важнейших задач повышение степени узнаваемости Татарстана в мире. С ориентацией на эту цель и для решения практических задач международного взаимодействия наших предпринимателей с зарубежными коллегами мы организуем торгово-экономические миссии, выставочные проекты, проводим аккредитацию зарубежных фирм. Объем работы здесь большой: к примеру, только в этом месяце мы 12 иностранных делегаций принимаем.

ТПП РТ важна как сквозная организация, объединяющая всех участников экономического процесса

— Если говорить об особенностях внутренней экономической деятельности, какие задачи сейчас в центре внимания ТПП РТ?

— Прежде всего, это задачи улучшения предпринимательского климата, постановки в более жесткие рамки монополистов (газовиков, энергетиков и т. д.) Также деятельность нашей организации направлена на совершенствование взаимоотношений между предпринимательскими кругами и органами власти. В некоторые отрасли государство должно входить, а в другие — нет. Важно, чтобы предпринимательству не мешало давление сверху, а бизнес не вмешивался в вопросы власти — найти золотую середину сложно.

Вот, к примеру, случилась авария на Саяно-Шушенской ГЭС. И быстро пролоббировали закон о страховании особо опасных объектов. Таких объектов в России 336 тысяч, в Татарстане — 8298. Страховщики уже собрали 8 млрд. рублей, а премий за страховые случаи заплатили только 49 млн. — менее 1%, то есть это обернулось дополнительной нагрузкой на бизнес. Мы сейчас выходим в органы власти с этим вопросом.

Рост тарифов и выплат подталкивает бизнес в тень, побуждает предпринимателей регистрировать предприятия на территории других стран и искать другие способы выживания. То железнодорожники поднимают тарифы, то энергетики — у нас подключение, скажем, по сравнению с Австралией в 72 раза дороже.

Наша задача, чтобы татарстанские предприниматели, работая в аналогичной сфере, имели бы такие же условия, как их конкуренты в Европе, в Азии, а без взаимодействия с властными структурами этого невозможно добиться. И в этой связи важна именно такая сквозная организация как ТПП, которая связывает всех участников экономических, финансовых процессов и помогает их диалогу. Одна из ключевых наших задач — доводить до органов власти позицию предпринимателей. Хочу сказать, что здесь, в Татарстане к нам прислушиваются, в этом плане ТПП РТ повезло.

У нас принцип такой: мы должны «крутиться «вокруг членов ТПП РТ

— Какова сейчас структура ТПП РТ?

— В составе ТПП РТ работают 24 комитета. Аппарат у нас всего 28 человек со мной вместе, так что делаем все, как говорится, своими руками. Департамент — звучит громко, а на самом деле у нас это один сотрудник и его помощник, работающий на общественных началах. Но при этом цифры говорят сами за себя: выдано около 120 тыс. сертификатов, проведено около 25 тыс. независимых экспертиз по заявкам и т. д.

Весной мы провели 41 собрание во всех районах РТ, удалось охватить около 6 тыс. участников. Регулярно организуем круглые столы, конференции, деловые обеды, контактируем с Ассоциацией промышленных предприятий, Ассоциацией малого бизнеса, Союзом строителей РТ и другими организациями.

К нам поступает огромное количество обращений: только за 9 месяцев этого года их было 1418, у меня состоялось более 300 личных встреч с представителями бизнеса.

— Работа с предпринимателями строится практически индивидуально?

— Конечно, по-другому и невозможно, ведь каждый предприниматель индивидуалист, особенно сейчас, в условиях рыночной экономики.

Мы абсолютно открытая организация. С любым вопросом, предложением можно к нам обратиться, и десятки людей приходят каждый день. А у нас принцип такой: мы должны «крутиться» вокруг членов ТПП РТ. Обслуживать их, конечно, нелегко, но мы уделяем внимание каждому обращению. Наша задача — называть вещи своими именами, а это неблагодарный труд, я Вам скажу. Мы ведем кропотливую работу с чиновниками, убеждаем, доказываем, ищем разные пути решения проблемы. И, хочу отметить, предпринимателям стоило бы больше пользоваться нашими возможностями, а для этого они должны быть более грамотными.

— Сколько сейчас членов ТПП РТ?

— Сейчас у нас 2153 члена, особенно заметный рост их числа был в первые годы работы, но и сейчас количество членов продолжает увеличиваться: каждый год порядка 100 новичков.

За рубежом есть закон об обязательном членстве, у нас же нет. Но надо отметить, что отсутствие административного ресурса имеет и свои плюсы, и свои минусы. С одной стороны, позволяет нам сохранить независимость. В то же время, раз членство у нас добровольное, то сегодня предприниматель хочет входить в состав ТПП и платит взносы, а завтра не хочет и не платит, и я на него никак не могу подействовать. Конечно, чаще всего обращаются, когда возникает какая-то проблема, а пока все в порядке, то и не обращаются, и взносы не платят.

— Такая свобода для бизнеса не оборачивается ли финансовыми трудностями для самой ТПП РТ?

— Вопросы финансового обеспечения решаем самостоятельно. Ни у одного министра нет такой проблемы: как набрать денег на зарплату сотрудникам, а у меня такая головная боль есть. Но, тем не менее, система Торгово-промышленных палат в мире более 400 лет действует, доказывает свою эффективность, и мы плакаться не будем, стараемся достойно выполнять свою миссию, трудимся.

Мы из российского и татарстанского бюджета ничего не получаем, существуем только за счет своей деятельности и при этом платим все налоги. А деятельность наша — это презентации, проведение семинаров и других образовательных мероприятий, а также независимых экспертиз, оказание аудиторских и юридических услуг, сопровождение инвестиционных проектов, работа третейского суда и др.

Работа ТПП РТ более глубокой и тонкой настройки

— Какие результаты работы ТПП РТ за последние годы Вы считаете наиболее значимыми?

— Вообще применимо к нашей деятельности о конкретных свершениях говорить не совсем правильно. Но все же приведу несколько примеров. Так, мы добились вмененного налога по «упрощенке». Еще одним достижением считаю то, что в результате нашей работы почти на 30% сократились и упорядочились проверки предприятий. Многие формы поддержки бизнеса, сейчас доказавшие свою эффективность, вышли как раз из ТПП РТ. Скажем, ИВФ РТ начинал создаваться у нас или первые страховые компании, первые частные нефтяные компании. Отсюда выходили идеи по электронным торгам, созданию третейских судов, которые ускоряют рассмотрение дел, и т. д.

В целом же, если говорить о результатах, то применимо к нашей деятельности нельзя назвать некие свершившиеся достижения, работа палаты более глубокой и тонкой настройки. У нас никогда не ставилась цель сделать что-то и отчитаться, поэтому и 20-летие это повод не подводить итоги, а определять задачи на будущее, исходя из того, что имеем в настоящем, а мы сейчас не удовлетворены предпринимательским климатом, господством естественных монополий и уровнем взаимодействия бизнеса с властью.

— Шамиль Рахимович, Вы вот уже 20 лет работаете с предпринимательским сословием, как, на Ваш взгляд, за это время изменились люди, ведущие бизнес?

— 20 лет назад вести бизнес было легче, меньше было давления со стороны государства. Тем не менее, сейчас в Татарстане порядка 500−600 тыс. человек занимается малым и средним бизнесом. Можно сказать, что предпринимательство как класс сформировалось. Другое дело, что структура собственно бизнеса немного искаженная. Малый бизнес должен бы заниматься сферой обслуживания, т.к. производство действительно экономически оправданное возможно только в связке с крупным предприятием, а самостоятельный малый бизнес в сфере производства — это иллюзия.

Что касается людей, то сейчас идет новое поколение предпринимателей, сыновья тех, кто в числе первых вливался в процесс формирования бизнес-сообщества. Конечно, среди них есть и иждивенчески настроенные люди. Вообще я убежден, что из сотни действительно могут быть предпринимателями только 3−5 человек, обладающих талантом ведения бизнеса: умением работать 24 часа в сутки, нести ответственность и чувствовать вкус дела, а не только видеть целью получение денег. В принципе сейчас армия предпринимателей — это уже довольно крупный отряд, который умеет отстаивать свои права.

Благодаря достижениям этого года, в городе формируется новая атмосфера

— Какими событиями, достижениями запомнится Вам 2012 год?

— Произошло немало очень значимых событий. Это запуск ТАНЕКО, начало строительства завода «Аммоний», сейчас близится к вводу проект «Агропромпарка», о котором мы мечтали еще на заре ТПП РТ. Наконец-то начался сдвиг в процессе упорядочения ВУЗов. Сложно переоценить уникальное решение по Иннополису, которое очень долго пробивалось. Ведь кроме решения определенных практических задач, появление Иннополиса позволит сюда привлекать более интеллектуально развитых людей, здесь будет особая атмосфера, а она в свою очередь послужит магнитом для хороших специалистов. В мире ведь все держится не только на материальных благах. Беда 90-х годов состоит в существовавшем тогда перекосе в сторону удовлетворения потребительского инстинкта, а ведь счастье не в том, сколько у тебя шуб или автомобилей, а в общении, во взаимоотношениях с людьми. Именно поэтому создание Иннополиса, крупных ВУЗов — это, на мой взгляд, большой плюс для жизни общества.

Важно, что в этом году республика стала более активно себя позиционировать на международной арене. Татарстан получил право проведения матчей ЧМ-2018, и это тоже дает возможность привлечь внимание к Казани.

У меня есть мечта сделать столицу республики городом фестивалей и соревнований. Я ведь еще президент Федерации академической гребли. В этом году у нас прекрасный гребной центр открылся — это мечта нас, гребцов 30-летней давности. Но еще важнее, что вклад в спортивные сооружения является не только удовлетворением фактических потребностей, но и работает на создание особого духа в городе, благодаря которому новое поколение, возможно, будет расти с большей увлеченностью спортом, а это, в свою очередь, может побудить власти активнее создавать условия для массовой физкультуры.

— Шамиль Рахимович, Федерацию гребли возглавили по следам собственных достижений?

— Я мастер спорта по академической гребле. Раньше занимался практически всеми видами спорта. Сейчас тоже стараюсь держать себя в форме, занимаюсь физкультурой, иногда и в баскетбол играем, в настольный теннис. Люблю пешие прогулки, правда, в Казани мест для них мало. Моя мечта — хотя бы две хорошие велосипедные дорожки в нашем городе сделать.

— Вы часто по долгу службы бываете за рубежом. Что Вам кажется интересным в других странах?

— Скажем, в той же Швейцарии, многие люди вообще не знают, кто у них президент. Зато гораздо более подкованы в сфере своих прав и умеют их отстаивать.

В каждой стране привлекает что-то свое, в каждом городе своя атмосфера, но я свою Казань ни на что не променяю. Сейчас стараюсь меньше за рубеж ездить, только по необходимости. Правда, необходимость возникает нередко, ведь многие вопросы прорабатываются при участии ТПП РТ. Да и начинались такие инициативы, как, скажем, международные форумы, именно с нас. Сейчас об этом забывают, но это не плохо, мы и не должны за все цепляться, нам интереснее продолжать работать в русле актуальных тенденций. Вот недавно рассматривали новые проекты — компании, которые заходят в ОЭЗ «Алабуга». Все они перспективные, но в то же время у них отчисления федеральных налогов в 7 раз больше, чем в региональный бюджет. И следующая наша задача — добиваться более справедливого распределения налогов между федеральным и региональным уровнем. Так что работаем дальше!

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева