Травы в пояс. Сочетание ландшафтов, которое не встретишь и в долгом путешествии. Золотопесчаные заводи. Журавли, взлетающие из-под ног. Сосны на песке. Лисы. Мир, которого нет. Погребенный под двухметровым слоем песка.

Но еще остались песчаные пляжи и острова, на которые не вошла строительная техника. Значит, у жителей Казани, Октябрьского, Васильево еще есть места, где можно не только купаться, отдыхать, ловить рыбу или поправлять здоровье. Просто показать детям, как солнце дробится в бескрайней глади.

У каждого, кто пришел на митинг, есть что защищать. Территория, отведенная под митинг, огорожена. В оставленных «коридорах» всех входящих сотрудники милиции проверяют с металлоискателем. Термос с горячим чаем тоже попадает в число запрещенных предметов — приходится привязать к ограде. За десять минут до начала на площади всего пара десятков активистов. Вдруг народ начинает стремительно прибывать. Подъезжает заказной автобус. Много родителей с маленькими детьми, один папа привел двух дочек-погодок. Выстраиваются в очередь заполнить подписные листы против уничтожения природы. Разбирают приготовленные организаторами плакаты, выбирая с надписями о том, о чем болит душа. На ступени, служащие трибуной, поднимаются первые выступающие.

Я была на митинге 2012 года: на том же месте, с тем же лейтмотивом: «защитим Волгу от засыпки». Только людей было в два раза больше. Тогда верилось, что докричаться возможно: что услышат, остановят маховик намывных работ. С тех пор под песком скрылись полуострова и острова, расположенные в акватории на участке от станции Займище до 774 км, протоки стали дамбами, к еще не тронутым островам протянули руки песчаные насыпи. Животные и растения островов уничтожены или разбежались, а бульдозеры уже вошли на занятые дачами острова, «вспахав» сады. Численность этого митинга — около 10\% от числа дачников, обосновавшихся на 18 островах, еще в 1970-х годах объединившихся в общество «Островитянин». По оценке организаторов митинга, всего на островах сейчас около 3 тысяч человек. Среди них много пожилых — и далеко не все из них верят в возможность защитить землю, которую они любят. Слечь с инфарктом, увидев раскуроченные сады — куда более реальная перспектива.

На площади самые стойкие. «Почему вы здесь?» — задаю вопрос участникам.

Эдуард Ахметзянов, остров «Победа»:

«Территорию под кадастровым номером 16:20:37 101:100 продали с торгов. Наши дома, которые на ней десятки лет, даже не указали в виде обременения. И выкупить не предложили. Я узнавал — цена составляла всего от 700 до 1000 рублей за сотку, то есть каждый всего тысячи за четыре мог выкупить свой участок. Вместо этого «нами» владеет ООО «Тигран».

Мы пытались узаконить землю, дошли до Верховного суда РТ. Везде — отказ, написанный как под копирку, несмотря на то, что согласно статье № 243 Гражданского кодекса РФ право оформления собственности на землю можно оформить после 15 лет фактического владения. Сейчас в направлении нашего острова намывают землю. Знаю, что работы ведутся и на островах, которые не находятся в частной собственности и относятся к Зеленодольскому району. Видимо, с негласного одобрения властей".

Галина Колсанова, председатель СНТ «Аленка»:

«Оформить землю нам не дают, несмотря на то, что у людей есть членские книжки, техпаспорта. Еще в середине 70-х годов были составлены инвентарные карты, подписанные главным архитектором Зеленодольского района Даниловым. А в 2009 году мы создали садовое общество, в которое входит 190 домов из 250, стоящих на острове. Я отправила запрос в Минэкономики РТ и получила ответ: согласно закону, право оформить собственность на землю у нас есть. И еще. Согласно карте, к острову Аленка должна быть насыпана перемычка. Мы против, нам она не нужна. Мы живем при керосиновых лампах в гармонии с природой и отстаиваем свое право на такую жизнь».

Михаил Миронов, председатель СНТ «Чайка»:

«Осенью земснаряд засыпал протоку, остановившись всего в десяти метрах от острова. На острове 35 домов, раньше собственность не разрешали оформлять, поскольку считалось, что мы находимся на затопляемых землях. Мы будем обращаться в земельный комитет Зеленодольского района, чтобы землю выдали под садовое общество».

Дмитрий Чапов, Солнечный-2:

«На нашем острове около 150 домов. Мне домик на острове достался от деда, и мы с дочками отдыхаем там летом. Этой зимой я был на острове и видел, что туда вошли бульдозеры. Домики пока стоят, но они проехались по участкам».

Каждая фраза — лишь кусочек пазла, который складывается в генплан территории.

«Согласно документу, на месте уже засыпанных участков в акватории Волги должны построить многоэтажки, школы и коттеджи. А на занятых дачами островах — разместить площадки для складирования песка», — рассказала представитель татарстанского отделения Социально-экологического союза Неля Биктимирова. На общественных слушаниях в поселке Октябрьский жители генплан «отбили»: цена слишком велика, даже за социальную инфраструктуру и новое жилье. Но у эколога есть основания предполагать, что его могут все равно провести через процедуру утверждения.

Генплан с масштабной застройкой островов — вот во что превратилась отсыпка полуострова рядом с Щурячьим «в целях складирования нерудных материалов», с которой началась экспансия на акваторию Волги осенью 2011 года. Летом 2012-го, когда на полуострове работала тяжелая техника, засыпая его почти двухметровым слоем песка, я спросила, что происходит, у гендиректора ПСО «Казань» Равиля Зиганшина.

«Коттеджный поселок — это концепция, она только в голове есть, пока у нас ни перевода земель нет, ничего. Есть карьер, мы там два года точно будем добывать песок — на это время у меня совершенно точно есть фронт строительства — будет перестраиваться М7, Новая Тура рядом, Иннополис. Ближайший остров тоже в зоне карьера. А разрешение действует до 2020 года на 20 миллионов кубов», — заверял тогда господин Зиганшин.

Остается удивляться превращениям из аморфной идеи во вполне конкретный элемент генплана. Так и до готовых объектов не далеко. Вроде — была Волга, а глядишь — уже суша. План застройки, платная автодорога от Речпорта до Васильево, отвод к дороге в Аракчино складываются в единую систему, которая изменит облик волжских берегов до неузнаваемости. Если вдоль берега протянется полоса новой суши с единичными протоками, внутренние заливы очень быстро превратятся в отстойник. А может его тоже потом засыпать, застроить и продать?

Впрочем, у собравшихся на митинг есть свое мнение. Защищая природную среду и свое право жить в ней, люди готовы действовать. Методы они видят разные.

«Засыпка Волги идет третий год. Если руководствоваться принципом „моя хата с краю“, то эта крайняя хата может оказаться первой на пути бульдозеров. Если вы проведете еще один сезон на дачах на островах или берегу Волги, то по его завершении сможете смело сказать: прощай, дача», — сказала в своем выступлении Неля Биктимирова.

Она видит возможность защитить свои права в выдвижении депутатов в Госсовет на сентябрьских выборах из числа общественных активистов. «Что думаете делать?» — спрашиваю активистов. «Не думаю, что в отношении нас будут действовать законно: через суды, предписания, судебных приставов. Скорее всего, пойдут поджоги. Если нам не оставят возможности бороться законными методами, придется бороться как сможем», — говорит Эдуард Ахметзянов. «Один раз нам удалось прогнать технику, встав у нее на пути. Они действуют незаконно, без документов. Но теперь бульдозеры снова вошли, значит, будем отбиваться снова», — уверена Лариса Костромина.

Горстка людей, которые, встав грудью за свои дачи, будут противостоять глобальным переменам, касающимся каждого в Казани, — к сожалению, единственная защита, которая на сегодняшний день есть у Волги.

Юлия Файзрахманова