Инициатором большинства поправок стал Артем Прокофьев — депутат Госсовета Татарстана от КПРФ. Прокофьев, несмотря на то, что он являлся одним из авторов законопроекта, заявил сегодня, что намерен «изменить односторонний характер документа, наделяющего владельцев животных лишь обязательствами».

В начале встречи было заявлено, что обсуждаемые поправки были сделаны совместно с зоозащитными организациями (например, «Зоозабота»), но на вопрос «есть ли здесь представители рабочей группы?» никто из зала руки не поднял. Некоторые из защитников и вовсе начинали со слов «ну, мы этих поправок еще даже не видели и вообще нам их пять минут назад раздали». Это несколько мешало конструктивному разговору, но позволяло Прокофьеву на множество претензий отвечать «а мы это уже учли».

По ходу обсуждения было видно, что большинство представителей зоозащитных организаций пребывают в некотором шоке — от того, что их восприняли всерьез, с ними решили что-то обсудить, а тем более предложили обсудить законопроект, находящийся в сфере их интересов. Фидаиль Утяганов, руководитель зоозащитной организации «Право на жизнь» даже поблагодарил за приглашение, заметив, что создания рабочей группы по этому вопросу его организация добивается почти год:

«Какой закон нам нужен? Этот закон должен быть направлен на владельцев животных и это должны быть не столько карательные меры, сколько просветительские и экономические. Тот закон, который предлагается нам сейчас, я называл и называю репрессивным. Закон должен включать в себя три стороны: просвещение, а если необходимо, то и помощь владельцам животных, принятие разумных законов реального наказания нарушителей и гуманную работу с безнадзорными животными».

Что же позволяет зоозащитникам называть закон «репрессивным»? По закону, владельцы собак обязаны будут выгуливать своих питомцев лишь в специально отведенных для этого местах. Но площадок таких еще нет, кто и на какие средства их будет создавать, тоже пока неясно. Тем не менее, запрет на выгуливание в парках и прочих общественных местах уже включен в закон. Если же собаководы захотят погулять со своими животными на улице, то будут обязаны не только пользоваться коротким поводком и ошейником, но и проводить на улице ровно то время, которое «устанавливается органами местной власти» (на данный момент хронометраж не оговаривается).

«В то же время необходимо максимально конкретизировать понятие „насилие над животными“, чтобы не допустить в дальнейшем то садистское отношение, которое практиковалось долгое время организацией СОБЖ (служба отлова бездомных животных — ред.)» — заявил Утяганов. Выяснилось, что насколько зоозащитники любят своих питомцев и говорят о том, что «закон должен проходить не по линии партии, а по линии сердца», настолько же они ненавидят организацию «СОБЖ» и ее главу Рустема Нуруллина, называя его «одиозной личностью».

Конфликт службы по отлову собак и организаций по защите животных очевиден, но масла в огонь подливает еще и резонансный тендер на отлов бродячих собак, условия которого, по словам специалистов, несправедливы по умолчанию. Ведь на комплекс работ дается всего 20 дней, а за это время «можно успеть собак только перестрелять». Упоминание этой организации и тендера сыграло роль красной тряпки. Голоса начали повышаться, формулировки стали жестче — зоозащитников задели за живое. Их тонкую душевную организацию подчеркнула еще и долгая душераздирающая история о собаке, пропавшей у одной из защитниц животных. Конец истории трагичен — ее питомец был найден мертвым вместе с несколькими другими. Всех собак, конечно, повесили на СОБЖ.

Кажется, один из немногих моментов, в которых зоозащитники и законотворцы сходятся, — это процесс обязательного чипирования питомцев. По закону, каждой собаке должен быть вживлен электронный чип со всей информацией о животном и о его владельце. Но и здесь возникают вопросы.

«Мы действительно рассматриваем услуги бесплатного чипирования, при условии возмещения из бюджета. Нам необходимы специальные сканеры, автоматизированные рабочие места и многое другое, — заявил Максим Кляцкий, начальник организационного отдела Главного управления ветеринарии Кабинета Министров РТ — Но в законодательстве пока что предусматривается возмездная, со стороны граждан, основа». Далее Кляцкий снова затронул вопрос тендера и снова в острой форме, обвинив зоозащитников в провале: «Пока обязанности по отлову и регулированию численности возложены на главное управление по ветеринарии, но, к сожалению, в связи с отсутствием технических средств мы не можем проводить эти мероприятия, в связи с чем был объявлен конкурс, который успешно проваливают наши зоозащитники. В связи с этим регулярно нам поступают звонки от граждан, которые обеспокоены вопросом бродячих собак, ежедневно письменные обращения в аппарат президента, в госсовет. Ситуация назрела настолько, что крайним все видят управление ветеринарии».

Перебивая друг друга, защитники животных стали, срываясь на крик, заявлять, что управление ветеринарией могло принять участие в тендере и раньше, еще до Универсиады. А как они сейчас, за 20 с небольшим дней, собираются освоить выделенные 19 миллионов, им, защитникам, совершенно непонятно. Желающих ответить Кляцому было много и, разумеется, всем слово ведущий круглого стола Прокофьев не дал. Чем и заслужил (правда, уже в коридоре) множество обвинений.

«И слова не дали, и конкретного ничего не сказали, и не решили ничего. Зачем собирались? Непонятно», — резюмировала одна из представителей зоозащитников.

Александр Левин