В России фиксируется заметное падение спроса на коучинговые услуги и массовые тренинги. Эксперты сходятся во мнении: это не просто следствие экономии бизнеса, а структурный кризис индустрии, переполненной неквалифицированными кадрами и обещаниями «волшебных таблеток».
Еще несколько лет назад коучи и тренинги личностного роста переживали настоящий бум. Онлайн-курсы за миллион рублей, марафоны желаний, программы по «раскрытию потенциала» — рынок рос двузначными темпами. Однако сегодня все больше экспертов и участников рынка говорят о спаде. Компании сокращают бюджеты на обучение, частные клиенты требуют измеримых результатов, а громкие уголовные дела против некоторых «звезд» инфобизнеса подорвали доверие к целому сегменту. Три экспертных взгляда на ситуацию и прогнозы на будущее — в материале TatCenter.
Купи-продай: пузырь схлопнулся
Как отмечает предприниматель и бизнес-консультант Максим Оганов, текущую ситуацию можно описать как сочетание временной просадки спроса и признаков снижения доверия к части коучинговых продуктов. Он поясняет, что рынок в последние годы рос во многом за счет активного маркетинга и высокого интереса к онлайн-образованию. Однако в условиях экономической нестабильности «компании и частные клиенты начинают внимательнее относиться к расходам, особенно к тем, где сложно заранее оценить результат».
По наблюдениям Оганова, заметнее просадка в B2C-сегменте, особенно в массовых онлайн-продуктах, связанных с soft skills и личностным развитием.
«В этих нишах действительно был высокий спрос, но часть предложений имела слабую прикладную ценность, что сейчас стало более очевидно для клиентов», — говорит он.
В B2B-сегменте снижение тоже есть, но оно более избирательное: компании оставляют обучение, связанное с конкретными бизнес-задачами — ростом продаж, повышением эффективности команд, управлением. При этом Оганов замечает рост интереса к более прикладным форматам — решениям на стыке коучинга и консалтинга, где добавляется экспертная помощь и участие в реализации.
«Сохраняется спрос на развитие конкретных навыков — в маркетинге, продажах, финансах. Отдельно усиливается интерес к индивидуальной работе с четко сформулированными целями и измеримыми результатами», — уточняет он.
Эксперт также подчеркивает, что клиенты стали более рациональными: они обращают внимание на опыт, реальные кейсы и понятный ожидаемый результат, а формальные сертификаты играют меньшую роль, если за ними нет практического опыта. Чтобы восстановить доверие, рынку, по мнению Оганова, придется двигаться в сторону прозрачности: четче формулировать результаты, показывать кейсы, объяснять ограничения продуктов.
«В целом рынок не исчезает, но становится более требовательным со стороны клиентов», — резюмирует он.
Офлайн, навыки и никакой магии
Генеральный директор PR-агентства PR Partner Инна Алексеева связывает падение спроса прежде всего с экономической нестабильностью и перегрузкой онлайн-форматом.
«Сильнее всего падение спроса заметно в массовом сегменте, — говорит она. — Люди уже не так охотно покупают программы про личностный рост без понятного практического выхода».
В онлайне, по ее словам, произошла усталость от формата, где трудно удерживать внимание и ещё сложнее что-то реально изменить в жизни.
При этом Алексеева подтверждает тренд на прикладные навыки: обучение, связанное с конкретными умениями, которые можно сразу применить в работе, чувствует себя гораздо устойчивее. Она приводит пример своего направления — медиатренингов для топ-менеджеров и предпринимателей.
«Они готовы платить за практический эффект: уметь ясно говорить о себе, о своем продукте, уверенно чувствовать себя в публичном поле. Это напрямую влияет на репутацию и бизнес», — поясняет она.
Причем именно офлайн-формат, по ее опыту, показывает себя лучше всего: за один рабочий день можно добиться большего, чем за серию онлайн-сессий.
Доцент кафедры стратегического и инновационного развития Финансового университета при Правительстве РФ Михаил Хачатурян в своем развернутом комментарии выделяет две группы факторов спада: экономическую нестабильность и структурные проблемы самой модели коучинга. Он отмечает, что «тенденция к сокращению бюджетов стала ключевым фактором в корпоративном секторе», а компании теперь жестче оценивают связь обучения с бизнес-результатами.
Среди структурных проблем Хачатурян называет отсутствие единых стандартов сертификации, что порождает «значительное количество неквалифицированных участников рынка», непрозрачность оценки результата, обесценивание профессии из-за псевдокоучей и значительное пересечение коучинга с инфобизнесом.
«Негативное восприятие инфобизнеса приводит к переливу этого негатива и на коучей», — констатирует он.
Тем не менее Хачатурян уверен, что коучинг в России остается востребованным, но проходит фазу трансформации.
«Резонно предположить, что выживут те коучи, которые сумеют говорить с бизнесом на языке цифр и эффективности, работать в нишевых сегментах и предлагать четкие программы с измеримым результатом», — говорит он.
Устойчивость, по его данным, демонстрируют корпоративный сегмент (B2B) и живые тренинги, а также форматы сочетания коучинга с консалтингом и коучинг, направленный на измеримые результаты (снижение текучести, рост производительности, навыки продаж).
Среди перспективных мер по возврату доверия Хачатурян выделяет углубление специализации коучей, разработку четких метрик эффективности, а также включение профессии «коуч» в Общероссийский классификатор профессий с 2026 года и внедрение государственных стандартов (например, ICF).
«Эти изменения помогут коучингу стать более зрелой и востребованной индустрией, где доверие строится на профессионализме и измеримых результатах», — заключает эксперт.
Ваша вера — их нажива
Кандидат психологических наук, доцент Института психологии и образования КФУ Рамиль Гарифуллин дает наиболее радикальную и одновременно фундаментальную оценку происходящему. Он настаивает, что нынешний спад интереса к коучингу и тренингам в России — процесс закономерный. По его словам, первоначальный всплеск был связан с «низким уровнем психологической эрудиции» населения и эффектом новинки:
«На этой волне как бы в новинку это осваивалось, а когда идет освоение, это всегда резкий всплеск бывает. Поэтому после этого обычно закономерен спад, когда идет уже объективное понимание».
Эксперт выделяет вторую причину — экономическую. Он отмечает, что в последние годы российская экономика излишне «психологизировалась», превратившись в мотивационно-поведенческую конструкцию, где «про экономику забыли, а только думали о том, как влиять на клиента, чтобы он покупал». И теперь, по его убеждению, «это купи-продай себя уже исчерпало».
Однако Гарифуллин категорически настаивает на различении двух разных сфер. Он подчеркивает, что тренинги, которые проводят дипломированные психотерапевты в рамках групповой психотерапии, помощи при неврозах и зависимостях, «не знают спада. Наоборот, мощный всплеск, и это актуально, это всегда будет нужно». А то, что сейчас уходит с рынка, он называет «мусорной сферой»: тренинги, нацеленные на манипуляции и продажи, где «заводят всех и вся».
Особую тревогу у специалиста вызывает само слово «коуч».
«Меня вообще настораживает это обозначение коуч-тренер, — говорит он. — Проводить тренинги должны только специалисты со специальным психологическим образованием».
По его наблюдениям, «наплодилось гигантское количество людей, которые не имеют дипломов и сразу обзываются коучами», что привело к появлению «проходимцев, аферистов масштабного уровня».
На вопрос о «красных флагах» для потенциальных клиентов эксперт дает неожиданный ответ: главный флаг находится не вовне, а внутри самого потребителя.
«Красная линия проходит не в наблюдении того, что вокруг вас, а в ваших мозгах — уменьшается уровень магического мышления», — утверждает он.
Гарифуллин призывает поднимать общую психологическую эрудицию: если поднимется уровень азбуки понимания того, что делает групповая работа, человек не будет уже жертвой. Любые обещания магических эффектов («пройдешь тренинг и сразу станешь миллиардером») — верный признак шарлатанства.
Рынок коучинга и тренингов в нашей стране действительно переживает болезненный, но, возможно, необходимый спад. Эксперты едины в главном: уходят в прошлое необоснованные обещания, манипулятивные техники и «магическое мышление» как основа бизнеса. Клиенты стали прагматичнее, компании требуют измеримых результатов, а государство постепенно вводит стандарты.
При этом нельзя говорить о смерти индустрии — речь идет о ее трансформации. Живые тренинги по конкретным навыкам, программы на стыке коучинга и консалтинга, а главное — услуги дипломированных психотерапевтов остаются и даже растут в спросе.
Как отмечает Гарифуллин, настоящая групповая психотерапия «не знает спада». А Хачатурян прогнозирует, что после очищения рынка выживут профессионалы, умеющие говорить на языке цифр и эффективности.
Повышение собственной психологической грамотности и отказ от веры в чудеса — вот единственная долгосрочная защита от шарлатанов. А для индустрии — это шанс вырасти из «мусорной» стадии в зрелую профессиональную сферу.
Екатерина Слюсарева
