Новости
25 Июля 2016, 09:30

Убыток банковской системы Татарстана в первом полугодии составил 215,9 млн рублей

Первое полугодие банки Татарстана закрыли с совокупным убытком в размере 215,9 млн рублей. В сравнении с аналогичным периодом прошлого года, когда суммарный убыток был равен 2,6 млрд рублей, можно считать, что отрасль, наконец, начала оправляться от кризисного шока. Лидеры и аутсайдеры финансового результата банковского бизнеса — в обзоре TatCenter.ru.

Банки РТ получили совокупный убыток в сумме 215,9 млн руб.

На 1 июля 2016 года убыточной оказалась деятельность четырех татарстанских банков из 21. Для сравнения, аналогичный период прошлого года с убытками закрыли шесть кредитных организаций.

Совокупный результат работы отрасли по итогам января-июня — убыток в размере 215,9 млн рублей. Однако если вспомнить, каким по-настоящему отрицательным был финансовый результат системы в аналогичном периоде прошлого года — убыток в 2,6 млрд рублей — будем считать, полугодие удавшимся.

Прибыльные банки в январе-июне заработали 2,2 млрд рублей. Картину финансового результата изрядно подпортил Татфондбанк. Несмотря на полученную в апреле и июне этого года прибыль (соот-но 1,1 млрд и 140,3 млн руб.), убыток одного из главных активов Роберта Мусина на 1 июля 2016 года превысил 2,5 млрд рублей, перевернув положение в отрасли. Убыточными по итогам полугодия оказались также «ИК Банк» (-55,2 млн руб.), Банк Казани (-47,7 млн) и «Камский горизонт» (-11,9 млн), но их, даже, совокупный минус — 115 млн рублей — выглядит символическим.

В пятерке лидеров — «Аверс», чистая прибыль которого по итогам первых шести месяцев года превысила 0,9 млрд рублей, Татсоцбанк (329,5 млн), Девон-Кредит (328,7 млн), «АК БАРС» Банк (321,6 млн) и Тимер Банк (231,5 млн).

Чистая прибыль банков Татарстана

Источник: ЦБ, расчеты TatCenter.ru

В пятерке лидеров по прибыли отметим «подтянувшихся» по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (АППГ) — Тимер Банк, который за первые шесть месяцев прошлого года «заработал» минус в размере 119,3 млн рублей, и «АК БАРС» Банк. Убыток последнего на 1 июля 2015 года, напомним, превышал 3,9 млрд рублей, а на конец года — 9 млрд. Пришедший на пост предправления Зуфар Гараев заявил, что намерен изменить ситуацию и, что перед банком стоит задача завершить 2016 год с прибылью, основными драйверами которой должны стать повышение доходности транзакционных операций, рост комиссионного дохода и контроль качества кредитного портфеля. Были озвучены и целевые ориентиры — 600 млн рублей чистой прибыли по итогам года [см. «АК БАРС» Банк: «Команда банка готова к изменениям рынка»].

Зуфар Гараев

Девон-Кредит, напротив, несколько сбавил темп — прибыль банка по сравнению с АППГ незначительно сократилась. В результате он уступил вторую строчку рэнкинга Татсоцбанку.

Команде Анастасии Колесовой в январе-июне удалось заработать на 125,5 млн рублей больше, чем годом ранее. Однако на пьедестале традиционно Аверс — команда пришедшего из ВТБ в апреле прошлого года на пост предправления Камиля Юсупова в первые шесть месяцев года заработала на 210,5 млн больше АППГ.

В поисках капитала

Давайте посмотрим, как изменилась капитализация банковской системы Татарстана. В первом полугодии по сравнению с аналогичным периодом прошлого года совокупный собственный капитал республиканских банков превысил 140 млрд рублей (124,6 млрд руб. на 01.07.2015). За год этот показатель вырос на 13\% или 16 млрд рублей.

В сравнении с АППГ в относительном выражении сильнее других капитал нарастил Татсоцбанк (+104\%), в абсолютном — «АК БАРС» Банк и Татфондбанк (соот-но 7,8 и 3,6 млрд рублей).

Между тем, семь банков из 21 собственный капитал сократили. Сильнее других — Девон-Кредит — почти на 20\% с 4,5 млрд рублей на 1 июля 2015 года до 3,6 млрд руб. на 1 июля 2016 года.

Собственные средства банков Татарстана

Источник: ЦБ, расчеты TatCenter.ru

Банки: топ-новости полугодия

На фоне многочисленных новостей первых шести месяцев о докапитализации татарстанских банков, новых продуктах и услугах, TatCenter.ru вспомнил и новости банковского и околобанковского рынка. Самые, на наш взгляд, интересные представлены ниже.

    • В феврале рейтинговое агентство Fitch Ratings подтвердило Спурт Банку долгосрочный рейтинг дефолта эмитента в иностранной валюте на уровне «B-» с «негативным» прогнозом и отозвало рейтинги банка. Рейтинги были отозваны по причине того, что банк принял решение прекратить участвовать в рейтинговом процессе.

    • В должность председателя правления ПАО «Татфондбанк» с 19 марта вступил Роберт Мусин, сменив на этом посту Марата Загидуллина. В кредитной организации кадровые перестановки объяснили «высокой важностью» проекта по санации Татфондбанком питерского АО Банк «Советский».

    • В конце мая в Казани был вынесен приговор группе скиммеров, которые с августа по ноябрь 2013 года похитили с пластиковых карт граждан 2,2 млн рублей. В списке потерпевших банков наряду с федеральными коллегами были и местные игроки.

      • Премьер-министр РТ Ильдар Халиков вновь возглавил совет директоров Татфондбанка, о чем стало известно 25 мая, в ходе общего годового собрания акционеров кредитной организации.

      • Рейтинговое агентство Fitch Ratings подтвердило долгосрочный рейтинг дефолта эмитента «АК БАРС» Банка на уровне «BB-» с негативным прогнозом.

      • В мае стало известно, что экс-председатель правления банка «БТА-Казань» (ныне — Тимер Банк) Руслан Алимов обвиняется в хищении 1,8 млрд рублей. Однако в июле Верховный суд Татарстана по просьбе Московского районного суда Казани, взявшего самоотвод, опасаясь давления, изменил территориальную подсудность по делу Алимова. Дело рассмотрит Ново-Савиновский районный суд Казани.

        СПРАВКА:

        Рэнкинг банков Татарстана подготовлен порталом TatCenter.ru исключительно в информационных целях. Информация и данные, содержащиеся в рэнкинге, не должны быть истолкованы, прямо или косвенно, как рекомендации к инвестициям либо иным действиям.

        TatCenter.ru не несет ответственности за возможные убытки или ущерб, возникшие в результате использования третьей стороной информации, содержащейся в настоящем рэнкинге, включая опубликованные мнения или заключения, а также за последствия, вызванные неполнотой представленной информации.

        Все данные, опубликованные в таблицах, актуальны на первое число указанного месяца. Источники данных для графики и таблиц: ЦБ РФ, открытые источники, собственные расчеты TatCenter.ru.

        Портал TatCenter.ru предлагает банкам в случае необходимости отправлять комментарии и пояснения к ежемесячному Рэнкингу банков Татарстана на электронный адрес julia@tatcenter.ru. Все пояснения рассматриваются редакцией, в то же время редакция оставляет за собой право самостоятельно принимать решение об их публикации в материале.

          Юлия Амочаева

          Фото: prav.tatarstan.ru

          Экспертный круг
          18 Июня 2026, 00:30

          Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

          Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

          В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

          Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

          Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

          Красивый тезис, обманчивая реальность

          Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

          Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

          Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

          Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

          Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

          HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

          Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

          Распыление ресурсов вместо концентрации

          Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

          Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

          КИИ: жесткие сроки без готовности

          С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

          фото: TatCenter.ru

          Четыре шага к реальному импортозамещению

          Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

          Нужны четыре шага.

          Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

          Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

          Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

          И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

          Рынок продавца и перспективы

          Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

          Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

          Lorem ipsum dolor sit amet.