Вопрос о возвращении международных платежных систем Visa и Mastercard в Россию периодически поднимается на высоком уровне.
Однако рынок за четыре года их отсутствия кардинально изменился: отечественная инфраструктура стала автономной, а карта «Мир» заняла доминирующее положение. Вернутся ли американские гиганты, и если да, то в каком формате — разбирались вместе с опрошенными TatCenter экспертами.
Где «Мир» останется хозяином положения
Профессор Финансового университета при Правительстве РФ Сергей Толкачев считает, что рынок уже структурно изменился, и конкуренция будет строиться по новым правилам. По его словам, «Мир» сохранит доминирование во внутренних расчетах, поскольку за время отсутствия международных систем НСПК стала стандартом де-факто. Привычка россиян использовать «Мир» для зарплат, соцвыплат и повседневных покупок укоренилась, а эквайринговая инфраструктура полностью переориентирована на НСПК.
Эксперт подчеркивает, что возврат Visa и Mastercard не потребует демонтажа существующей инфраструктуры, так как она совместима, но приоритет в процессинге останется за НСПК. Основная борьба развернется не за массового потребителя внутри страны, а за трансграничные операции: денежные переводы, оплату зарубежных сервисов, а также за туристический эквайринг — прием карт в отелях и магазинах для иностранных гостей.
Толкачев добавляет, что сейчас тарифы НСПК часто ниже международных, и если Visa с Mastercard вернутся, им придется либо демпинговать, либо предлагать банкам эксклюзивные условия, что может привести к краткосрочному снижению цен, но не к обвалу рынка.
Схожей позиции придерживается и профессор КФУ Игорь Кох. Он отмечает, что возвращение иностранных карт, если оно произойдет, изменит структуру рынка, однако основная доля все равно сохранится за «Миром», который для внутренних операций ничем не уступает зарубежным аналогам. При этом он подчеркивает, что платежная инфраструктура абсолютно готова к работе в условиях конкуренции, так как у России есть многолетний опыт параллельного функционирования разных платежных систем.
Директор по контенту и аналитике финансового маркетплейса «Выберу.ру» Ирина Андриевская считает, что в ближайший год, а возможно и в горизонте нескольких лет, говорить о возвращении Visa и Mastercard можно только в теории. Она напоминает, что пока новые санкционные волны отсекают россиян от мирового финансового «океана», а мобильные приложения банков регулярно «стирают ластиком» из онлайн-магазинов.
При этом Андриевская допускает два сценария. В первом, максимально благоприятном, если санкции ослабнут, россияне вряд ли массово ринутся оформлять импортные карты ради статуса. Она приводит расчет: по оценкам правительства, к группе самых обеспеченных (с доходом от 200 тыс. рублей в месяц) относится около 2,4 млн человек.
Даже если все они оформят Visa и Mastercard, доля новых карт на фоне общей эмиссии в 548,6 млн карт «Мира» окажется менее одного процента. Поэтому зачем массовому потребителю пластик с американскими логотипами — вопрос риторический, заключает она.
Во втором сценарии, если санкции сохранятся, но Visa и Mastercard все же найдут способ вернуться, привлекательность их карт может оказаться выше. Многие россияне, как в 2015—2021 годах, предпочтут иметь две карты: «Мир» для внутренних расчетов и зарубежную — для поездок.
В этом случае доля Visa и Mastercard может достигать 40−50% общей эмиссии, полагает Андриевская. Но и этот сценарий она называет маловероятным из-за сохраняющихся санкций. Отдельно она обращает внимание на китайскую UnionPay, которая до санкций имела в РФ эмиссию в 2,5 млн карт и может стать неудобным конкурентом для американских систем.
Технологии готовы, но мешает геополитика
Основатель компании «Frogent» Альберт Бодокия отмечает, что на 26 августа 2026 года признаков скорого полноценного возвращения Visa и Mastercard в Россию нет. Появляющиеся заявки на регистрацию товарных знаков это, скорее, попытка сохранить права на бренд, чем свидетельство готовящегося запуска. Он также указывает на ключевую цифру: доля карт «Мир» во внутренних операциях превысила 75%, а выпущено их почти 494 млн. СБП превратилась в массовый инструмент переводов, а банки развили собственные платежные сервисы.
Бодокия считает, что конкурировать с «Миром» внутри России будет значительно сложнее, чем до 2022 года. Для покупки в магазине клиенту безразлично, какая система стоит за картой — важнее кешбэк и удобство приложения. Главным преимуществом Visa и Mastercard, по его мнению, останется международная сеть. Возможность расплачиваться за рубежом, бронировать отели и оплачивать иностранные сервисы — вот что создаст спрос.
При этом он уверен, что позиции НСПК не ослабнут: государство вряд ли согласится снова сделать критические платежи зависимыми от иностранных компаний. Наиболее логичная архитектура, по его словам, выглядит так: внутри России — НСПК, за пределами — международная сеть.
Главное же препятствие сегодня находится не в технологиях, а в санкциях и корреспондентских отношениях. Даже политическая деэскалация, предупреждает Бодокия, не означает мгновенного возвращения: вероятен постепенный сценарий, когда сначала идет работа иностранных карт для въездного туризма, затем эмиссия отдельными банками, и лишь после демонтажа санкций происходит полномасштабное возвращение.
Российский ученый, кандидат экономических наук Сергей Гатауллин также считает маловероятным масштабное возвращение МПС в ближайшей перспективе. Он акцентирует внимание на том, что российский финтех давно перерос классический пластик: СБП, оплата по биометрии и цифровой рубль опережают предложение МПС на консервативных европейских рынках. Запрос пользователей остается только в сегменте трансграничных платежей, но условия потенциального возвращения должны быть жесткими, чтобы МПС не создали угрозу безопасности цифровой инфраструктуры.
Доктор экономических наук, профессор Вадим Хоменко отмечает, что вопрос уже поднимался в депутатских кругах, и эксперты его отвергали, ссылаясь на санкции и межбанковские отношения. Однако необходимость такого решения постепенно созревает. Он приводит личный пример: в Казахстане карты Сбербанка не принимали, пришлось менять рубли на местную валюту.
«Ситуация локализовалась настолько, что даже с ближайшими партнерами мы не можем свободно рассчитываться. Именно поэтому данная тема сегодня особенно актуальна», — заключает Хоменко.
Возвращение Visa и Mastercard в Россию, если и произойдет, будет носить не революционный, а эволюционный характер. Эксперты сходятся во мнении, что внутренний рынок уже не вернется к модели 2021 года: «Мир» и НСПК стали неотъемлемой частью финансовой системы, и отказываться от них никто не будет. Основная борьба развернется в нише трансграничных операций, туризма и премиальных услуг. Именно там международные системы сохраняют свои конкурентные преимущества.
Однако главным препятствием остаются не технологии и не привычки пользователей, а геополитические ограничения. Пока санкции действуют, полноценное возвращение невозможно.
Екатерина Слюсарева
