По итогам саммита Россия — АСЕАН в Казани заключено четыре документа, включая Казанскую декларацию и план действий до 2030 года. Что эти соглашения означают для Татарстана и есть ли перспективы для высокотехнологичного сотрудничества — читайте в авторской колонке на TatCenter.
В авторской колонке для TatCenter Вадим Хоменко, доктор экономических наук, профессор, член-корреспондент Академии наук Республики Татарстан, президент Экономического общества РТ, анализирует итоги юбилейного саммита Россия — АСЕАН и оценивает перспективы сотрудничества Татарстана со странами Юго-Восточной Азии.
Казань на протяжении последних лет становится территорией для обсуждения важнейших проблем развития взаимоотношений России со странами исламского мира, Юго-Восточной Азии и Китая. В течение менее полугода здесь проходят соответствующие международные форумы, значение которых сложно переоценить.
Вот и основной итог юбилейного саммита Россия — АСЕАН, прошедшего 17−18 июня 2026 года в Казани, — подписание Казанской декларации, в 16 пунктах которой закреплены общие подходы к ключевым международным вопросам и определены приоритетные направления дальнейшего международного сотрудничества стран АСЕАН.
Помимо этого документа, лидеры подписали комплексный план действий по реализации стратегического партнерства России и АСЕАН на 2026−2030 годы, а также совместные заявления в сферах энергетики и культуры. Всего же по итогам встречи лидеров было заключено четыре официальных документа, направленных на укрепление торгово-экономического, инвестиционного, научно-технического и культурного сотрудничества.
Татарстанцы ждут ответа на вопрос, что конкретно несут для них эти встречи и подписанные документы, где здесь собственно место Республики Татарстан. Здесь изначальной точкой для ответа является анализ развития экономических взаимоотношений этих стран с Россией. Основанием для такого утверждения является относительная схожесть отраслевой общероссийской и татарстанской структуры экономики.
Значимость стран АСЕАН для мировой экономики, и, в том числе для России, заключается в высокой динамике их развития с явным трендом в сторону высоких технологий. Объем ВВП этих стран приближается к 7,5% мирового ВВП, составив в 2025 году около 4,167 трлн долларов. Это сравнимо с Индией, доля которой в мировом ВВП около 6,5%. Для сравнения: по оценке Росстата, опубликованной в феврале 2026 года, номинальный ВВП России по итогам 2025 года составил 2,556 трлн долларов.
Страны АСЕАН при создании этого объединения дистанцировались от соцлагеря и СССР и имели западный ориентир развития. Позже они испытали сильное влияние растущей экономики Китая, который стал для них основным торговым партнером.
Россия не входила долгое время даже в число основных поставщиков сырья. Сырая нефть поступала в эти страны из Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, природный газ — из Австралии, Малайзии, Катара, уголь — из Австралии, Индонезии, нефтепродукты — из Республики Кореи, ОАЭ, Катара, руда — из Австралии. Но стремление к диверсификации этих поставок, обеспечивающее их стабильность, заставляет соответствующие страны обращать свое внимание и к России. Обратно в Россию идет достаточно разнообразный поток товаров со значительной долей высокотехнологичной продукции.
Россия за последние 10 лет нарастила импорт из государств АСЕАН на 70%. Импорт из этих стран, в среднем, среднетехнологичный. В число основных статей российских закупок входят сельхозсырье, техника, оборудование, транспорт, химическая продукция, текстиль, одежда и обувь. До западных антироссийских санкций одно из ведущих мест в импорте занимала электротехническая продукция. После введения санкций эта доля резко сократилась, так как соответствующие предприятия Юго-Восточной Азии используют поставляемые технологии и контрольное управление со стороны западных компаний. Россия позиционирует себя как надежный поставщик удобрений, зерна, углеводородов, черных металлов.
Несмотря на явно выраженную тенденцию роста экономических торговых связей России со странами АСЕАН их объем остается невысоким — 21 млрд долларов. Это около 3% от внешнеторгового оборота России, который по данным ФТС России в 2025 году составил 697,3 млрд долларов США. Доля же самой России во внешнем товарообороте стран АСЕАН составляет менее 1%, так как общий объем внешней торговли стран АСЕАН превышает 3 трлн долларов в год.
Необходимо отметить, что в минувшие годы отмечался и существенный торговый дисбаланс: российский экспорт существенно превышал импорт. В этом случае задача состоит не только в объемной корректировке, но и в существенной корректировке структуры экспорта, с учетом перспективных возможностей России. В этом случае официально заявляемые Россией приоритеты включают сельское хозяйство, энергетику, цифровую экономику, медицину, фармацевтику, высокие технологии и туризм. В этот перечень часто включают и технологичные решения в сфере атомной энергетики, информационных технологий и кибербезопасности. Ясно, что это возможно при существенной корректировке внутренних инвестиционных потоков, как корпоративных, так и бюджетных, обеспечивающих повышение конкурентоспособного научно-инновационного российского уровня. Для России страны АСЕАН должны представлять собой не только объемный диверсифицированный рынок сбыта, но и как важный источник импортных поставок комплектующих и высокотехнологичного оборудования, поступающих в соответствии со складывающейся высокотехнологичной специализацией и кооперацией наших стран.
Зачастую отсутствие встречной динамики стран АСЕАН на такую позицию России в существенной степени связано с опасением возможного нарастания по отношению к ним напряженности со стороны западных стран в условиях действия антироссийских санкций. Хотя приходится учитывать, что лишь Сингапур — единственная на сегодняшний момент времени страна АСЕАН, которая в 2022 году ввела санкции против России, включающие запрет на работу местных финансовых институтов с четырьмя российскими банками (ВТБ, «Россия», Промсвязьбанк, ВЭБ. РФ), а также экспортный контроль на технологии и военную продукцию.
В близком соответствии со сказанным выше сложились и развиваются отношения Республики Татарстан со странами АСЕАН. В структуре татарстанского экспорта в целом доминируют минеральные продукты (нефть, нефтепродукты) и продукция химической промышленности (синтетический каучук, полимеры, шины, удобрения).
В импорте Татарстана из стран АСЕАН картина иная: здесь сильнее выражен спрос на машиностроительную продукцию (оборудование, машины, транспортные средства) и химическую продукцию. К началу нынешнего десятилетия на машины, оборудование и транспорт приходилось более 60% импорта республики. Среди конкретных товарных позиций значились жидкостные насосы, подъемные механизмы, подшипники, клапаны, двигатели. Среди товаров из АСЕАН, которые шли в республику, значилась электроника, компоненты для сборки, продукция легкой промышленности (одежда, обувь).
Как было сказано выше, в части позиций электроники и электротехники санкции сыграли свою роль в части определенных ограничений. Тем не менее из Татарстана идут предложения в части создания совместных производств на его собственной территории. Так, на деловых форумах представители Татарстана (в том числе ОЭЗ «Алабуга») уже заявляли об имеющейся заинтересованности в совместных проектах в части разработки и выпуска микроэлектроники.
В качестве примеров интереса со стороны стран АСЕАН называют камеры с ИИ и продукцию из жаропрочной стали. Татарстан активно продвигает свои IT-решения. Представители Республики Татарстан предлагают не просто осуществлять поставку «коробочных» продуктов, а запускать совместные проекты под конкретные задачи развития стран АСЕАН. Так, среди уже реализованных конкретных разработок следует отметить платформу цифровых двойников RTsim (внедрена в Малайзии, Индонезии и на Филиппинах), платежную инфраструктуру goodPayments (работает в Таиланде), решения «Марс Технологии» (защищенная сеть связи и автоматизация в аэропортах Вьетнама). Наряду с этим интерес у азиатских партнеров вызовут ИИ-сервис «ГосПромпт», предназначенный для автоматизации госуслуг, и облачный сервис National LLM-as-a-Service для использования больших языковых моделей в госсекторе, здравоохранении и образовании.
Можно говорить и о том, что Татарстан может дополнительно войти на территорию Юго-Восточной Азии с имеющимися у него проектами эффективной переработки углеводородов (с учетом перспективной добычи углеводородов в Южно-Китайском море), поставками продукции глубокой переработки зерна, халяльной продукции.
В конечном счете нужно не только общее наращивание, но и диверсификация торговых связей. Сейчас торговля довольно локализована по своему спектру. Татарстан в основном продает сырье и продукцию первых его переделов, АСЕАН — готовую продукцию. Но есть потенциал взаимной высокотехнологичной торговли, в том числе на базе совместного проведения НИОКР и создания совместных высокотехнологичных предприятий. Кроме того, республика может выступать выгодным логистическим хабом: использовать развитую на ее территории транспортную инфраструктуру (речную, железнодорожную, автодорожную) для логистической оптимизации грузопотоков между Россией и АСЕАН.
Поэтапная реализация соответствующих целевых установок должна быть детализирована и включена в совместные межгосударственные проекты развития экономических связей России и стран АСЕАН с соответствующими четкими региональными сегментными включениями.
