Новости
18 Октября 2011, 14:20

Осенью 2011 года призывники в Татарстане пойдут служить с банковскими картами

Осенью этого года призывники в Татарстане пойдут служить с пластиковыми картами банка «ВТБ-24». На них будет начисляться денежное довольствие: рядовому — 400 рублей, сержанту — 500 рублей. Таким образом, министерство обороны России надеется, что до всех рядовых дойдут деньги. Об этих и других нововведениях в осеннем призыве 2011 года читайте в материале TatCenter.ru.

призывники О банковских картах на брифинге в кабинете министров РТ сообщил военный комиссар Татарстана Сергей Погодин. По его словам, в России создается единый расчетный центр, который будет работать с министерством обороны РФ и банком «ВТБ 24». Ведомство получит от банка реквизиты владельцев пластиковой карты, после чего расчетный центр сформирует единый электронный реестр призывников. Сейчас отделы районных военных комиссариатов составляют списки граждан, подлежащих отправке в войска. Изготовление банковских карт займет от 5 до 10 дней. Договоры представители банка будут заключать на сборном пункте РТ. Таким образом, молодой человек в военкомате получит не только телефон, сумку призывника, но и пластиковую карту.

Сергей Погодин также разъяснил спорный вопрос о призыве на службу аспирантов. По его словам, до введения изменений в федеральный закон о призыве этой категории граждан они не будут служить в армии. Ребят, имеющих детей и родителей преклонного возраста, по возможности направят в воинские части в соседние с Татарстаном республики.

Задание призывной комиссии РТ на этот призыв — направить на службу более 60% новобранцев с высшим и средне-профессиональным образованием. «Опыт показывает, что с ними никаких проблем не бывает во время прохождения ими службы», — подчеркнул Сергей Погодин. Он напомнил, что в октябре-декабре 2011 года в Татарстане на военную службу будут призваны порядка 5 тыс. молодых людей. Наибольшая часть из них отслужит в частях Центрального и Западного военных округов.

Первая отправка призывников намечена на 26 октября. В этот день татарстанские ребята направятся на службу в Московскую область, Республику Марий Эл, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Псков, Севастополь и Северодвинск. Между тем, норма призыва этой осенью, по сравнению с осенью 2010 года, уменьшена почти на треть, что связано с тем, что на службу стали больше набирать контрактников.

Сергей Погодин:

— Контрактники — это будущее нашей армии. 425 тысяч человек будут служить до 2016 года. Их возраст от 19 до 30 лет, образование ниже среднего или высшее. Человек по здоровью должен быть годен к военной службе, обладать военной или гражданской специальностью, физическая подготовка не ниже оценки «хорошо». Контрактники будут обучаться и потом сдавать экзамены. Их денежное довольствие составит от 27 до 35 тыс. рублей в зависимости от места службы и рода войск.

Военный комиссар Татарстана также сообщил, что прорабатывается вопрос о создании на базе Танкового казанского училища учебного центра по подготовке ребят со сроком обучения три месяца. Они будут служить в войсках в Центральном военном округе. В первоначальных планах обучение 150 татарстанцев с высшим и средним специальным образованием, которые займут командные должности сержантского состава. Количество новобранцев будет увеличено.

Сергей Погодин также признался, что обычно призывники в Татарстане приходят в армию здоровые, хотя есть и проблемы. Так, весной прошлого года 119 выпускников вузов и сузов не прошли медицинскую комиссию по здоровью. Сария Сабурская, уполномоченный по правам человека в РТ, присутствовавшая на брифинге, также рассказала о том, что когда она сопровождала эшелон с призывниками на место службы, был выявлен молодой человек с вегето-сосудистой дистонией и психическими отклонениями. Его пришлось снять с поезда и отправить лечиться в военный госпиталь.

Сария Сабурская:

— К счастью, это был единичный случай. Между тем, на мой адрес часто приходят жалобы от родителей и призывников о нарушениях во время прохождения призывной комиссии. В связи с этим пришлось обратиться к президенту РТ с просьбой включить во все призывные комиссии общественных помощников уполномоченного по правам человека в РТ. В каждом районе теперь у меня есть такой помощник. На каждом сайте района можно найти его страницу.

«Электронный паспорт призывника» может быть готов в Татарстане в 2013—2015 годах

В Татарстане проводится работа по разработке и внедрению автоматизированной информационной системы «Электронный паспорт призывника». По словам Сергея Погодина, эта система представляет собой единый продукт, решающий все задачи воинского учета призывников, и автоматизирует все мероприятия как при постановке граждан на воинский учет
, так и непосредственно при призыве их на военную службу.

Сергей Погодин:

— Внедрение этого проекта позволит снизить возможные коррупционные риски за счет автоматизации процессов принятия решения, повысит оперативность работы отделов военного комиссариата республики, в том числе поможет отслеживать всю медицинскую историю призывника от нуля (с момента рождения мальчика). В апреле 2011 года в военном комиссариате Вахитовского и Приволжского районов Казани была проведена демонстрация прототипа «Электронного паспорта призывника» для комиссии минобороны России, которая дала высокую оценку проекту республики. Создание единой системы учета подготовки призывных ресурсов предусмотрено в РТ в 2013—2015 годах.

Справка TatCenter.ru:

В осенний призыв 2011 года служить пойдут 135 850 граждан. В РТ вызову в призывные комиссии подлежит более 30 тыс. граждан. При этом около 5 тысяч татарстанцев будут отправлены на службу, в сухопутные войска 39,4% человек, в военно-воздушные силы 5,7%, военно-морской флот 6,4%, воздушно-десантные войска 6%, во внутренние войска 19,3%, ракетные войска стратегического назначения 8,5%. Наибольшее количество призывников попадут в части Центрального и Западного военных округов. Как и ранее 20 молодых ребят будут служить в президентском полке.

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.