Новости
30 Января 2012, 07:22

Олеся Балтусова показала Ильсуру Метшину самые проблемные участки туристических маршрутов

Прогулку по историческому центру Казани совершил мэр Казани Ильсур Метшин в сопровождении помощника президента РТ Олеси Балтусовой, которая указала на самые проблемные участки, встречающиеся на туристических маршрутах. Глава города прошел по улицам Баумана, Миславского, Рахматуллина, К. Наджми, побывал в районе Старо-Татарской слободы.

пешая прогулка Среди наиболее проблемных участков — не работающий пешеходный переход на пересечении ул. Б.Красная и Миславского. Когда туристы посещают Казанский Богородицкий монастырь и идут по улице Миславского, перейти дорогу им, по словам Балтусовой, затруднительно.

Следующий проблемный объект — смотровая площадка КФУ, а точнее дорога к ней. Подняться на университетский холм, чтобы полюбоваться оттуда живописным видом на город, можно по ступенькам от пересечения улицы Профсоюзной с Астрономической. Но нынешней зимой лестницу от снега никто не чистил, и она превратилась в ледяную горку. По мнению Ильсура Метшина, нужно призвать университет к ответственности в решении этого вопроса, ведь это территория относится к КФУ.

Затем Ильсур Метшин еще раз прошел по улице Баумана. Напомним, обход улицы Баумана градоначальник проводил уже неоднократно. По словам мэра Казани со всеми собственниками зданий по улице Баумана проведена огромная работа, результатом которой стало подписание соглашений с городскими властями. В них закреплены перечень восстановительных и ремонтных работ, работ по благоустройству работ, конкретные сроки их проведения и зона ответственности сторон. «За 2012 год собственники должны привести свои объекты в надлежащий вид», — добавил он.

Особое внимание главы города помощник президента обратила на припаркованные напешая прогулка улице Баумана автомобили и подземную галерею, находящуюся в районе гостиницы «Казань». Дело в том, что проход в нее сейчас в связи реконструкционными работами закрыт, тем не менее, вход самовольно открыли и сейчас это излюбленное место бомжей и неформальной молодежи.

Еще одним важным элементом туристических маршрутов в Казани является проход на ул. Профсоюзную с Баумана. Но обе лестницы, ведущие туда — и по ул. К.Наджми, и по ул. М.Джалиля находятся в плачевном состоянии. Ильсур Метшин пообещал отремонтировать лестницы, отметив, что эти маршруты интересны не только для приезжих гостей, но и давно любимы казанцами к одному из духовных символов Казани — Петропавловскому собору.

Кстати, проход к собору омрачает внешний облик корпуса швейной фабрики «Адонис» (ул.Джалиля, 19). Причем, на территории, принадлежащей фабрике, находится дом купца Михляева XVII века постройки — самый старый памятник гражданской архитектуры в Казани, где в 1722 году останавливался Петр I. Как рассказала мэру Олеся Балтусова, руководство промышленного предприятия, несмотря на то, что это режимный объект готово пускать туристов, однако этого делать сейчас не стоит: двор заброшен и выглядит непрезентабельно.

Далее маршрут пешеходной прогулки прошел по улице Рахматуллина. Градоначальник осмотрел здание гостиницы Дворянского собрания — памятника культурного наследия федерального значения. Сейчас ведутся поиски инвесторов для его восстановления.

Пешеходная экскурсия закончилась в районе Старо-Татарской слободы, здесь больше всего нерешенных вопросов по домам 84 и 86 по ул. Тукая. Что касается домов с нечетными номерами по улице Сафьян, Ильсур Метшин предложил идею реконструкции их в едином комплексе: здесь могут появиться кафе, чайные, сувенирные лавки. Однако для этого восстановлением и реконструкцией зданий должен заниматься один собственник, — добавил он.

KZN.ru

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.