Рынок микрофинансов ждет сокращение числа игроков вдвое — до 400 компаний к 2028 году, а по некоторым оценкам — до 200. Основной удар придется на независимых игроков, у которых нет ресурсов на интеграцию с ЕБС. Кто выживет и почему это создает риски для 15 млн клиентов — в авторской колонке на TatCenter.
В авторской колонке для TatCenter Павел Самиев, управляющий партнер аналитического агентства «БизнесДром», председатель комитета «ОПОРЫ РОССИИ» по финансовым рынкам, анализирует, как биометрия и новые регуляторные ограничения изменят рынок микрофинансовых организаций, и прогнозирует его сокращение до 200 компаний к 2028 году.
У российского рынка микрофинансов 15 млн клиентов. По данным Центра биометрических технологий (ЦБТ), стандартной и подтвержденной биометрией сегодня пользуются более 20 млн россиян. При этом какой процент из этих 20 млн является клиентами МФО — неизвестно. Именно этот разрыв — главная причина, почему регулятор пока не вводит жесткие надзорные меры. Но пока Банк России дает отсрочку, крупные игроки уже нашли способы адаптироваться к новым правилам.
Рынок ждет не просто сокращение числа игроков, а перераспределение долей — активы и клиентские базы перейдут к тем, у кого есть банк или маркетплейс за спиной.
Рейтинговое агентство «Эксперт РА» прогнозирует, что к 2028 году число МФО сократится вдвое — с нынешних 833 до примерно 400, а выдачи упадут на 30% в 2027-м. Основные факторы — обязательная биометрия через ЕБС и правило «один заем в руки». Это классический сценарий регуляторного шока. Однако динамика первых месяцев 2026 года показывает, что крупные структуры уже адаптировались, а независимые игроки не смогут повторить их маневры.
По данным ЦБ, за первый квартал 2026 года выдачи сократились на 7% до 482 млрд рублей. И это был еще «дорегуляторный» период. По моей оценке, основанной на данных ЦБ и опросах участников рынка, с учетом новых правил падение по итогам года может составить до 30%. Однако падение будет неравномерным. Кэптивные компании, входящие в банковские группы или экосистемы маркетплейсов, получают дешевое фондирование и стабильный клиентский трафик. Для них текущая турбулентность лишь возможность перехватить долю рынка у слабых соседей. Независимые МФО такого запаса прочности не имеют. Тренд на консолидацию наметился давно, и сейчас он только ускорится.
Биометрия лишь один из факторов. Регуляторных изменений, которые действительно меняют рынок, гораздо больше. С января 2026 года займы до 50 тыс. рублей нельзя выдавать без подтверждения дохода ни «со слов», ни по внутренним моделям. Только справки или данные Росстата. С апреля 2026 года переплата ограничена 100% от суммы долга (было 130%). Клиент, взявший 10 тыс., не вернет больше 20 тыс. независимо от срока.
С октября 2026 года вводится лимит: не более двух займов с полной стоимостью выше 200% годовых на одного человека. А с апреля 2027 года — не более одного займа с ПСК выше 100%. Эти ограничения бьют по рынку не меньше биометрии. Крупные игроки адаптируются быстрее: у них есть ресурсы на IT-перестройку и юридическое сопровождение.
Помимо адаптации продуктовых линеек, крупные игроки используют еще один легальный способ смягчить регуляторное давление — смену юридического статуса. Ряд компаний перерегистрировались из микрофинансовых компаний (МФК) в микрокредитные компании (МКК). Для МФК требования по биометрии вступили в силу с 1 марта 2026 года, а для МКК отсрочка действует до марта 2027 года. Разница в год позволяет сохранить выдачу, не нарушая закон. Другие игроки пошли иным путем — они не меняют статус головной компании, а перенаправляют онлайн-клиентов в свои дочерние МКК. Всего с января статус сменили 12 МФК, и сейчас в реестре осталось всего 26 компаний этого типа (год назад было 39). Такой маневр требует серьезных юридических и административных ресурсов, которые есть далеко не у всех.
Банк России дал рынку передышку до января 2027 года. В письме от 5 мая регулятор прямо заявил, что не будет применять надзорные меры к МФК, не интегрировавшим ЕБС. Как признал на форуме СРО «МиР» Илья Кочетков (Банк России), система технически не готова, а база биометрий недостаточно наполнена.
По оценкам Минцифры, потенциально биометрией могут воспользоваться около 50 млн россиян, но реально зарегистрированы в системе на стандартном и подтвержденном уровне более 20 млн. При этом у МФО почти 15 млн активных заемщиков. Однако МФО не имеют доступа к базе ЕБС и не могут заранее знать, кто из их клиентов сдал биометрию, а кто нет: они узнают это только в момент попытки провести идентификацию. Именно эта неизвестность, а не просто разрыв в цифрах — главная причина, почему регулятор дал отсрочку. Разрыв очевиден, и ЦБ осознает его. Отсрочка — это не амнистия, а время на подготовку, и крупные игроки используют его для укрепления позиций.
Консолидация МФО не уникальное явление, а последовательная политика ЦБ по оздоровлению финансового сектора. Для сравнения: по данным ЦБ на 1 июня 2026 года в стране действовал 301 банк (без учета небанковских) против 306 на начало года. Мелкие игроки уходят или поглощаются.
Наиболее вероятный сценарий на пятилетнюю перспективу: рынок сожмется примерно до 200 компаний. Подавляющее большинство из них будут встроены в крупные финансовые группы или экосистемы маркетплейсов. Общий портфель займов при этом вряд ли сильно уменьшится — он просто перераспределится между меньшим числом участников.
Плюсы такого развития: крупные игроки укрепят устойчивость, выстроят экосистемы, клиенты получат доступ к более широкому набору сервисов. Минус — неизбежное снижение конкуренции, а значит, и выбора для заемщиков. Здесь возникает главная этическая проблема. Почти 15 млн клиентов МФО — это люди, которые по разным причинам не проходят в банки: нет официального дохода, плохая кредитная история, высокий ПДН или банк просто не готов рисковать. Если независимые МФО уйдут, а банковские «дочки» переориентируются на более качественных заемщиков, этим 15 млн человек негде будет взять деньги. Биометрия станет не техническим барьером, а социальным фильтром.
Хуже того, уход легальных игроков неизбежно создаст вакуум, который заполнят нелегальные кредиторы — «черные» займодавцы без лицензий, с заоблачными ставками и методами взыскания на грани уголовного кодекса. Это прямо противоречит задачам ЦБ по защите прав потребителей. Регулятор, ужесточая правила, рискует не решить проблему, а загнать ее в тень. Пока в официальных дискуссиях этот сценарий почти не обсуждается, но он может стать реальным последствием излишне жесткого регулирования.
Рынок МФО ждет жесткая консолидация. Но основной удар придется не на кэптивные и банковские структуры, как предполагает один из сценариев, а на независимых игроков — у них нет ни банка-спонсора, ни трафика маркетплейса, ни ресурсов на интеграцию с ЕБС. Именно они, а не «дочки» банков, будут покидать рынок в первую очередь. И если ЦБ не учтет социальные последствия этого исхода, победа над «серыми» МФО может обернуться расцветом «черных» — гораздо более опасных для заемщиков.
Что можно посоветовать клиентам? Быть аккуратнее, если обращаться в МФО, то внимательно проверять, что это действительно легальная организация под надзором Банка России. Готовиться к ужесточению требований. МФО будут ближе к банкам в формате работы.
