Новости
03 Марта 2017, 21:00

Ни лицензии, ни санации: ЦБ принял решение по ТФБ и ИнтехБанку

3 марта ЦБ РФ отозвал лицензию сразу у трех банков Татарстана — Татфондбанка, ИнтехБанка и Анкор банка. При этом регулятор подчеркнул, что крайне низкое качество активов кредитных организаций не позволяет провести оздоровление с помощью АСВ. Эксперты решение назвали ожидаемым, поскольку «санировать можно только что-то реальное в смысле активов», и не исключили негативных настроений со стороны клиентов частных банков, «если уж Банк России отзывает лицензию у крупного банка, связанного с региональным руководством».

Санации не будет: отзыв лицензий ц ЦБ объяснили низким качеством активов

ЦБ РФ в пятницу, 3 марта отозвал лицензию у татарстанских Татфондбанка и ИнтехБанка. А чуть позже и у казанского Анкор банка. Согласно данным отчетности, по величине активов ПАО «Татфондбанк» на 1 февраля занимало 42-е место в банковской системе РФ, ИнтехБанк — 138-е место. Свое решение регулятор объяснил неисполнением кредитными организациями федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также снижением ниже 2% размера капитала. Депутат Госсовета РТ, экс-глава Татфондбанка Роберт Мусин стал фигурантом уголовного дела. Он арестован до 16 апреля, ущерб от его действий оценивается в 3 млрд рублей.

«При неудовлетворительном качестве активов Татфондбанк неадекватно оценивал принятые риски. Надлежащая оценка кредитного риска и объективное отражение стоимости активов в отчетности привели к полной утрате капитала. Руководство и собственники банка не предприняли действенные меры по нормализации его деятельности», — говорится в сообщении регулятора.

Аналогичная формулировка применена и в отношении объяснения отзыва лицензии у ИнтехБанка. ТФБ уже сообщил, что работа офисов прекращается, а осуществление банковских операций с сегодняшнего дня не проводится. «О порядке погашения кредитов будет сообщено дополнительно», — говорится в сообщении банка.

При этом ЦБ подчеркивает, что крайне низкое качество активов обоих банков не позволяет провести санацию с помощью Агентства по страхованию вкладов.

«В случае отзыва банковской лицензии, что и произошло сегодня, надежды на финансовое оздоровление Татфондбанка и ИнтехБанка больше нет», — подтвердил TatCenter.ru экономист, проф. кафедры «Финансы и кредит» Казанского инновационного университета им. В.Г.Тимирясова (ИЭУП) Ленар Салимов.

Интересно, что еще несколько дней назад в АСВ придерживались иного мнения. 27 февраля глава временной администрации кредитной организации Дмитрий Онегин из Агентства по страхованию вкладов, подписавший отчет ТФБ за четвертый квартал прошлого года, заявлял, что считает санацию ТФБ перспективной. Сообщалось, что Онегин «не обнаружил злонамеренных действий правления по доведению банка до неплатежеспособности», а также, что «сложности с ликвидностью» у банка возникли «в связи с повышенным спросом на досрочное закрытие вкладов на фоне публикаций в СМИ о возможной санации и паники в социальных сетях» [цитаты по «Коммерсанту»].

На санацию надеялись и власти Татарстана. В республике профильные министерства и ведомства развернули штаб по поддержке предпринимателей, а по распоряжению президента РТ на их поддержку правительство выделило 1 млрд рублей. Кроме того, по личному обращению Рустама Минниханова ГК «ТАИФ» и ряд других партнеров выразили готовность участия в санации Татфондбанка в качестве стратегических инвесторов. Письмо с возможными вариантами поддержки банка было направлено в ЦБ РФ, однако регулятор, как и ранее, почему-то отклонил заявку потенциальных санаторов.

«Были и другие структуры, которые заявлялись, но ЦБ их не воспринял — это было связано с их кредитной историей и с качеством активов, поскольку санатор должен вложить определённое количество средств», — признавался в кулуарах сочинского форума Минниханов, добавляя, что власти Татарстана рассчитывают на санацию.

В связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций деятельность временной администрации по управлению Татфондбанком и ИнтехБанком, функции которой были возложены на АСВ соответственно 15 и 23 декабря прошлого года, прекращена. В банки назначена временная администрация сроком действия до момента назначения конкурсного управляющего либо ликвидатора. Полномочия исполнительных органов кредитных организаций приостановлены.

3 марта Рустам Минниханов поручил предотвратить вывод активов из банков Татарстана.

Интересно и то, что накануне ЦБ сообщил, что в стране разработан механизм участия регулятора в санации банков, который предполагает переход от кредитной схемы к прямому участию Банка России в капитале санируемых организаций. Однако, очевидно, что и эту схему к татарстанским банкам решили не применять.

«Если уж отзывают лицензию у крупного банка, связанного с региональным руководством…»

Экономист Вячеслав Зубаков подводя итоги «битвы за банки РТ», которая длилась больше трех месяцев, говорит, что стабильность банков Татарстана всегда строилась на стабильности государственных вливаний в их оборотный капитал — и не последнюю роль здесь играл Нацбанк РТ. Правда, под руководством экс-главы Евгения Богачева. «Господин Богачёв был и есть у нас как Дед Мазай, спасавший своих «зайцев», — поясняет эксперт. При этом, Зубаков отмечает, что ожидал такое решение, поскольку «санировать можно только что-то реальное в смысле активов».

Экономист, доцент кафедры банковского дела РЭУ им. Г.В. Плеханова Максим Марков, рассуждая о целесообразности санации такого крупного банка как ТФБ, входящего в топ-50 банковской системы РФ, говорил, что сохранение лицензии у банка, кроме того, принадлежащего руководству субъекта РФ, позволило бы предотвратить панику среди клиентов других банков региона и избежать возможного экономического и социального напряжения в республике.

«А такая паника, несомненно, возникнет у клиентов частных банков, если уж Банк России отзывает лицензию у крупного банка, связанного с региональным руководством», — предупреждает Марков.

Как будут действовать дальше сами клиенты, не раз выходившие на митинги, организовавшие беспрецедентную кампанию по спасению своих средств, пока не известно.

Они создали Союз пострадавших клиентов Татфондбанка и ИнтехБанка, не раз обращались к руководству республики и страны с просьбой найти санатора, заявляли, что в случае банкротства банков «тысячи юрлиц в Татарстане вынуждены будут закрыться, а без средств к существованию останутся сотни тысяч граждан республики».

Выплаты «физикам» продолжатся. «Юрикам» надо попасть в рееестр кредиторов

АСВ сообщило, что выплаты вкладчикам Татфондбанка и Интехбанка, несмотря на отзыв лицензий у обеих кредитных организаций, продолжатся. Возмещение выплачивается в размере 100% суммы всех вкладов в банке, в том числе открытых для осуществления предпринимательской деятельности, на дату наступления страхового случая, включая проценты, но в совокупности не более 1,4 млн руб.

Бизнес-омбудсмен Татарстана Тимур Нагуманов объяснил пострадавшим клиентам Татфондбанк, ИнтехБанка и Анкор банка, как попасть в реестр кредиторов.

«Для включения в реестр кредиторов предпринимателям необходимо заявиться с требованием. По закону формирование реестра кредиторов происходит не автоматически, а в заявительном порядке».

Схема действий выглядит следующим образом:

  1. Скачать и заполнить шаблон требования кредитора. Бланки шаблонов можно взять на сайте Совета по предпринимательству.
  2. Отправить заполненное требование по почте в адрес временной администрации (адрес АСВ: 109 240, г. Москва, ул. Высоцкого, д. 4) либо в центральный офис банка.
  3. К требованию необходимо приложить документы, выступающие обоснованием обязательств банка. Это может быть договор банковского счета, выписка об остатке средств на счете.

По словам Тимура Нагуманова, временная администрация в течение 30 рабочих дней обязана рассмотреть требование и принять решение о внесении в реестр кредиторов либо об отказе во включении.

Добавим, что юристы бизнес-омбудсмена готовы помочь пострадавшим клиентам с оформлением требований. Они консультируют по порядку действий и защите интересов предпринимателей по тел.: (843) 203 29 08.

Расследование продолжается…

В завершение добавим, что в настоящее время в Татарстане расследуется уголовное дело по признакам мошенничества в «дочке» Татфондбанка — инвесткомпании «ТФБ Финанс». Заявления в полицию написали более 100 клиентов компании. По предварительным данным следствия, ущерб составляет больш
е 90 млн рублей.

На скамье подсудимых 5 человек — замглавы Татфондбанка Сергей Мещанов, гендиректор ИК «ТФБ Финанс» Тимур Вальшин, начальник управления активных операций на рынке ценных бумаг Татфондбанка Илнар Абдульманов, руководитель отдела клиентского сервиса инвесткомпании «ТФБ Финанс» Рустам Тимирбаев и заместитель председателя правления Татфондбанка Вадим Мерзляков. Все они арестованы до 2 апреля.

О возможном аресте экс-главы Татфондбанка Роберта Мусина СМИ впервые сообщили в конце февраля, однако информация тогда не подтвердилась. Экс-глава Татфондбанка является депутатом Госсовета РТ, а в этом случае направлять ходатайство в суд могут только органы Следственного комитета РФ. Вечером 3 марта депутат Госсовета РТ, экс-председатель правления Татфондбанка Мусин стал шестым фигурантом уголовного дела по признакам мошенничества в «дочке» банка — инвесткомпании «ТФБ Финанс».

Накануне, прокурор сообщил, что задержанный последним Сергей Мещанов в своих показаниях фактически подробно описал схему вывода денег, предшествовавшего последним событиям в Татфондбанке, рассказал о лицах, причастных к этому, готов к сотрудничеству с правоохранительными органами для установления истины по делу.

TatCenter.ru следит за ходом этого дела. Материл дополняется по мере появления информации.

Юлия Амочаева

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.