Кабмин РТ утвердил программу «Цифровой Татарстан», на реализацию которой в 2022—2024 годах потратят 12 млрд 668 млн 201 тыс. рублей. Из них 1 млрд 147 млн 495 тыс. рублей — федеральные средства. Соответствующее постановление правительства Татарстана подписал премьер-министр республики Алексей Песошин.

Согласно документу, опубликованному на официальном портале правовой информации РТ, в 2022 году объем финансирования составит 4,2 млрд рублей, в 2023 году — 4,7 млрд рублей, в 2024 году — 3,8 млрд рублей.

Ожидается, что в результате реализации программы к 2024 году в Татарстане доля граждан старше 14 лет, зарегистрированных в Единой системе идентификации и аутентификации, достигнет 82%, доля образовательных организаций, имеющих доступ к дистанционным формам обучения и электронным учебникам, составит 100%, доля доступных в электронном виде массовых социально значимых услуг — 95%, цифровое вещание и широкополный доступ в интернет — 89% и т. д.

Ранее в сентябре Татарстан принял также стратегию цифровой трансформации отраслей экономики, социальной сферы и государственного управления. Срок реализации мероприятий дорожной карты — 2022−2024 годы. Цель стратегии — радикальное повышение результативности и создание новых возможностей для взаимодействия органов власти с бизнесом и потребителями. В числе задач — переход на проактивное оказание муниципальных и госуслуг, увеличение доли цифрового бизнеса в экономике республики, устранение цифрового неравенства.

Стратегия включает в себя 15 отраслей, в т. ч. промышленность, сельское хозяйство, здравоохранение, образование, транспорт и логистика, развитие городской среды и др. Пока что низкую готовность к цифровой трансформации демонстрируют 15% компаний Татарстана, а лидерами цифровизации можно считать лишь 1% республиканских предприятий.

Президент Татарстана Рустам Минниханов объявил 2022 год в республике Годом цифровизации.

В Госдуме обсуждается инициатива по заморозке цен на социально значимые продукты через механизм субсидирования торговых сетей. Врач-психиатр-нарколог Марина Калюжная оценила реалистичность такого подхода и предупредила о возможных психологических и экономических последствиях.

По ее мнению, субсидирование выглядит для людей более спокойной мерой, чем прямой запрет на повышение цен — государство как бы берет часть нагрузки на себя. Однако механизм сработает только при условии, что вся цепочка (производитель, логистика, магазин) не окажется в убытке. В противном случае возможны сокращение ассортимента, ухудшение состава продукции, уменьшение упаковки или даже исчезновение товаров в регионах. Особое внимание эксперт обратила на психологический аспект. Само словосочетание «заморозка цен» большинство людей воспринимает не как экономическую меру, а как сигнал о том, что с продуктами уже что-то не так. Мозг включает режим угрозы: надо купить сейчас, пока есть. Особенно это характерно для тех, кто живет в постоянном информационном шуме, где громкий заголовок за несколько часов превращается в ощущение почти принятого решения. Человек начинает чаще проверять цены, делать запасы сахара, крупы и муки и невольно заражает тревогой близких.

Здесь, по словам Калюжной, возможен парадокс: локальный дефицит иногда создает не сама мера, а ожидание дефицита. Люди сметают товар, видят пустую полку и получают «доказательство» своей тревоги, после чего закупают еще больше. Поэтому ключевое значение имеют не только субсидии, но и ясное разъяснение: какие продукты входят в список, на какой срок действует мера, кто компенсирует расходы и каковы текущие запасы. Неопределенность, подчеркивает эксперт, мозг переносит хуже, чем плохую, но понятную новость. При прозрачных правилах мера может снизить тревогу, без них — сама станет топливом для паники.

Читайте также: «Цены на дизель меняют логистику автоперевозок в РФ».