Новости
25 Июня 2014, 09:22

Майская маета бюджета от майских указов

Татарстанский бюджет мужественно продолжал нести в мае бремя «майских» указов Владимира Путина. Удешевление рубля и повышение налогов пока позволяют удерживать ситуацию под контролем.

Несмотря на рост доходов татарстанского бюджета под воздействием девальвации, положительных моментов мало. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года доходы выросли на 4%, а рост расходов при этом вышел на двузначную цифру — 24%. Как результат — текущий дефицит бюджета Татарстана в размере 5,6 млрд рублей вместо прошлогоднего профицита в размере 8,3 млрд рублей.

январь-май 2014январь-май 2013Абс. изменениеОтн. изменение
1. Доходы бюджета82,679,72,94%
1.1.1. Налог на прибыль24,821,43,416%
1.1.2. НДФЛ20,418,81,79%
1.1.3. Налог на имущество12,712,10,65%
1.1.4. Акцизы7,761,729%
1.1.5. Налог на совокуп. доход (по др. налог. режимам)3,63,30,27%
1.1.6. Доходы от использования госимущества1,32,2-0,9-39%
1.1.7. Штрафы, санкции1,40,90,558%
1.2. Безвозмездные поступления8,213-4,9-37%
2. Расходы бюджета88,271,416,824%
2.1. Образование28,222,55,826%
2.2. Национальная экономика25,517,5846%
2.3. Здравоохранение9,790,78%
2.4. Социальная политика9,48,80,67%
2.5. ЖКХ44,2-0,2-5%
3. Профицит/Дефицит бюджет-5,68,3-13,9

*млрд руб.

Доходы

Основной налог Татарстана — налог на прибыль — вырос на 16% и составил 24,8 млрд рублей. Причиной роста стали более высокие валютные курсы. Так, средний номинальный курс доллара США вырос на 14,08% и составил 35,08 руб. в январе-мае 2014 года (30,75 руб. в 2013 году за аналогичный период). По евро рост еще выше — 19,4%.

Если учесть, что по данным 2013 года доля экспорта в страны Евросоюза в РТ составляет 79,8% от общего экспорта с расчетами в евро, то становится понятна причина столь высокой динамики по налогу на прибыль.

Благодаря девальвации доходная часть консолидированного бюджета РТ серьезно улучшилась по сравнению с прошлым годом. Нет никаких сомнений, что аналогич
ная картина будет наблюдаться в бюджете на протяжении всего года. Произошедшая масштабная девальвация рубля закроет все прорехи бюджета, столь сильно ориентированного на поступление «нефтяных доходов». Но сможет ли она компенсировать рост бюджетных обязательств?

Рост бюджетных доходов по НДФЛ на 9% обусловлен ростом заработной платы и, как следствие, увеличением фонда оплаты труда. Так, по данным Татарстанстата, среднемесячная заработная плата, начисленная работникам предприятий и организаций, включая субъекты малого предпринимательства, в январе-апреле 2014 года составила 26 360,7 рубля и возросла на 11,3% по сравнению с соответствующим периодом 2013 года.

Можно, конечно, сетовать, что повышение выплачиваемых зарплат было достигнуто, в основном, внеэкономическими методами — повышением зарплат бюджетникам (врачи, учителя, военные, полиция) в ходе реализации «майских» указов Путина. Но факт остается фактом: растет зарплата — растут и доходы бюджета.

Рост поступлений по акцизам на 29% связан с ростом ставок налогообложения. Его, таким образом, можно отнести на счет административного повышения акцизных ставок по крепкому алкоголю, пиву, табаку и по некоторым позициям нефтехимии, а также расширения линейки выпускаемых автомобилей на ООО «Форд Соллерс Елабуга».

По доходным статьям бюджета четко видно повышение по налогам, зависящим от курсовой политики (девальвация) и директивное (внеэкономическое) повышение поступлений других налогов и сборов.

В то же время, снизившийся на 37% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года объем межбюджетных трансфертов немного смазал благостную картинку. Более того, снижение межбюджетных трансфертов из федерального центра полностью съело «девальвационную премию» бюджета. Это и неудивительно, ведь в 2013 году еще шел поток федеральных денег на Универсиаду, а в этом году он превратился в скромный ручеек.

Но в целом рост совокупных доходов бюджета на 4% – позитивное явление. Правда, если наложить на эту цифру инфляцию, то рост станет незаметен.

Расходы

На бурный рост расходов (сразу на 24%) повлияла необходимость выполнения все тех же «майских» указов Путина. Уже 2 года прошло с начала их реализации — такой тяжелой для региональных финансов. И ведь не проигнорируешь — невыполнение чревато… Федеральным чиновникам как-то не до компенсаций регионам тяжелой ноши. Регионы выкручиваются, как могут.

Напомним, согласно указам, к 2018 г. среднюю зарплату врачей и преподавателей вузов необходимо довести до 200% от средней по региону, т. е. до 52,7 тыс. руб. (в сегодняшних ценах). В 2013 году в Татарстане только на это повышение потребовалось дополнительно 16,2 млрд рублей. А федеральный Минфин из 16,2 млрд руб. компенсировал лишь 3,7 миллиарда. Разницу республиканскому бюджету пришлось закрывать самостоятельно. В этом году складывается такая же картина.

Возьмем отношение средней заработной платы работников соответствующей категории к средней заработной плате по РТ по данным на конец 2013 г.

Отношение средней зарплаты работников
соответствующей категории к средней зарплате по
РТ, %

Педагогические работники дошкольных образовательных учреждений

100,3

Педагогические работники образовательных учреждений общего образования

101,1

Педагогические работники учреждений дополнительного образования детей

58,5

Преподаватели и мастера производственного обучения образовательных учреждений начального и среднего профессионального образования

80,1

Преподаватели образовательных учреждений высшего профессионального образования

141,6

Врачи и работники медицинских организаций, имеющие высшее медицинское (фармацевтическое) или иное высшее образование, предоставляющие медицинские услуги (обеспечивающие предоставление медицинских услуг)

125,3

Средний ме дицинский (фармацевтический) персонал (персонал, обеспечивающий условия для предоставления медицинских услуг)

73,6

Младший медицинский персонал (персонал, обеспечивающий условия для предоставления медицинских услуг)

47,4

Социальные работники

61,6

Работники учреждений культуры

57

Научные сотрудники

112,2

Как видно из таблицы, для выполнения майских указов придется продолжать наращивание зарплат по соответствующим категориям. Вот только где взять деньги?

Федеральное правительство, озабоченное тяжелой бюджетной ситуацией, сложившейся в регионах, нашло промежуточное решение. Три банка — ВТБ, Россельхозбанк и Сбербанк — согласились предоставлять кредиты по ставке 8,75%, они будут замещаться бюджетными кредитами, объем которых увеличат более чем в два раза, до кризисного уровня 2009—2010 годов, а ставку по ним снизят до уровня ниже 1%. Ставка приближается к той, что установлена для бюджетных кредитов, выдаваемых регионам на ликвидацию последствий чрезвычайных ситуаций.

Вот только Татарстану от этого решения ни жарко, ни холодно — он просто не может воспользоваться этим механизмом, потому что на него распространяется мораторий на привлечение кредитных средств и дальнейшее наращивание бюджетных кредитов, получаемых из Минфина РФ. Напомним, что в связи с подготовкой к Универсиаде Татарстан получил федеральных бюджетных кредитов на 65,5 млрд рублей. В конце 2012 года решением Москвы они были реструктурированы — были предоставлены налоговые каникулы на ближайшие 10 лет, то есть до 2022 года. А в последующие 10 лет — с 2023 по 2033 годы — республика должна будет погашать кредит равными долями по ставке 0,5 (!) процентов годовых.

Так что Татарстану придется как-то выкручиваться.

Для реализации майских путинских указов пришлось немного прижать расходы на «Жилищно-коммунальное хозяйство» (-5%). Зато возросли (во многом из-за поднятия зарплат учителям и врачам) расходы бюджета на «Образование» (+26%) и «Здравоохранение» (+8%). Отметим, что по здравоохранению тотальное поднятие зарплат еще на подходе.

Также на 46% пришлось увеличить расходы по статье «Национальная экономика», доведя ее исполнение до 64% от годового плана. Традиционный сезонный всплеск, ведь в данной статье расходов собрано множество инфраструктурных вложений.

Таким образом, Татарстан имеет текущий дефицит бюджета в размере 5,6 млрд рублей вместо прошлогоднего профицита в аналогичном периоде в размере 8,3 млрд рублей. Пока от необеспеченных федеральных мандатов не спасает даже девальвация.

Альберт Бикбов

руководитель аналитического отдела портала TatCenter.ru

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.