Новости
14 Октября 2014, 12:53

Куда заведет Татарстан датский опыт?

Делегация из Татарстана съездила в Данию, где местные чиновники увидели «массу интересных вещей». О том, как эта «масса» может быть реализована в республиканской промышленности, и поможет ли датский опыт пересадить татарстанцев на велосипеды, и при этом сделать их счастливыми, — материал портала TatCenter.ru.

На прошлой неделе делегация из Татарстана во главе с президентом республики Рустамом Миннихановым находилась с рабочим визитом в Дании. На прошедшем сегодня в кабмине РТ брифинге чиновники рассказали, о чем удалось договориться с датскими коллегами, а также о том, как их опыт может изменить не только промышленность Татарстана, но и жизнь рядовых граждан, прежде всего, автомобилистов.

Нефть, химия и катализаторы…

В Копенгагене чиновники встретились с представителями сразу нескольких компаний.

Как пояснил министр строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства РТ Ирек Файзуллин, вопросы обсуждались различные — от внедрения новых технологий на нефтеперерабатывающих предприятиях республики и строительства в Менделеевске комплекса по производству аммиака, метанола и карбамида [см. пятую строчку рейтинга: 10 самых дорогих инвестиций в Татарстане] до реализации программ по энерго- и теплоснабжению.

Так, с компанией «ХальдорТопсе», которая, как выразился Файзуллин, «помогает» Татарстану в строительстве в Менделеевске комбината ОАО «Аммоний», а также участвовала в разработке проекта реконструкции установки производства формальдегида на ОАО «Нижнекамскнефтехим» и сотрудничала с ОАО «ТАНЕКО», практически удалось договориться о стажировках в ее учебных центрах студентов из Татарстана. Датчане, в свою очередь, не прочь поучаствовать в расширении мощностей нефтепереработки на ОАО «ТАНЕКО».

Нефтяники республики не скрывают, что заинтересованы в сотрудничестве и выбрали частную датскую компанию из множества других по ряду причин. Прежде всего, это мировое лидерство, качество продукции и нахождение компании «на острие современной науки».

«ХальдорТопсе» — это частная компания, производящая катализаторы по производству метанола, получению водорода. У нас их катализаторы стоят на «ТАНЕКО» — два производства уже сегодня работают. Эти производства очень интересны, так как любая нефтепереработка без водорода дальше не движется. Все тяжелые остатки, которые есть, обязательно необходимо обрабатывать водородом", — пояснил гендиректор ОАО «Татнефтехиминвест-холдинг» Рафинат Яруллин.

Встретились чиновники Татарстана и с представителями компаний «Роквул» и «Данфосс».

Первая, напомним, в апреле 2012 года открыла на территории ОЭЗ «Алабуга» крупнейший в Европе завод по производству негорючих материалов с инвестициями более 5 млрд рублей и выпущенной с момента открытия продукции на сумму 3,6 млрд рублей. Вторая — реализует в Татарстане программы по энерго- и теплоснабжению. За три года в республике, по словам Ирека Файзуллина, реализовано программ на сумму более 500 млн рублей — более 363 млн рублей освоено в Казани, остальные деньги ушли в районы республики.

Добавим, что «Данфосс», инвестиции которого в РФ уже превысили 80 млн евро, заинтересован в дальнейшем размещении производства в России. Сейчас идет работа по проекту строительства нового завода в Нижнем Новгороде и производственно-административного комплекса в Нахабино. Свои площадки предлагает и Татарстан.

«В январе этого года было подписано соглашение с „Данфосс“ по реализации проекта строительства их производства в ОЭЗ „Алабуга“, которое мы планируем начать уже в 2015 году. Направления сотрудничества с компанией нам очень интересны», — не стал скрывать Файзуллин.

По его словам, Казанским энергосервисным центром совместно с «Данфосс» уже проработана возможность установки на 320 объектах узлов погодного регулирования.

«Основная задача проекта — снизить затраты населения и бюджетных структур по теплоснабжению городов и территорий», — пояснил Ирек Файзуллин.

Отдать предпочтение пешеходам…

В Дании татарстанских чиновников впечатлила и «трансформация городов» — они удивились «массе интересных вещей», обилию велосипедистов, парков и скверов, и пообещали «все это сделать в наших городах» — Казани, Набережных Челнах, Иннополисе. Правда признались, что в Копенгагене работа над городской средой длится уже более 40 лет. Отсюда и ее грамотная реализация.

«Огромная работа по благоустройству городской среды Копенгагена должна быть перенята нами и реализована, — заявила помощник президента РТ Олеся Балтусова. — Но все мы должны понимать, что это дело не быстрое. В первую очередь, надо сформировать городские и экспертные сообщества, которые будут над этим работать».

Сомнений нет: городская среда Татарстана рано или поздно адаптируется к пешеходам и маломобильной части населения и отвернется от автомобилистов. Работать чиновники намерены над общим благоустройством республиканских городов и, как пояснила главный архитектор Казани Татьяна Прокофьева, трансформировать городскую среду «с точки зрения отдать предпочтение пешеходам, а не машинам».

«Наличие хорошего благоустройства, скверов и парков значительно улучшает социальный климат в городе», — считает Прокофьева, по словам которой, очень значимо разделение пешеходного, автомобильного и велосипедного движения.

Власти готовы к тому, что, трансформируя знакомую и привычную татарстанцам среду, им придется столкнуться с негативом и скепсисом горожан, а также с претензиями бизнеса, который может нести убытки из-за ограничения автомобильного движения. Но в будущем это принесет плоды, уверены чиновники.

«Развитие зеленых зон, пешеходной инфраструктуры можно и нужно делать уже сейчас и везде. Это повышает и качество жизни, и уровень счастья жителей. Это очень важно», — резюмировала Татьяна Прокофьева.

Юлия Амочаева

Фото: instagram.com/rusminnikhanov

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.