Новости
04 Июля 2014, 14:49

Казанцев спросят про транспорт

Столице Татарстана не хватает грамотной организации дорожного движения, из-за чего «страдают» периферийные дороги. Сегодня в мэрии оценили единую транспортную схему, создаваемую в городе, и решили, что среди горожан будет проведен опрос, результаты которого станут основой для нового дорожного документа.

Спрос на транспортную инфраструктуру Казани не соответствует организации дорожного движения в городе. К такому выводу пришли специалисты Санкт-Петербургского проектного института, занимающегося разработкой транспортной схемы Казани до 2023 года. Сегодня в мэрии они рассказали, что проделан первый этап работ — собраны данные о всей экономической составляющей города, включая транспортные потоки и число занятого населения. На основе этих данных будут выдвигаться предложения по оптимизации движения казанского транспорта.

Схема обойдется в 25,5 млн рублей. ООН (Организация Объединенных Наций), по программе которой, в том числе, реализуется проект, выделила Татарстану 13 млн рублей, республиканский и городской бюджет — 12 млн рублей. Санкт-Петербургский проектный институт получит за свою работу 19,5 млн рублей, рассказал глава комитета по транспорту Казани Айдар Абдулхаков.

Проектировщики отметили главные достижения города — увеличение числа магистралей, отмена левых поворотов, парковки в центре города. Однако проблемы, по их словам, в неграмотном управлении ресурсами — к примеру, парковки, порой, сконцентрированы только в одной части города, тогда как нуждающиеся в них районы остаются без паркингов.

По словам руководителя проекта, сотрудника проектного института Станислава Володченко, одна из основных задач, стоящих перед разработчиками схемы — создание приоритетных условий для движения общественного транспорта. Об этом еще в прошлом году заявлял и мэр Казани Ильсур Метшин, отметив, что схема должна разгрузить город от «пробок». При этом, по его словам, документ должен учитывать особенности столицы Татарстана, в том числе, «менталитет и характер казанцев».

Как пояснил глава комитета Казани по транспорту Айдар Абдулхаков, схема разрабатывается для того, чтобы при разрастании города ситуация на дорогах была заранее отрегулирована. Если этого не сделать, то, для размещения транспорта в Казани, каждый год городу необходимо будет увеличиваться в четыре раза.

«Мы получили новые развязки, отмену левых поворотов, но, вместе с тем, у нас ежегодно по 30−35 тыс. автомобилей прибывает в город, за 14 лет мы приросли автомобилями в 2,5 раза. Сейчас площади на размещение автомобиля сопоставимы с теми, что необходимы на человека. В городе зарегистрированы 360 тыс. автомобилей. Соответственно, если на каждый новый прибывающий автомобиль предусмотреть место на площади города, то он (город — ред.) должен разрастись в четыре раза. Есть проблемы в организации дорожного движения на перспективу», — говорит глава комитета по транспорту.

Как рассказал Станислав Володченко, город изучается по районам — определяется количество живущих в районе людей, число экономически активных горожан, наличие крупных торговых объектов и промышленных предприятий.

На данный момент, согласно озвученной им информации, специалисты оценили емкость парковочного пространства и дворовых территорий, на основе чего можно сделать вывод о потребности в парковочных местах в Казани. Однако трудности возникают из-за недавней инициативы городских властей — запрет на парковку в центре большегрузов. Из-за этого, признается Станислав Володченко, сложно определить реальный спрос на парковку и просчитать обновляемость парковочных мест.

Положительно сотрудники института оценили появление больших магистралей и отмену левых поворотов на центральных улицах. Но ситуация осложняется тем, что периферийная часть по-прежнему обделена магистралями городского значения.

«В целом дорожная ситуация улучшилась, но это породило и свои проблемы. Спрос практически не изменился, изменилась характеристика движения. И получилось так, что большие магистральные улицы сейчас обеспечивают нормальный уровень движения, а примыкания к ним на данном этапе испытывают проблемы», — говорит руководитель проекта.

Главные причины — в несоответствующей потребностям города организации движения и светофорном регулировании.

Об основных проблемах города в организации дорожного движения рассказал и генеральный директор проектного института Валерий Мячин.

Всего специалисты выделили порядка 40 проблемных мест в городе. Чаще всего причины заторовых ситуаций могут б ыть решены с помощью правильной организации движения, говорит Володченко.

«Наиболее характерные проблемы — „пробки“ в „часы пик“, проблемы с организацией движения на кольцевых разъездах, крупных магистралях. Это возникает потому, что спрос на транспортную инфраструктуру не совсем соответствует организации дорожного движения», — пояснил он.

В утренний «час пик» пробки фиксируются на транспортной развязке Сибирский тракт — проспект Ямашева — улица Академика Арбузова — улица Халитова. Причиной называется значительный поток легкового транспорта на пр. Ямашева, который в три раза выше, чем по примыкающему Сибирскому тракту (4743 машин против 1707 машин). В результате получается затор на проспекте Ямашева и затрудненный съезд на него с Сибирского тракта.

Еще одним сложным местом назван перекресток улицы Николая Ершова и улицы Гвардейской (с примыканием улицы Патриса Лумумбы). Здесь большая доля автомобилей поворачивает налево с улицы Николая Ершова на Гвардейскую, что в совокупности с короткой фазой светофора вызывает скопление и затор на ул. Н.Ершова. А в итоге затруднен выезд на нее с прилегающих улиц и подъезд с ул. П.Лумумбы.

Чтобы схема дорожного движения была действительно приближена к потребностям и ожиданиям казанцев, сотрудники института предлагают провести социологическое исследование. Методика опроса уже разработана, анкеты также, по словам Володченко, уже готовы. Вопросы будут касаться готовности людей выезжать в город на собственном автомобиле, готовности их платить за стоянку, примерного времени их нахождения в центре. Предполагается, что опросы проведут в 40 точках города, где сконцентрированы торговые центры и другие места скопления горожан. Однако городские власти не исключают возможности проведения онлайн-анкетирования через официальный сайт мэрии.

Ранее заместитель руководителя исполкома Рустем Нигматуллин рассказывал, что экспертами из Санкт-Петербурга были обследованы существующие в городе парковки, в результате чего стало ясно, что необходимо еще около 1 тыс. машиномест. Все они будут оборудованы паркоматами, объединены одной информационной системой, которой будет управлять один оператор.

Напомним, победителем открытого конкурса на разработку системы дорожного движения в Казани стал ЗАО «Научно-исследовательский и проектный институт территориального развития и транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга». Институт будет заниматься проектом в период с 2014 по 2020 годы с перспективой до 2030 года. Рабочая группа побывала в городе уже в начале мая.

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.