Новости
20 Декабря 2013, 09:50

Доступность напоказ

Министерство труда и соцзащиты Татарстана отчиталось по программе «Доступная среда». Вновь сообщается, что инфраструктура для людей с инвалидностью была улучшена. Но действительность и сами инвалиды говорят об обратном: крутые пандусы и неработающие лифты по-прежнему оставляют горожан с ограниченными физическими возможностями «заложниками» квартир.

За два года на реализацию программы «Доступная среда» в Татарстане было потрачено более 1,4 млрд рублей. Бюджетные деньги освоены, но передвижение в городах региона для людей с инвалидностью — это по-прежнему борьба с препятствиями. Внешне изменения есть, но на самом деле созданная якобы для маломобильных групп населения инфраструктура выполняет только декоративные функции — этими пандусами невозможно пользоваться, а подъемные лифты не работают.

По данным анализа Института сравнительных исследований модернизации обществ КФУ, в Казани проводят свободное время так, как они хотят, только 46% людей с инвалидностью в возрасте от 18 до 30 лет. 42% испытывают трудности, связанные с адаптированностью для них городской среды, а более 11% – вообще не имеют возможности самостоятельно выйти из дома.

На коллегии в министерстве труда, занятости и социальной защиты РТ, где подводились итоги года по реализации программы «Доступная среда», замминистра Ирина Просвирякова сообщила, что в республике было адаптировано 264 объекта сферы здравоохранения, культуры, спорта и образования.

«Проведены работы на пешеходных переходах по понижению бортового камня и укладке тактильной плитки, адаптированы 1710 подъездов, в которых проживают инвалиды-колясочники, в многоквартирных домах», — сказала она.

О том, как «проводились работы» по установке откидного пандуса в ее подъезде, порталу TatCenter.ru рассказала Амина Ибниева. Новым пандусом она ни разу не воспользовалась. Женщина обратилась с жалобой в прокуратуру, но ни власти, ни ведомство на ее просьбы провести экспертизу пригодности пандуса пока не реагируют.

«Пандусом невозможно пользоваться, он установлен с нарушениями, начиная с угла наклона, заканчивая тем, что нет перил с двух сторон, он не автоматический, каким его обещали сделать. Пандус очень крутой, громоздкий и неудобный — другие жители подъезда о него спотыкаются. Я подала жалобу в прокуратуру и попросила прокурора нашего района быть моим представителем. Прошел месяц, но официального ответа не поступило. По телефону мне пообещали провести проверку. Хочется, чтобы представители компании, установившей пандус, просто сели в коляску и попробовали по нему спуститься и подняться. Если у них это получится, я заберу заявления. Я одинокий человек и привыкла все делать сама, этот пандус мне нужен», — говорит женщина.

Однако в министерстве заявляют, что при внедрении программы главными экспертами выступили организации инвалидов. А председатель Татарской республиканской общественной организации Всероссийского общества инвалидов Рифат Ганибаев занял позицию властей, и на коллегии подтвердил, что «они с самого начала включились в реализацию этой программы».

Проследить, как, по официальной версии, Татарстан становится зоной с «Доступной средой», можно на специальной карте, где отмечены 1125 объектов. Но участники инициативной группы «Город без преград» создали другую карту, на которой отмечаются проблемные места в Казани, создающие трудности для людей с колясками и инвалидов.

В начале декабря участники группы написали письмо мэру столицы Татарстана Ильсуру Метшину, в котором активисты указывают на очевидную неэффективность при расходовании бюджетных средств, рассчитанных на программу, рассказал координатор проекта, преподаватель КФУ Искандер Ясавеев. Несмотря на то, что изменения в городе внешне произошли, люди с инвалидностью не почувствовали себя свободнее.

«В Казани произошел ряд изменений, связанных с реализацией программы «Доступная среда» и подготовкой к Универсиаде… Однако Казань не стала городом, открытым и доступным для всех. В частности, откидные пандусы в подъездах, установленные в рамках программы, не могут использоваться людьми с инвалидностью самостоятельно вследствие значительного веса и несоответствия нормативам.

Даже такие социально значимые объекты, как поликлиники, не приспособлены для людей, использующих коляски… Тротуары и пешеходные дорожки на некоторых отремонтированных улицах, включая территорию непосредственно у станций метро, вообще не оборудованы съездами на проезжую часть. Большая часть лифтов, установленных в надземн
ых пешеходных переходах, до сих пор не работает…

Все это означает, что родители с детскими колясками и люди, испытывающие трудности при передвижении, сталкиваются с серьезными проблемами, а значительная часть людей с инвалидностью вообще не имеет возможности самостоятельно передвигаться по городу. Люди все так же заперты в своих квартирах и домах", — говорят координаторы инициативной группы «Город без преград».

Недостижимые образовательные стандарты

Недоступным для людей с инвалидностью из-за отсутствия соответствующей инфраструктуры остается и образование. Учреждения, где люди с ограниченными возможностями могут получить среднее образование, находятся в Казани, Набережных Челнах, Нижнекамске и Бугульме. Но даже специализированные образовательные учреждения для них не приспособлены — людям с инвалидностью трудно попасть и в учебные здания, и в общежития. В рамках создания среды для инклюзивного образования в этом году в республике были адаптированы 13 школ.

Напомним, по стандартам Минобразования России 20% образовательных учреждений должны быть доступны инвалидам. В республике 1503 школы, 20% от них — около 300 школ. «Это очень высокий показатель, и достичь его очень трудно», — отметила замминистра республики Ирина Просвирякова.

Министр труда, занятости и соцзащиты РТ Айрат Шафигуллин считает, что министерство образовании приняло стандарты по инклюзивному образования, достичь которых невозможно.

«В самом министерстве образования России были заложены принципы, которые достичь практически невозможно. Нужно и решение заложить, и самим помочь министерству образования с решением этой проблемы. Если мы не сможем достигнуть показателя в 20%, то говорить о социальной адаптации инвалидов нам не придется. Это более глубокие вещи, нежели пандусы. Это все нужно, но образование может оказаться критичным», — сказал он.

Особенная работа

Всего в Татарстане проживают 313,3 тыс. людей с инвалидностью, и более 1 млн человек относятся к маломобильным группам населения: родители с детскими колясками, временно нетрудоспособные и пенсионеры.

Более 72 тыс. людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте, из них 30 тыс. человек работают. В службы занятости ежегодно обращаются порядка 6,5−8 тыс. инвалидов.

С 2006 года места для людей с инвалидностью на татарстанских предприятиях квотируются. В 2013 году их число составило 347.

Казанский центр занятости населения в декабре провел специализированную ярмарку вакансий для горожан с ограниченными физическими возможностями. По словам специалиста центра Энже Закировой, по состоянию на 1 декабря на учете состоят 494 инвалида, из которых 43,3% – женщины и 56,7% – мужчины. Людям с инвалидностью все же довольно трудно реализовать себя из-за особых условий на рабочем месте, которые им необходимы, но создать их могут не все работодатели, говорит Энже Закирова.

За содействием в трудоустройстве за это же время обратились 1184 человека, нашли работу 654 из них.

«Вообще, когда работодатели приходят со своими предложениями, мы стараемся найти и среди общего объема вакансии для этой категории граждан. В недавно прошедшей выставке приняли участие более 35 предприятий, которые готовы были предоставить 257 мест именно для людей с инвалидностью. Среди них — Казанский вертолетный завод, отдел образования исполкома, „Бахетле“, медицинские учреждения, „Метроэлектротранс“. Мы знаем, что направление на трудоустройство получили 55 человек, а уже работают — 15», — говорит Закирова, которая и такой результат называет «победой».

Виноваты законы

В министерстве все же признают проблемы, с которыми внедряется в республике «Доступная среда», но списывают их на несовершенство законодательства и некомпетентность строителей.

«Формирование доступной для инвалидов среды, несмотря на существующую нормативную базу, находится пока на недостаточном уровне. Все это вызывает замкнутость жизни инвалидов, равнодушие со стороны сограждан», — сказала Ирина Просвирякова.

Так, в числе факторов, влияющих на качество всех работ, она назвала разбалансировку нормативно-правовой базы, отсутствие жесткой системы контроля соблюдения доступности с момента проектирования до ввода здания, недостаточный уровень компетенции у проектировщиков и строителей в части прави
льного понимания того, как нужно работать с такими объектами.

Благотворительный фонд «День добрых дел», запустивший в Казани бесплатное такси для людей с инвалидностью, по словам его руководителя Рустама Хасанова, уже предлагал властям сотрудничество в реализации программы с конкретными условиями: чтобы подрядчики исправляли ошибки за свой счет. Но ответа от министерства они так не получили.

«О доступности городской среды говорит тот факт, что за две недели декабря наше социальное такси уже получило более 100 заявок на транспортировку. В основном, это поездки в медицинские учреждения. Получается, что за один выезд мы делаем 5−7 остановок. К нам звонит как молодежь, так и одинокие старики. Проблема в том, что, если и есть какие-то инфраструктурные возможности для инвалидов, то при выходе из дома или любого другого здания они заканчиваются. Инвалиду нужно сначала добраться до остановки, затем как-то выбраться из автобуса.

Я здоровый человек, и пандусы мне нужны только для того, чтобы гулять с ребенком на коляске. У нас на проспекте Амирхана есть надземный переход, но мы с семьей им никогда не пользовались, потому что пандусами там воспользоваться невозможно.

Еще здесь есть лифт, у которого единственный недостаток — он не работает. Он, как и многое в этой программе, был сделан для показухи. Вопрос ведь в том, что все рычаги давления для того, чтобы исправить ситуацию, у власти есть. Нужна воля руководства", — говорит Рустам Хасанов.

Использованы фотографии группы «Город без преград»

Женское это дело
03 Мая 2026, 00:01

Теплоходы, дети и пиар-проекты: Ляля Бикчентаева откровенно о жизни и работе

Она 12 лет руководила Казанским центром «Достижения молодых», была членом Общественной палаты в трех созывах, снимала видеоблог «Открытая школа», а потом резко повернула карьеру — ушла в ИТ и стала заместителем директора Технопарка в сфере высоких технологий.

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева

Lorem ipsum dolor sit amet.