Новости
31 Августа 2003, 09:35

Что делать, если коллега вас раздражает

Сидящий рядом коллега уставился в ваш монитор и комментирует увиденное или в двенадцатый раз за последние полчаса пошел за чаем, в то время как вы не вставали с места со вчерашнего дня? Такое не оставит равнодушным никого.

Согласно исследованию, проведенному компанией Office Angels, 33% уволившихся офисных работников называют основной причиной своего решения раздражение из-за привычек коллег. Подчас источники раздражения могут быть весьма необычными.

Вера Александрова, консультант-психолог компании «АНКОР»:

— Моя подруга, устроившись на работу, попала не в коллектив, а в хор. Все сидящие рядом коллеги напевали себе под нос какую-то мелодию. При этом они как будто не замечали этого. Самое смешное, что больше всего ее раздражал не сам факт того, что они пели, а то, что эта мелодия не совпадала с той, что пела она. Однако через несколько недель все уладилось: как только все они стали петь одно и то же, раздражение ушло само собой.

Андрей Давидович, генеральный директор агентства рыночных исследований и консалтинга «Маркет»:

 — С ситуацией, когда от коллеги буквально трясет, когда-нибудь сталкивались все. Какое-то время назад в нашей компании сложилась взрывоопасная ситуация. В преимущественно женском некурящем коллективе работал мужчина, любивший дешевые сигареты. Когда он приходил на место после перерыва, женщины просто задыхались от запаха плохого курева. Если бы женщины решили сказать ему (курящему) напрямую, то это было бы сделано в раздраженной форме и конфликт был бы неизбежен. А так они пришли ко мне, все объяснили, я, в свою очередь, вызвал человека, спокойно с ним поговорил (меня-то этот запах не раздражает), так все и решилось. Курящий сотрудник был очень удивлен и сразу же согласился сменить сигареты. Он даже не подозревал, что раздражает коллег — сам он запаха не замечал.

Алексей Пугачев, гендиректор рекламного агентства «Арт-Ком»:

 — В подавляющем большинстве случаев люди не замечают своих привычек, которые раздражают других. Если человек выливает полбутылки одеколона на себя, то он делает это не для того, чтобы досадить своим коллегам, а потому что считает это нормой. Вполне возможно, что у него притуплено обоняние.

Андрей Давидович:

— Бывает, что человек не выспался или с женой поссорился с утра — конечно, его будет в этот день раздражать все вокруг.

В агенстве рыночных исследований и консалтинга «Маркет» с такой стихийной раздражительностью борются при помощи флажка, который выставляет сотрудник, чувствующий себя в этот день слишком раздражительным.

Андрей Давидович:

— Когда я подхожу к коллеге и вижу, что он выставил такой красный флажок, то я лучше отложу важный разговор с ним на завтра.

Если же в целом все хорошо, а коллеги по-прежнему раздражают, имеет смысл выяснить подоплеку раздражающей привычки.

Марина Мелия, гендиректор компании «ММ-класс»:

— Скорее всего, этому есть разумное объяснение, а раздражение идет только от его незнания. Моего знакомого бесило то, что его партнер по бизнесу раз в три часа звонил своей жене, где бы он ни находился. Он (знакомый) говорил, что подчас готов стукнуть партнера пепельницей — настолько его раздражало это. Я же ему посоветовала поговорить с этим человеком и побольше узнать про него. Когда он выяснил, что его жена тяжело больна и прикована к постели, от раздражения не осталось и следа. Что поделать — человеческая природа такова, что мы склонны замечать вещи, которые лежат на поверхности, и не хотим углубляться.

Если же, несмотря на проделанную над собой работу, коллега по-прежнему действует на нервы, надо переходить к активным действиям.

Алексей Пугачев:

— Лучше всего в доверительной беседе аккуратно обратить внимание человека на его привычку, не называя ее. При этом фраза «Вась, как же от тебя воняет» — не самый лучший выбор. Лучше незаметно вывести Васю на беседу о том, как иногда бывает душно в офисе летом. Человек сам все поймет.

Иногда бывает полезно придумать какую-то жизненную ситуацию вроде: «Я вот тоже раньше ходил в одном удобном свитере, а потом сорвал из-за этого встречу с клиентом, после чего хожу только в этой „удавке“ — неудобно, конечно, но так я представительнее».

Однако такие намеки тоже н е всегда действенны. Например, они не так хорошо работают в отношении экстравертов, которые, сами того не замечая, комментируют свои действия. Между тем эта привычка тоже может раздражать коллег. Такие есть в любом коллективе, и их очень легко узнать: «Где же этот телефон Петрова… Где же он у меня был? Вечно я куда-нибудь деваю все эти бумажки с телефонами… Ах, вот он… Сейчас я ему позвоню… «Дальше следует разговор с Петровым и после — обращение к коллегам: «Представляете, позвонил Петрову, а он мне говорит…» и т. д. С такими людьми эффективнее будет «обезличить проблему»: обратиться к коллегам с предложением следить за «мыслями вслух». Еще лучше перевести это на себя: «Я стал замечать, что часто стал говорить сам с собой, давайте будем друг другу напоминать об этом».

Если же и намеки не проходят, то следует обратиться к начальнику или директору по персоналу. Вера Александрова на одном из предшествующих мест работы сидела в комнате с коллегой, которая очень громко говорила по телефону. На любые намеки она отвечала, что ее артистичный голос просто не позволяет ей общаться тише. «Через некоторое время я стала понимать, что, когда она поднимает трубку, я погружаюсь в ее разговор, машинально перебирая бумажки или уставившись в монитор», — говорит Вера. Обращение к руководителю все решило моментально — артистичную сотрудницу пересадили в отдельный кабинет.

В то же время эксперты не советуют пользоваться анонимными посланиями коллегам. Скорее всего они будут написаны в раздраженной форме, что не разрешит проблему, а, наоборот, усугубит ее. «А потом директор будет удивляться, почему отличный специалист вдруг присылает заявление об уходе по электронной почте», — говорит Пугачев.

Если же коллега попался настырный, и его ничего не берет, остается только одно: еще больше углубиться в работу и сократить количество общения с раздражителем. Андрей Давидович обычно рассказывает своим друзьям, озабоченным раздражающим коллегой, такую историю: он предлагает им представить соревнования двух легкоатлетов с одинаковыми характеристиками — вес, сила мышц, тренированность. И тут во время забега один бегун поворачивается к другому и начинает кричать, что его раздражает майка, манера бега и т. п. Кто прибежит первым? Конечно тот, кто просто бежит, поскольку он концентрируется на главном, даже если тоже считает, что майка соперника слишком открытая, а потому очень вызывающая. «Так же и в бизнесе: тот, кто постоянно думает о работе, а не о том, как сильно его раздражает коллега, добьется большего».

Женское это дело
12 Декабря 2025, 14:56

Как фабрика школьной формы из Татарстана держит удар против азиатских производителей

В условиях жесткой конкуренции с азиатскими производителями швейные фабрики выживают благодаря проверенным связям и узкой специализации. Директор ООО «Швейная фабрика ИРЭН» Ирина Купряхина в интервью TatCenter рассказала, почему не ждет господдержки и как на отрасли отражается высокая ключевая ставка.

Мы не приоритет — стартапы и инновации впереди

Ирина Купряхина является председателем Союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Татарстана, главным экспертом по технологии моды республики. В разговоре с нашим изданием она подробнее рассказала о том, как борется с кассовыми разрывами и зачем привлекает студентов вместо внедрения 3D-технологий.

— Сегодня швейная отрасль переживает серьезную трансформацию. Как ваша фабрика находит и удерживает свою нишу в условиях мощной конкуренции со стороны азиатских производителей и крупных сетей?

— Сейчас сложная ситуация в отрасли, очень много предприятий закрываются. Не знаю, как мы выживем, но пока держимся за счет того, что мы давно на рынке, есть постоянные клиенты.

— Насколько важна для вас поддержка государства в рамках программ импортозамещения или поддержки легкой промышленности?

— Такая поддержка сейчас необходима как воздух. Мы берем кредиты на разные цели, на то, чтобы какие-то материалы купить. На это все нужны деньги. Так как сейчас ключевая ставка очень высокая, коммерческие запросы должны быть еще выше.

Если говорить про 2026 год, вряд ли у нас какая-то будет поддержка со стороны государства, потому что мы не являемся приоритетной отраслью — стартапом или каким-то инновационным проектом. Поэтому мы можем рассчитывать только на себя.

— Какие меры, на ваш взгляд, были бы наиболее эффективны для развития отрасли в Татарстане?

— Регион дает лизинг, например. Я успела еще взять в прошлом году под небольшой процент кредит на оборудование. Вот это нам давали, мы получили. У нас школьная форма и сейчас мы шьем на следующий год. У нас идет кассовый разрыв, а нам нужно дойти до следующего года, чтобы без школьной формы элементарно не остались наши школьники. Сейчас нужна оборотка (оборотные средства — Прим. ред.), а на оборотку не дает никто деньги. Хотела бы, чтобы нас услышали. Нам же форму сейчас нужно шить, а не летом.

Ставка на студентов

— Расскажите о модернизации производства. Используете ли вы автоматизированное оборудование, CAD-системы для проектирования лекал или технологии 3D-примерки? Как это влияет на скорость и качество?

— Я сама участвовала в разработке стандарта для пошива формы. Мы работаем очень давно. Наша школьная форма вся промаркирована, сертифицирована и сделана по ГОСТу. Если говорить про ту же 3D-примерку, в ней точно смысла нет. Также мы привлекаем студентов, чтобы они разрабатывали для нас новые модели и изделия.

фото: пресс-служба раиса РТ

— Со студентами каких вузов вы сотрудничаете в таком формате?

— Со студентами института легкой промышленности, мы постоянно работаем с техникумом технологии и дизайна. У института культуры сейчас очень хорошая база. В КФУ есть кафедра дизайна, они молодые совсем и им есть, куда двигаться. Вот с ними тоже начали работать.

— Сейчас многие компании столкнулись с проблемами логистики и поставок материалов. Как вы выстраиваете свою цепочку? Насколько она сейчас зависит от импортного сырья и удалось ли найти надежных отечественных партнеров?

— Логистика стала дольше и сложнее. Мы много лет работаем с Турцией и ткани берем, в основном, из Турции. У нас отработана вся схема и есть свои поставщики. Да, логистика стала дольше, дороже, но она работает.

— Одна из главных проблем легкой промышленности — нехватка квалифицированных кадров. Сталкиваетесь ли вы с этим? Как привлекаете и, что не менее важно, удерживаете специалистов: швей, конструкторов, технологов?

— Среди молодежи очень популярна профессия дизайнера. Все хотят быть дизайнерами, а конструкторами, технологами точно никто не хочет быть. Тем более швей. Швея как профессия точно не популярна, это неинтересно и не совсем прибыльно. Хотя швеи зарабатывают неплохо.

У меня есть девочка, которая сейчас в КФУ учится на дизайне, вторая — в КНИТУ-КХТИ. Еще есть одна девочка из колледжа, она у меня швеей подрабатывает. А конструкторов нет. Я с удовольствием беру студентов, если есть возможность, я, конечно, стараюсь оставить их.

— Тренд на устойчивую моду и экологичность набирает обороты. Используете ли вы переработанные или органические материалы? Есть ли у вас программы по утилизации отходов производства?

— Мы не работаем по системе утилизации, у нас нет столько материала для переработки. Минимальные выпада (обрезки, отходы ткани — Прим. ред.) мы оставляем. У нас есть отходы от трикотажа, мы их отдаем или сами делаем на СВО подушки для раненых.

— Как изменились каналы сбыта за последние годы? Какой процент продаж приходится на онлайн?

— В онлайне мы практически ничего не продаем. У нас все идет оффлайн. У нас онлайн только конопля продается — дело в том, что мы еще занимаемся коноплей, выращиваем. Не так много сейчас, честно говоря. В основном, конечно, онлайн — это те, кто из Китая везет, в Киргизии шьет.

— Планируете ли развивать прямые продажи через маркетплейсы?

— Мы были представлены на маркетплейсах, но товар разобрали, там нет ничего хорошего. Я заплатила большие деньги за логистику и в итоге получилось, что не рентабельно.

фото: минобрнауки РТ

—  Казань — город с уникальной культурой и стилем. Планируете ли вы в своих коллекциях как-то обыгрывать татарстанские или казанские мотивы, создавая тем самым узнаваемый региональный продукт?

 — Я не думаю, что это надо. Если добавить национальные мотивы хочет какая-то школа, пожалуйста, мы это сделаем. В остальных случаях я считаю, что это ни к чему. У нас многонациональная страна и республика. Делать акцент на чем-то, я считаю, не стоит.

Уроки от WorldSkills и новые навыки

— Фабрика — это большая ответственность. А как вы учились быть руководителем? Был ли у вас наставник, чьи уроки вы особенно цените? Или главные управленческие навыки пришли с опытом, методом проб и ошибок?

— Я давно в своей сфере, уже 40 лет. Редко, когда я в какую-то другую сторону уходила. Больше опыта набираюсь и знаний. В последнее время большой толчок мне дало движение WorldSkills. Прокачали очень сильно навыки и скиллы.

Как российский эксперт, я проехала очень много стран со своей командой. В таких поездках ты смотришь, как люди работают, смотришь свои наработки, делишься. Подобный обмен опыта дает большую насмотренность. Как в других странах что работает, какие там используют технологии. Это очень важно, именно обмен опытом.

фото: из личного архива Ирины Купряхиной

Касаемо нового для меня направления по выращиванию конопли — обучаюсь этому. Те наработки, которые были в Советском Союзе, устарели и уже не актуальны. Смотрим на то, как устроен данный процесс у тех же китайцев, шведов, белорусов, американцев, которые были впереди нас.

Мой наставник именно по выращиванию конопли — Татьяна Алексеевна Федорова, которая была главным инженером на Льнокомбинате. Если взять по нашей специфике, то это, конечно, Ирина Филичкина. Она специалист по технологии моды и международный эксперт. Есть у кого учиться, есть такие наставники, как Антон Гуреев — известный блогер, прокачивают наши швейные предприятия.

У нас есть молодые ребята, которые открыли швейные цеха, самостоятельно чему-то научились. Приятно, что есть такое поколение. Ребятам примерно по 35 лет, они хорошо идут и хорошо разбираются во всем.

—Что дается сложнее: решать ежедневные задачи или заставлять себя смотреть на два-три года вперед?

— Ежедневные задачи очень сильно забирают энергию, ты как пожарный, которому здесь и сейчас надо срочно решить какие-то вопросы. На несколько лет вперед мне, наоборот, проще планировать, я, как и все нормальные женщины, являюсь мечтателем. Для меня это ближе.

— В чем для вас заключается личный и профессиональный успех? Как вы находите баланс между такой масштабной работой и личной жизнью?

— Очень сложно с этим балансом жить, потому что я одна сейчас, но у меня есть внуки, дети. Для меня это очень важно, потому что редко бываю в Казани. Я много путешествую. Посещаю выставки, учусь, поэтому для меня важно побыть с ними.

Я в своей «тарелке», мне нравится быть руководителем, заниматься легкой промышленностью, быть локомотивом в этой области. Получается, баланс в том, что нравится. Не когда ты делаешь это через силу, а когда это твое, и ты не просто работаешь, а делаешь это в радость и с удовольствием. Как Форд сказал — найди себе дело по душе и тогда ты не будешь работать. Вот это фраза про меня.

Екатерина Слюсарева

Lorem ipsum dolor sit amet.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: