Действующая модель софинансирования ПДС не мотивирует граждан с высокими доходами, а у менее обеспеченных россиян нет свободных средств для взносов.
Владелец портала npfi.ru — крупнейшего портала по ПДС — Дмитрий Малкин в интервью Павлу Самиеву для портала Finversia рассказал, почему действующая модель софинансирования недостаточно привлекательна для граждан с высокими доходами, что мешает участию менее обеспеченных россиян и какое изменение может заметно увеличить приток долгосрочных средств в экономику.
— Дмитрий, программа долгосрочных сбережений действует сравнительно недавно. Можно ли уже говорить, что она состоялась как финансовый инструмент?
— Безусловно, первые результаты показывают, что программа востребована. Уже заключено 12,1 млн. договоров, а объем привлеченных средств достиг 938 млрд. рублей. Это серьезный результат, который позволяет рассматривать программу долгосрочных сбережений не только как инструмент для граждан, но и как значимый источник длинных денег для экономики.
Важно, что речь идет о средствах, которые могут работать на длительном горизонте. Именно такой ресурс необходим для финансирования крупных инвестиционных проектов, инфраструктуры и развития бизнеса.
— При таких показателях зачем менять действующую модель программы?
— Высокое количество договоров еще не означает, что программа полностью реализовала свой потенциал. Сегодня система государственной поддержки устроена таким образом, что чем выше доход человека, тем меньше относительный размер софинансирования.
Для граждан с невысокими доходами действует соотношение государственной поддержки один к одному, а для более обеспеченных участников — один к четырем. Получается парадоксальная ситуация: люди, которые потенциально способны направлять в программу более крупные суммы, получают наименее ощутимый стимул.
— Почему это становится проблемой именно с точки зрения формирования длинных денег?
— Потому что основной объем долгосрочных сбережений могут формировать граждане, имеющие стабильный доход и свободные средства. Они способны делать регулярные взносы и оставлять деньги в программе на длительный срок.
Однако действующий механизм практически не мотивирует эту аудиторию. Для таких участников выгода от государственного софинансирования выглядит слишком незначительной по сравнению с объемом средств, которые они готовы инвестировать. В результате программа недополучает потенциально существенный финансовый ресурс.
— Что при этом мешает участвовать в программе гражданам с невысокими доходами?
— Здесь ситуация принципиально иная. По нашим данным, 59% граждан с низкими доходами не участвуют в программе не потому, что не понимают ее преимуществ или не хотят сберегать. У них просто нет свободных денег для регулярных взносов.
Даже привлекательное софинансирование не решает проблему, если семейный бюджет полностью расходуется на текущие нужды. Поэтому для разных групп населения барьеры отличаются: менее обеспеченным не хватает средств, а более обеспеченные не видят достаточной выгоды.
— Получается, что действующая модель не в полной мере работает ни для одной из этих групп?
— Она дает хороший стартовый эффект, но ее конструкция ограничивает дальнейшее масштабирование. Низкодоходные граждане объективно не всегда могут участвовать в программе, несмотря на максимальный коэффициент поддержки. А граждане с более высокими доходами могут участвовать, но не получают достаточно сильного стимула увеличивать взносы.
Поэтому следующим этапом развития программы должна стать более точная настройка мотивации. Нужно не только расширять число участников, но и повышать объем средств, которые каждый из них готов направлять в долгосрочные сбережения.
— Какое изменение могло бы дать наиболее заметный эффект?
— Наиболее понятное решение — выровнять коэффициент государственного софинансирования до одного к одному для всех категорий участников. При этом можно сохранить действующий максимальный объем государственной поддержки — 36 тыс. рублей в год на одного человека.
Это означает, что дополнительные расходы государства будут ограничены установленным потолком, но сам механизм станет гораздо более привлекательным и понятным. Человек будет видеть прямую связь между собственным взносом и поддержкой государства.
— Какой экономический эффект может дать такое решение?
— Это один из наиболее доступных с управленческой точки зрения способов привлечь в программу платежеспособную аудиторию. Государству не потребуется полностью перестраивать систему или неограниченно увеличивать объем поддержки.
При этом граждане, которые сегодня считают выгоду программы незначительной, получат ощутимый стимул делать взносы. В результате именно наиболее платежеспособные участники смогут стать дополнительным источником длинных денег для экономики.
Потенциал программы уже подтвержден первыми результатами. Теперь важно создать условия, при которых она будет не только массовой по количеству договоров, но и значимой по объему реально работающего долгосрочного капитала.
