Новости
04 Февраля 2016, 08:00

Адиль Ширинов, СП Ford Sollers: «Татарстан для нас — ключевой регион»

В 2015 году Ford Sollers завершил основную часть четырехлетней инвестиционной программы объемом $ 1,5 млрд. О падении автопрома, господдержке отрасли, которую надо рассматривать лишь как бонус, а не данность, а также о планах развития заводов в Татарстане — интервью первого вице-президента, исполнительного директора СП Ford Sollers Адиля Ширинова.

— Как Ford Sollers воспринимает итоги четырехлетней стратегии?

— Мы завершили первый этап долгосрочной стратегии присутствия на рынке РФ, и мы ни на шаг не отошли от планов, которые были поставлены. Это касается не только объема инвестиций, но и производственных площадок, персонала и запуска новых моделей. Речь идет о запуске пяти новых моделей с высоким уровнем локализации, три из них — на заводах в Татарстане, в целом семь — локализованные модели в России. Здесь нет ни оптимизма, ни пессимизма. Это просто констатация фактов. Мы свои планы выполнили и двигаемся дальше.

— В прошлом году компания запустила первый завод двигателей в Елабуге. Объем инвестиций составил $ 275 млн. Как сегодня в непростых экономических условиях работает завод?

— Завод работает в штатном режиме. Самый главный его актив — это коллектив. Ни в коем случае не пытаюсь принизить значение производства готовых автомобилей: и в Челнах, и в Елабуге. Но двигательная тематика требует других специалистов. Я не говорю: умнее, симпатичнее… Более глубокие знания с точки зрения мехобработки, двигателестроения. Это один из основных положительных моментов — практически весь персонал, включая операторов, мы обучали на наших заводах в Англии и в Румынии. То есть люди прошли достаточно хорошую школу, как специалисты. Завод функционирует полномасштабно.

СПРАВКА:
Завод двигателей в Елабуге занимает площадь 42,6 тыс. кв. м., что эквивалентно шести футбольным полям. Предприятие расположено на территории ОЭЗ «Алабуга», в непосредственной близости к одному из трех автомобильных заводов Ford Sollers в России. Общий объем инвестиций в проект составил 275 млн долл.
Годовая мощность завода на первом этапе составляет 105 тыс. двигателей, с возможным дальнейшим увеличением до 200 тыс. двигателей в год. Не менее 30% производимых в России автомобилей Ford будут оснащаться локальными двигателями.

Что касается объемов производства. Изначально завод был запланирован с возможностью расширения линейки до 200 тыс. двигателей в год. Это, исходя из того, чтобы гарантировать стабилизацию по себестоимости. Что касается выполнения правительственного постановления № 166 — это первая фаза по созданию проектной мощности объемом 105 тыс. двигателей в год. Что мы, собственно говоря, и сделали. Но при этом завод готов к расширению в части сборочных операций по готовому двигателю.

— То есть расширение производства возможно?

— Да. По мере восстановления экономики.

— Сколько двигателей было произведено в прошлом году?

— Более 1000 двигателей. Но это не было выполнением обязательств. Мы идем с опережением графика, потому что в соответствии со 166-м постановлением мы должны были начать производство с 1 января 2016 года. Исходя из наших проектов в 1 четверти этого года все запланированные модели (Ford Fiesta и Ford Focus), произведенные в России, будут укомплектованы двигателями, произведенными на заводе двигателей в Елабуге.

Считаем, что это действительно крутой проект, которым можно и нужно гордиться. Не потому что это мы его сделали, а потому что для России — это первый современный двигателестроительный завод. Есть и другие заводы. Но что касается модернизации, они, я бы сказал, что мертвому припарки. Поэтому такой современный завод в «Алабуге» — это действительно круто.

— В прошлом году Ford Sollers увеличил долю рынка легковых и коммерческих автомобилей. За счет чего это произошло?

— Это часть долгосрочной стратегии. Мы должны были присутствовать во всех сегментах. Если в конце 2014 года мы только запустили Ford EcoSport в сегменте В, нам не хватало бюджетного, более доступного автомобиля. В 2015 году у нас пошла Fiesta. Не хватало коммерческого автомобиля, мы запустили его в 2015 году — Ford Transit. У нас в прошлом году пошел Mondeo, пошел обновленный Focus… Мы прошлис
ь по всем сегментам, тем самым увеличив трафик — покупатели пошли в салоны. Теперь покупатель имеет возможность выбора. Сейчас СП Ford Sollers выпускает в России семь моделей автомобилей во всех популярных сегментах и представляет одну из самых новых продуктовых линеек на рынке.

— Но можно поспорить, насколько Ford конкурентоспособен по отношению к другим игрокам в этих сегментах…

— Можно. Но это лишь вопрос времени. Невозможно за четыре года выпустить семь моделей, запустить завод двигателей, сделать инвестиции… Локализация не может пока превышать темпы девальвации. Всему свое время. За счет того, что мы увеличили модельный ряд и присутствуем во всех сегментах полномасштабно, останавливаться точно не будем. Нужно идти дальше. Есть дилерская сеть, обслуживание… Все это тоже нужно выводить на должный уровень, делать конкурентоспособным. Автомобильный бизнес — комплексный бизнес. Он не стоит на месте. Нельзя просто каждый год запускать, условно, по 15 моделей. Это не даст успеха…

— А что даст?

— К успеху ведет предоставление максимального комфорта покупателю. Когда покупаешь автомобиль, а он качественный, нет никакой «головной боли», потому что машина отвечает всем внутренним положительным эмоциям и при этом не возникает никаких проблем с сервисом. И покупатель знает, что в дальнейшем он может, и главное хочет, вернуться к этому же бренду, потому что выполняется ряд параметров.

— Новые модели будут?

— Естественно. Серьезно планируем развивать направление спецавтомобилей на базе коммерческого транспорта. Что касается других продуктов, наберитесь терпения. Они точно будут.

— Насколько для Ford Sollers значимы площадки в Татарстане?

— «Алабуга» и Челны для нас, так же как и Всеволожск являются ключевыми площадками. Точно мы не будем запускать новых производств, ни в Самарканде, ни в Баку, ни в Ростове. Давайте возьмем Елабугу — суперсовременный комплекс. Мощности, инфраструктура, которые созданы на базе ОЭЗ… Площадка была, есть и будет привлекательной. Тем более при поддержке властей республики… В Набережных Челнах — компактный завод с хорошим коллективом, с большим опытом, с хорошим автомобильным менталитетом. Татарстан для нас — один из ключевых регионов.

— Почему?

— Татарстан — центр компетенций по локализации сырья для автомпрома. Здесь есть возможность использования локального нефтехимического сырья для высокотехнологичных материалов — результат совместной работы нефтехимического и научного комплексов Татарстана и Ford Sollers. 75% всех материалов, необходимых для изготовления пластиковых деталей, обеспечиваются сырьем за счет нефтехимии республики. Это около 120 деталей. Кроме того, к концу 2016 года Ford Sollers планирует замкнуть интеграционную цепочку производства бамперов от добычи и переработки нефтехимического сырья до сборки автомобилей на уровне локальных поставщиков, а это — полная локализация. Долгосрочный план по полной локализации пластиковых деталей — 600 деталей, что составляет 95% значимых пластиковых деталей автомобиля.

— Ford Sollers как-то готовился к кризису?

— Конечно, мы предполагали изменение макроэкономических условий. Но такой динамики, какая получилась на сегодняшний день, никто не предсказывал. Задача снижать издержки всегда была, есть и будет. При этом мы прилагаем все усилия, чтобы процесс оптимизации издержек не касался персонала. Мы точно не будем принимать мер, которые могли бы привести к принудительному сокращению штата. Считаем, что эта мера точно не позволит нам быть конкурентоспособными.

— Какие рынки рассматриваете с точки зрения экспорта?

— Азиатско-африканское направление. Восточная Европа. Это понятные рынки, понятные направления.

— Какова на сегодняшний день загрузка мощностей заводов Ford Sollers?

— На сегодняшний день загрузка производственных мощностей заводов Ford Sollers в России составляет около 40%.

— Учитывая не самую высокую загр
узку, не рассматривает ли Ford Sollers возможность выпуска на своих заводах в России автомобилей других брендов?

— Это часть работы над издержками. Сегодня даже на уровне правительства стоит вопрос максимально эффективно использовать те мощности, которые конкурентоспособны. Такую возможность мы рассматриваем и рассматриваем вполне серьезно. Мы пока не называем ни бренды, ни компании. Но это (загрузка мощностей) было бы разумно.

Разделение затрат, связанных с загрузкой мощностей, является грамотным бизнес-решением, которое приняла бы любая другая компания. Иначе ты должен поднимать вопрос о целесообразности наличия этих производственных мощностей. Они не могут простаивать, они должны быть загружены как минимум на тот порог, который необходим, чтобы быть эффективным и рентабельным.

— Какие ключевые тенденции развития авторынка в 2016 году Вы видите?

— Рынок в 2016 году, вероятно, останется на отметке в 1,3−1,6 млн автомобилей. Ключевые игроки будут искать дополнительные возможности на рынке, например: экспорт автомобилей, компонентов и субкомпонентов для загрузки существующих мощностей. Рынок по-прежнему напрямую будет зависеть от объема и принципа распределения государственной поддержки. Уверен, продолжится переход покупателей в более доступные сегменты. К примеру, рост сегмента B в 2015 году составил около 30%. Но должен сказать, что несмотря ослабление рынка, Россия имеет большой потенциал стать ведущим автомобильным рынком Европы.

— Вы сказали о господдержке автопрома. В этом году программы не просто были сохранены, объемы поддержки были увеличены. Что думаете о господдержке отрасли?

— Самое главное: компании должны уйти от того, чтобы только и думать о субсидиях и ходить с протянутой рукой. Этого делать нельзя. Нужно адекватно помочь сегодня, в краткосрочной перспективе — поддержать компании, индустрию. А дальше — была, есть и будет всегда одна формула: работа над издержками и повышение конкурентоспособности, не забывая о качестве, конечно.

— И все же… Предположим, что в России, по любым причинам, будут свернуты все программы господдержки автопрома. Что тогда произойдет?

— Это может произойти, но, естественно, уже не в 2016 году. Гипотетически, государство просто больше не сможет поддерживать автопром. Есть же и другие важные для экономики отрасли. Повторюсь, нужно, чем быстрее, тем лучше, отучить компании ходить с протянутой рукой. И делать это не гипотетически.

Компаниям необходимо уже сегодня работать так, как будто это (отсутствие господдержки) данность, как будто уже так и есть. Нет поддержки. Решайте сами… Тогда, кстати, работа над издержками в компаниях пойдет гораздо быстрее, а вопросы локализационные будут рассматриваться без смеха в зале…

Будет сложнее и с точки зрения объемов, и с точки зрения покупательской способности. Ведь поддержка не в карман идет автопроизводителю. Гипотетически это возможно. Компании должны работать, считая, что господдержки нет и использовать ее как дополнительный бонус. В автопроме, как в большой семье — все должны быстро повзрослеть, не отрываясь друг от друга, оставаясь дружной семьей, но при этом понимая, что на кусок хлеба надо заработать, а не просто прийти к государству и сказать: «мама, я хочу завтракать».

— То есть, Ford Sollers в таком случае не будет сворачивать производство?

— Нет. Сейчас такое время, которое дает много возможностей. Нужно просто ускорить определенные процессы. Все компании все прекрасно понимают. Надо признать, что еще никто не работает, засучив рукава день и ночь. Все еще в силу и менталитета, и макроэкономических показателей плывут по течению, думая, что завтра нефть подорожает… Надеясь на чудо. Не надо надеяться на чудо. Пусть чудо будет бонусом.

Подготовила Юлия Амочаева

Фото: fordsollers.com/prav.tatarstan.ru

Новости
13 Апреля 2021, 16:59
Коронавирус - реакция Татарстана

Вакцину от COVID-19 в Татарстане получили более 178 тыс. человек

В республике работают 153 пункта вакцинации в стационарных учреждениях и в виде выездных мобильных бригад.

В Татарстане вакцину от коронавируса за сутки получили 3 823 человека. Всего первым компонентом вакцины привились 178 416 жителей республики, из них 105 547 получили оба компонента. Напомним, что в республике работают 153 пункта вакцинации в стационарных учреждениях и в виде выездных мобильных бригад.

Ранее стало известно, что Россия ограничивает регулярное и чартерное авиасообщение с Турцией и Танзанией с 15 апреля. Мера для профилактики завоза коронавируса будет действовать до 1 июня.

Lorem ipsum dolor sit amet.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: