Новости
05 Октября 2011, 16:45

2,5 тыс. человек наградят за ликвидацию последствий крушения «Булгарии»

Руководители ряда министерств и ведомств Татарстана, в том числе непрофильных, удостоены наград МЧС России за умелое руководство и взаимодействие, проявленные при ликвидации последствий чрезвычайной ситуации, возникшей в результате крушения теплохода «Булгария». Медали некоторым чиновникам вручили еще 1 октября. Сегодня стало известно о том, что в списке награжденных более 2500 человек.

булгария Напомним, 1 октября 2011 года появилась информация о том, что Рустам Минниханов вручил татарстанцам медали МЧС России, за ликвидацию последствий крушения Булгарии.

Медали МЧС России «За отличие в ликвидации последствий чрезвычайной ситуации» удостоены: заместитель премьер-министра РТ — министр информатизации и связи Николай Никифоров, секретарь Совета безопасности РТ Валерий Власов.

Медалей МЧС России «За содружество во имя спасения» были удостоены: заместитель премьер-министра РТ — руководитель Аппарата Кабинета Министров РТ Шамиль Гафаров, заместитель руководителя Аппарата Президента РТ — начальник Управления по работе с территориями Президента РТ Ильнур Гарипов, помощник президента РТ — начальник службы безопасности президента РТ Муслих Ситдиков, министр финансов РТ Радик Гайзатуллин, руководитель республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям «Татмедиа» Марат Муратов, министр экологии и природных ресурсов РТ Артем Сидоров, министр здравоохранения РТ Айрат Фаррахов, министр труда, занятости и социальной защиты РТ Айрат Шафигуллин, военный комиссар РТ Сергей Погодин, председатель правления «Татпотребсоюза» Махмут Фаттахов. Медаль МЧС России «За пропаганду спасательного дела» была вручена генеральному директору ОАО «Таттелеком» Лутфулле Шафигуллину.

Самому президенту РТ Рустаму Минниханову от имени министра Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий министр по делам ГО и ЧС РТ генерал-майор внутренней службы Рафис Хабибуллин вручил наручные часы.

Как сегодня пишет газета «Аргументы и факты», всего в списках награжденных 2500 человек! Среди них множество чиновников. Но разве чиновники просто не выполняли свою работу? Эта тема сейчас горячо обсуждается (и осуждается) в соцсетях. Газета «Аргументы и факты» приводит мнение руководителя пресс-службы министерства ГО и ЧС РТ Андрея Родыгина. В ведомстве, подготовившем списки награжденных, считают, что медали получены по заслугам, и готовы перечислить за что именно.

Андрей Родыгин, руководитель пресс-службы министерства ГО и ЧС РТ:

— Ничего зазорного в этом награждении я не вижу. Так, министр информатизации и связи обеспечил устойчивый сигнал на месте оперативного штаба, взаимодействие между всеми службами, впервые шла прямая видеотрансляция с подъёма судна, впервые была обеспечена связь Wi Fi на воде. Министр экологии получил награду за решение экологических проблем (как известно, в Камском Устье был разлив нефтепродуктов). Помимо министров, награды получат и их подчинённые, те, кто был задействован в этой работе.

А кого бы вы наградили?

TatCenter.ru обратился к экспертам портала с вопросом: объективно ли составлен список людей, представленных к наградам, и кого бы Вы наградили за ликвидацию последствий этой страшной трагедии? Интересно то, что мнения экспертов оказались полярными.

Александр Салагаев, директор Центра аналитических исследований и разработок (ЦАИР), социолог, доктор социологических наук, профессор, заведующий кафедрой социальной и политической конфликтологии Казанского государственного технологического университета:

— Мне кажется, что слишком большой список, вот если бы не допустили трагедии, то можно было бы получать награды. К тому же среди тех, кто получил медали много начальников. Например, я не знаю, насколько большой вклад в ликвидацию последствий крушения «Булгарии» внес руководитель республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям «Татмедиа». Я бы наградил капитана и экипаж теплохода «Арабелла» и ими бы ограничился. Ведь это было единственное судно, которое оказалось рядом, а остальные просто выполняли свою работу.

Светлана Привалова, руководитель сайта http://булгария.рф/, один из организаторов гражданской акции памяти и благотворительной помощи людям, пострадавшим при крушении «Булгарии»:

— Я бы сказала большое спасибо сотрудникам МЧС, остальные работники связи, например, меня не интересуют. Также поблагодарила бы капитана «Араб
еллы» Романа Лизалина. Психологи просто выполняли свою работу без души. Чтобы в этом убедиться почитайте в интернете отзывы Марии Черновой. Я сама с ней разговаривала и знаю, что это правда. Например, до сих пор психологи не провели работу с семьей Кадыровых из деревни Дубьязы. Там пятилетний мальчик каждую ночь хочет с лопатой идти и выкапывать свою сестру. До сих пор не можем получить разрешение на установку мемориала в речном порту. Чиновники отправляют нас по разным инстанциям, ходим то к оному, то к другому госслужащему.

Мы убрали игрушки с речного порта только потому, что нам пообещали, что там появится мемориальная доска, можно гранитную стелу там установить, но нам не дают разрешения. Заложили только камень на месте мечети и церкви, а кто их будет строить и когда — не понятно. Взять хотя бы случай с «Хромой лошадью» в Перми. Там до сих пор ничего не установили.

Ирина Терентьева, заместитель председателя Общественной палаты РТ:

— Когда случается беда все переживают одинаково, и тот, кто занимает высокий пост тоже. Я думаю, что все, кого наградили проявили свою доблесть. У меня не возникает вопросов по этому поводу. Многие люди достойны награды, но мы живем не ради этого, а чтобы таких трагедий больше не происходило. Все, кто остался неравнодушен и протянул руку помощи, достоин похвалы. Нам стоит произнести им слова признательности и поклониться.

Тем временем …

Между тем, вчера Вахитовский районный суд Казани продлил на два месяца арест двух чиновников, которым было предъявлено обвинение по делу о крушении теплохода «Булгария». Под стражей останутся бывший главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского управления Госморречнадзора Ространснадзора Владислав Семенов и его руководитель, начальник этого отдела Ирек Тимергазеев, пишет газета «Новые Известия».

Оба обвиняемых были арестованы 17 августа и обвиняются по части 3 статьи 293 УК РФ («Халатность, повлекшая по неосторожности смерть двух или более лиц»). Им грозит до семи лет лишения свободы. По версии следствия, обвиняемые, будучи ответственными за предлицензионную проверку, дали положительное заключение о готовности компании-субарендатора «Булгарии» к соблюдению требований и условий лицензии на осуществление деятельности по перевозке пассажиров внутренним водным транспортом. По данным следственного комитета РФ, именно начальник Казанского линейного отдела Волжского управления Ространснадзора признал компанию «АргоРечТур» полностью готовой к перевозке пассажиров.

Напомним, по Уголовному делу о крушении «Булгарии» обвиняются также глава компании-субарендатора затонувшего теплохода ООО «АргоРечТур» Светлана Инякина и старший эксперт камского филиала Российского речного регистра Яков Ивашов. В настоящее время они оба находятся под арестом.

Первое дело о крушении «Булгарии» ушло в суд

Завершено расследование уголовного дела в отношении капитана сухогруза «Арбат» Юрия Тучина, обвиняемого в неоказании помощи пассажирам Булгарии. Об этом сообщила «Известиям» адвокат Тучина Юлия Зарубина. «Дело направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения», — сообщила она.

Капитан Тучин обвиняется по статье 270 УК РФ о неоказании помощи людям, терпящим бедствие. 10 июля 2011 года сухогруз «Арбат», которым командовал Тучин, оказался в Куйбышевском водохранилище около тонущего теплохода «Булгария». Выжившие пассажиры с «Булгарии» хорошо запомнили сухогруз «Арбат», который первым прошел мимо места катастрофы.

Сам Тучин признает свою вину лишь в том, что не остановился. Капитан сообщил следователям, что видел плоты на воде. «Арбат», по заверениям Тучина, был слишком далеко, к тому же штормило: разворачивать огромное судно в такую погоду было опасно и на маневр ушло бы слишком много времени, поэтому он прошел мимо, сообщив о плотах диспетчеру движения. По словам Юрия Тучина, помочь утопающим он не мог. Капитан готов заключить сделку со следствием, чтобы его дело рассматривалось в особом порядке без проведения судебного следствия и опроса свидетелей.

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.