Новости
02 Апреля 2015, 16:30

Татарстан выступает за «истинный федерализм» в России

Татарстан продолжает лоббировать пролонгацию договора о разграничении полномочий с Москвой и сохранение в наименовании высшего должностного лица статуса «президент». Уникальные отношения с Кремлем, как признак «истинного федерализма», власти намерены сохранять как можно дольше, в противном случае республика потеряет свою индивидуальность и государственность.

«Никто же не хочет, чтобы Россия страдала»…

Работа над пролонгацией договора о разграничении полномочий между Татарстаном и федеральным центром в республике не только уже начата, но и «продолжается постоянно». Об этом заявил депутат Госсовета РТ, глава комитета по законности и правопорядку Шакир Ягудин на встрече с журналистами, тема которой была обозначена как «современная государственность» РТ.

Напомним, дискуссия о необходимости пролонгации договора между Россией и Татарстаном от 26.06.2007 о разграничении предметов ведения и полномочий между органами госвласти, срок которого истекает летом 2017 года, вошла в активную фазу в конце прошлого года, когда вопрос о сохранении «президента» в РТ дошел до обсуждения депутатами Госдумы РФ и широкой общественностью.

После того, как «президента» Татарстану оставили до конца 2015 года, спикер республиканского парламента Фарид Мухаметшин. заявил, что республике во что бы то ни стало необходимо продлять уникальный для России договор [в настоящее время Татарстан является единственным субъектом РФ, имеющим договорные отношения с федеральным центром; договор между Москвой и Казанью имеет силу федерального закона и закрепляет государственность Татарстана].

Пикет у Госсовета РТ, осень-2014

Сегодня Шакир Ягудин, вспомнив слова спикера, идею не только поддержал, но и признался, что работа над этим уже активно ведется, и он является одним из ее участников.

При этом, по мнению Ягудина, для дальнейшего развития уникального Татарстана в составе РФ, в том числе и по вопросу наименования главы республики, у сторон есть «немало вариантов».

«Возможности для этого есть, и история, реальная политика наших руководителей, здравая… — все выступают за реальный, эффективный федерализм. Никто же не хочет, чтобы Россия страдала от чего-то при наличии такого количества субъектов.

Нам очень осторожно надо., в стране много компонентов, которые нечаянно затронешь и сразу вон что творится, — намекнул Ягудин, вспомнив опыт Франции. — Работа [над пролонгацией договора, — ред.] ведется, несомненно, и юристы думают, и все, кого это затрагивает".

Очевидно, что статус руководителя Татарстана и сам договор тесно взаимосвязаны, и республике выгодно сохранить и то, и другое.

Вполне возможно, Татарстану это удастся, несмотря на то, что, как выразился Шакир Ягудин, в последнее время в стране «идет тенденция сужения правовых гарантий отдельных субъектов со стороны Федерации». Отметим и позицию власти, «под соусом» которой лоббируется пролонгация соглашения.

«Наш договор — это признак истинного федерализма в России», — подчеркнул сегодня Ягудин.

«Будем выбирать президента Республики Татарстан»…

Помимо уникальных долгосрочных отношений с Кремлем, Татарстан не хочет терять и «президентство» руководителя республики.

«От нас видимо ждут, что мы к 2016 году приведем наименование главы Татарстана в соответствие с федеральным законодательством. Нас могут призвать сделать это до выборов. Могут после выборов, — рассуждал Ягудин, подчеркивая, что выражает при этом исключительно собственную точку зрения.

Я полагаю, мы [народ Татарстана, — ред.] будем выбирать [осенью 2015 г., — ред.] президента Республики Татарстан, — подчеркнул депутат. — Но когда мы выберем президента, изменить его наименование будет намного труднее, потому что — это воля народа, она уже будет выражена, а народ по нашей Конституции — это носитель суверенитета и источник всей власти".

В завершение добавим, что позиция Татарстана по отстаиванию собственных интересов на федеральном уровне остается неизменно твердой.

Более того,
республиканские власти не скрывают, что не прочь иметь рычаг воздействия на депутатов Госдумы РФ, которые, порой, как выразился Ягудин, принимают «откровенные глупости».

«На федеральном уровне нередко принимаются надуманные законы с совершенно необоснованными требованиями к субъектам, которые являются нарушением российской Конституции. Ведь то, как должен называться руководитель региона или, скажем, сколько и каких в республике должно быть государственных органов, относится к ведению и полномочиям субъекта.

Поэтому я считаю, что целесообразно было бы продумать механизм принуждения федерального центра к соблюдению и исполнению Конституции Российской Федерации", — резюмировал Шакир Ягудин.

Юлия Амочаева

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.