Новости
20 Февраля 2015, 13:38

Рустам Минниханов: «Без этого штрафа схема не будет работать»

Коммунистам не удалось отстоять в Госсовете РТ снижение штрафа за неуплату муниципальной парковки — абсолютное большинство депутатов уверены, что казанцам за нарушение следует платить 2,5 тыс. рублей. Считает «нормальным» размер штрафа и президент Татарстана Рустам Минниханов, который сегодня в ходе дискуссии, развернувшейся вокруг «больной» темы, представил собственные аргументы в пользу закрепления в законе именно этой суммы.

В ходе сегодняшнего заседания Госсовета РТ депутаты проголосовали за введение штрафа за неуплату муниципальной парковки в размере 2,5 тыс. рублей.

Всего три депутата из 87 присутствовавших проголосовали против, а учитывая, что оспаривали законопроект о парковках фактически лишь коммунисты, которых в парламенте как раз трое, можно лишь констатировать завидное единство мнений остальных членов Госсовета по вопросу платных парковок.

Коммунисты попросили гарантий…

Открывать прения по скандальному законопроекту спикер Госсовета РТ Фарид Мухаметшин не планировал и после того, как закон был представлен профильным комитетом, председатель парламента сделал короткое заявление.

«Хотел бы довести до вас, что вчера у меня состоялась встреча с руководителем фракции КПРФ Хафизом Миргалимовым, где мы обсудили поправки КПРФ и пришли практически с ним к мнению, что поправки имеют право на жизнь. Но они регулируются не нашим законом, а нормативными документами муниципального образования Казани. Мы пришли к выводу, что в принимаемое нами постановление мы обязательно внесем две дополнительные статьи».

В статьях, о которых идет речь, депутаты рекомендуют исполкому Казани учесть в дальнейшей работе по проекту парковок предложения коммунистов и направить дополнительные доходы по реализации закона «исключительно на цели улучшения транспортного обслуживания населения соответствующей территории».

«Может мы не будем обсуждать поправки и ставить их на голосование сейчас с учетом того, что такое разумное предложение появилось. Как думает Хафиз Гаязович Миргалимов?», — обратился Мухаметшин к коммунисту.

Миргалимов думал иначе.

«Мы обсудили наш вчерашний разговор, Фарид Хайруллович. Фракция пришла к мнению, что необходимы гарантии муниципальных властей выполнить рекомендации постановления. Если есть такие гарантии, это одно. Если таких гарантий нет… Мы же понимаем, ситуация меняется не по дням, а по часам. Если они дадут гарантии, это другой вопрос. Потому что, рекомендация рекомендацией, но если депутаты проголосуют, это будет уровень не только рекомендаций, но законодательной базой для исполнения требований муниципальными властями», — пояснил Хафиз Миргалимов.

«Мэрия Казани будет гибкой, поэтому надо бы решение принять»

Первым на заявление коммуниста отреагировал глава Татарстана Рустам Минниханов. Признав, что тема введения платных парковок «больная и непростая», президент вновь обратился к опыту реализации подобных проектов в крупных городах, причем не только российских.

«С одной стороны, автомобиль — это средство передвижения, первая необходимость. С другой стороны, такое количество автомобилей… Мы не можем обеспечить, чтобы люди нормально перемещались в центральной части города. Для этого необходимо системное решение. Мир это прошел. Точки притяжения надо разделить. Нельзя, чтобы в мегаполисе все было в одном месте. Но это работа не одного дня», — сказал президент.

По словам Минниханова, приоритет на дорогах республики должен отдаваться пешеходам, а культуру автовладельцев в РТ необходимо менять. Кроме того, по мнению президента, если собираемые от паркингов и штрафов средства будут использованы целевым образом и направлены на улучшение качества общественного транспорта и увеличение подвижного состава, «люди увидят», что Татарстан двигается в сторону улучшения общественного транспорта.

«Мы это не делаем, чтобы денег в казну собирать. Если мы этого сегодня не сделаем, через 2−3 года это будет очень сложно сделать. Мы будем здесь сидеть и обсуждать, что делать с центром города, как проехать в городе. У нас запас прочности не такой большой в части временного лага. Нам в любом случае нужны еще более системные вещи. Это очень большая работа. Казань этим занимается, — заявил Минниханов.

Я бы просил депутатов поддержать инициативу мэрии Казани. Но мэрия Казани должна чувствовать ответственность, что это должно быть очень гибко, при необходимости должны быть приняты соответствующие решения. Думаю, мэрия Казани будет гибкой, поэтому надо бы это решение принять".

Выслушав Минниханова, Фарид Мухаметшин попросил коммунистов снять все поправки «с учетом разъяснений президентом Республики Татарстан». Хафиз Миргалимов вновь мягко попытался настоять на своем:

«Рустам Нургалиевич, мы за порядок, мы поддерживаем концепцию, нет вопросов. То, что сегодня было озвучено, почти половина наших поправок попадают в постановление Госсовета РТ, это отрадно, — начал он. — Но размер штрафа… Мы говорим, что это много. Штраф должен быть соразмерным с финансовыми возможностями людей…»

Рустам Минниханов прервал речь Миргалимова: «Величина штрафа зависит от того, что ты не должен нарушать. Давайте мы приучим выполнять законы, которые сами принимаем. Зачем мы должны нарушать. Много? Тогда давайте премии будем давать вместо штрафов. Без этого штрафа эта схема не будет работать. Любые поблажки они остановят эту работу. Я вам гарантирую, через 2−3 года мы соберемся и придется при обсуждении этого вопроса привлекать и материальные ресурсы и системные решения намного большие. Да это не очень популярно. Но давайте немножко приучим себя к порядку. Зачем нарушать? Зачем поощрять нарушения?».

Коммунисты посыл не услышали — депутат от КПРФ Артем Прокофьев настоял на том, чтобы вопросы размера штрафа и времени введения в действие закона Госсовет все-таки рассмотрел. Рассмотрение, впрочем, было недолгим. После аргументов Прокофьева и просьбы снизить штраф с 2500 «хотя бы до тысячи» Рустам Минниханов заявил, что парламент «не может целый день обсуждать этот вопрос».

«Как будто других дел нет. Примите уже решение, что мы обсуждаем и обсуждаем, нужен или не нужен штраф. Никогда не будет у нас порядка, если не будет нормального штрафа», — сказал глава Татарстана, после чего из зала послышались выкрики: «ставьте на голосование».

Итог голосования оказался вполне ожидаемым — три голоса коммунистов «против» не избавили автовладельцев от штрафа в 2,5 тыс. рублей за неуплату муниципальной парковки в центре Казани.

Юлия Амочаева

Фото: prav.tatarstan.ru

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.