Новости
23 Декабря 2013, 12:48

Ильсур Метшин не оценил Ратмира Шайдуллина

Работа нового главы комитета земельных и имущественных отношений Ратмира Шайдуллина, собравшего за 2,5 месяца в бюджет Казани 900 млн рублей, вызвала… прохладную реакцию со стороны мэра Ильсура Метшина. Приняв успешные результаты после провала прежнего руководителя как разумеющийся факт, мэр, фактически, не удивился, что многие земельные участки и здания в городе запущены и не приносят дохода.

Проделанная комитетом земельных и имущественных отношений после «перезагрузки» ударная работа после смены руководителя вызвала прохладную реакцию со стороны мэра Ильсура Метшина. Сегодня на «деловом понедельнике» мэр заявил, что «приоритеты расставляются правильно», но это «не то, на чем мы должны останавливаться и успокаиваться».

По словам главы КЗИО Ратмира Шайдуллина, занявшего свой пост 2,5 месяца назад (он сменил фигуранта крупных коррупционных скандалов Ирека Фаттахова), за этот срок ведомство смогло собрать рекордные 900 млн рублей неналоговых доходов. До конца года планируется собрать в казну еще 100 млн рублей.

Напомним, комитет земельных и имущественных отношений Казани не раз упоминался в связи с коррупционными фактами при разделе городской земли, стал антилидером по нарушениям антимонопольного законодательства, а его бывший глава Ирек Фаттахов — самым «проштрафившимся» городским чиновником. Ранее на пресс-конференции заместитель руководителя УФАС Татарстана Дмитрий Кравченко рассказал журналистам, что против чиновника было возбуждено 21 административное производство.

Тем не менее, Фаттахов в конце сентября попросился в отставку и спустя несколько дней оказался на должности советника руководителя исполкома.

Смена руководителя КЗИО произошла на фоне скандала с распределением земельных участков в поселке Кояшлы Приволжского района Казани. Территория, изначально предназначенная для базы отдыха, стала собственностью высокопоставленных республиканских чиновников. Антимонопольная служба и Следственное управление СКР по РТ начали в связи с этим делом проверки чиновников.

Находясь тогда в должности помощника мэра по противодействию коррупции, Ратмир Шайдуллин активно критиковал КЗИО за бюрократизированность и закрытость, а впоследствии получил должность руководителя критикуемого комитета.

Всего комитетом в городской бюджет было собрано 2,6 млрд рублей неналоговых доходов. Причем план менялся дважды — в июле и октябре. Осенью с 2,1 млрд он был повышен до 2,7 млрд рублей.

На первое октября сборы составляли 1,7 млрд рублей. Дебиторская задолженность за это время уменьшилась на 283 млн рублей.

Как сообщил Шайдуллин, в работе МУПов число закупок по итогам конкурсов выросло с 12% до 24%.

Рабочая группа комитета выявила в Казани 238 бесхозных земельных участков общей площадью 925,16 гектар. На них были направлены заявления в управление архитектуры по формированию границ земельных участков. По 105 участкам площадью 228,99 гектар подготовлены проекты постановления исполкома о принятии их в муниципальную собственность.

Изучая такие заброшенные земли, по словам главы КЗИО, чиновники нашли и факты мошенничества при оформлении участков.

«Всего в правоохранительные органы мы направили порядка 30 обращений, уже возбуждено 5 уголовных дел. Два из них скоро будут направлены в суд — по участкам в Кульсеитово. На днях мы возбудили уголовное дело по участку на ул. Полевой. Практика сформировалась, виновные лица устанавливаются. Я думаю, что никого не должно смущать, что сначала уголовные дела заводятся на неустановленных лиц — их определяет следствие, чтобы очертить максимальный круг подозреваемых», — сказал Ратмир Шайдуллин.

По акции «Народная инвентаризация» комитетом получено 798 обращений. После аналитической работы на учет были поставлены 302 здания, из которых 88 бесхозных, и 272 земельных участка — из них 78 бесхозных.

Есть и ряд проблемных объектов, по которым было наибольшее количество обращений горожан, рассказал Шайдуллин.

Ильсур Метшин хоть и согласился, что комитет с задачей справился, но торопиться благодарить молодого чиновника за успехи не стал, и напомнил про несостоявшиеся аукционы и 50% несобранных доходов.

«Задача была не просто сложная, план по неналоговым доходам был увеличен, тем не менее, коллектив во главе с руководителем справились. Это первый такой важный итог. Мы напряженный график для себя ставили по неналоговым доходам. Некоторые аукционы, к сожалению, не состоялись по причине того, что инвесторы по ка к этим активам не проявили интереса. Правильно и то, что в работе нового руководителя приоритеты, на наш взгляд, правильно расставляются. Это диалог и с жителями, и с бизнесом. Важно, чтобы это продолжалось. 50% несобранных доходов еще есть, мы можем поставить их в приоритет.

В таком состоянии, в котором вы нам представили здания, они не должны быть. То же самое относится к земельным участкам, например, на Меховщиков — это 40 тыс. кв. м, а это практически 25% выполнения программы ГЖФ. У нас Талгат Мидхатович (генеральный директор Государственного жилищного фонда при президенте РТ — Талгат Абдуллин, — прим. ред.) любит в одностороннем порядке закинуть на совещания с большим участием СМИ, что ему земли не хватает. К сожалению, нас там в ответ не спрашивают. Мы уже не говорим про «Салават купере», где действующий президент в 2010 году поставил подписи: утвердить, начать. Уже 2013 год заканчивается — ни проект не завершен, ни сети не строятся. Три года назад президент дал поручение начать строить, за три года с каждой трибуны говорит (Талгат Абдуллин — прим. ред.), что ему земельных участков не хватает", — резко отреагировал мэр.

«Салават купере» — жилой район в поселке Залесный, который должны были построить и сдать по программе социальной ипотеки в 2012 году.

По данным комитета, на данный момент среди обнаруженных жителями запущенных зданий большая часть находится на муниципальном балансе. По земельным участкам ситуация сложилась иначе — большая их часть находится в частных руках.

С тем, что полуразрушенные здания и пустыри принадлежат муниципалитету, мэр согласился. Но почему-то не огорчился тем, что собственность не используется и не приносит доход, на что в своей работе сделал упор Шайдуллин.

«Не осваиваются, давайте забирать тогда. Используем ее под аварийное жилье, под программу арендного жилья. Ведь это же президентские программы, раз этот участок не нравится. Многие из участков — наши. Они не бесхозные, просто находятся либо в «красных» линиях, либо школы предусмотрены, детские сады. И сколько инвесторов ходили, облизывались, какие только письма не писали нам — отдайте нам под детский сад или здание смешанного типа, где половина будет офисы, половина — жилье. Благо, мы это даже в самые тяжелые времена не раздали…

Год завершается напряженно, но задачи комитет выполнил. Но это не то, на чем мы должны останавливаться и успокаиваться. Не только в вопросах денег, но и качества работы со всеми, кто обращается в комитет", — подытожил Метшин.

Ратмир Шайдуллин предложил также ускорить работу комитета за счет ИТ-решений. До конца года будет внедрена единая электронная система учета использования муниципального имущества, а в 2014 — система видеоконференций для проведения совещаний. Сейчас в ведомстве происходит экспериментальное использование электронного документооборота. В ближайшее время в электронном виде будет запущено согласование проектов постановлений исполкома.

За счет экономии средств комитет приобрел новые компьютеры на 3,6 млн рублей. В 2014 году комитет полностью переедет в здание на ул. Груздева, где сейчас находится управление архитектуры и градостроительства. Это позволит оптимизировать все процессы, отметил Шайдуллин.

Мэр переезд поддержал, но подчеркнул, что должна быть «золотая середина» между регламентами и ИТ-решениями", так как «регламент для того и создается, и подпись — это не просто подпись». По его мнению, выдавая разрешение на строительство, ответственность несет не только исполком, но и все его службы. Поэтому нужны экспертизы, и «такие документы на раз не выдаются».

Журналистам Ратмир Шайдуллин рассказал, что примерный план комитета по неналоговым сборам на 2014 год — 2,9 млрд рублей, и у него есть резервы по всем направлениям.

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.