С 2026 года вступили в силу новые нормы, снижающие предельный размер переплаты по займам физлиц со 130% до 100% от суммы основного долга. А с 2027 года онлайн-сектор МФО должен перейти на идентификацию клиентов через Единую биометрическую систему (ЕБС). В совокупности эти меры создают критическую нагрузку на отрасль, и, по оценкам экспертов, уже в ближайшие три года рынок может сократиться вдвое.

Регулятор закручивает гайки

Доцент Финансового университета при Правительстве РФ Ирина Карапетова считает, что массовый уход компаний с рынка — это не столько результат падения спроса, сколько следствие системного «закручивания гаек» со стороны регулятора. Она пояснила, что Банк России планомерно ограничивает предельные ставки по займам, ужесточает требования к расчету показателя долговой нагрузки и внедряет жесткие лимиты на выдачу кредитов закредитованным гражданам.

По ее мнению, для мелких МФО, работающих «на коленке» и с высокой долей рискованных заемщиков, такая маржинальность становится нерентабельной: им просто невыгодно поддерживать инфраструктуру, соответствующую требованиям ЦБ.

Кандидат экономических наук, отраслевой эксперт Ольга Горюкова добавляет, что микрофинансовым организациям становится все сложнее исполнять все обязательные требования регулятора. Она отметила, что внедрение биометрической идентификации требует существенных инвестиций, а также отвлекает от основных бизнес-задач ресурсы на создание и поддержку ИТ-инфраструктуры, соответствующей требованиям информационной безопасности и защиты персональных данных заявителей. Также она напомнила, что ограничения по количеству займов, выдаваемых в одни руки, серьезно сжимают рынок.

Клиенты уходят к «черным» кредиторам

Парадокс ситуации, по мнению Ирины Карапетовой, в том, что спрос на «деньги до зарплаты» остается высоким, однако клиенты, которые раньше легко получали одобрение, теперь попадают под фильтры регулятора. Эксперт выразила обеспокоенность тем, что когда легальные МФО уходят из малых городов или отказывают в займах из-за ужесточения требований, клиенты не перестают нуждаться в деньгах.

Они идут к «черным кредиторам» — нелегальным конторам, которые не соблюдают законы, используют агрессивные методы взыскания и не ограничены никакими процентными ставками. Карапетова предупреждает, что уход половины легальных игроков может спровоцировать расцвет «серых» схем, что сведет на нет все усилия государства по защите прав граждан.

Фото: Банк России

Эту же мысль развивает Ольга Горюкова. Она отмечает, что потребность клиентов МФО в деньгах никуда не денется, а вот получить их станет негде: из-за ограничительных мер ни банки, ни МФО не смогут в полной мере предоставлять заемные средства. Она не исключает, что население начнет искать любые способы получить займ, включая обращение к «нелегалам».

МФО сейчас все активнее начинают кредитовать самозанятых, ИП и нерезидентов — категории, на которые действующие регуляторные ограничения не распространяются. Это попытка компаний компенсировать падение доходности на основном сегменте клиентов.

Банки не заменят МФО

Директор юридического департамента МФК «Джой Мани» Ирина Селезнева считает, что переход на Единую биометрическую систему в онлайн-сегменте в 2027 году станет серьезным испытанием для небольших микрофинансовых организаций. Она пояснила, что интеграция биометрической идентификации в рабочие процессы требует значительных ресурсов и времени — это трудоёмкая и затратная задача.

На старте обязательного применения ЕБС часть клиентов временно уйдет с рынка, что особенно болезненно скажется на малых МФО. При этом Селезнева полагает, что в 2028 году вместо дальнейшего падения рынок МФО выйдет как минимум на стадию стагнации по объемам и прибыли.

Говоря о перспективах замещения МФО банками, Карапетова дала краткий и однозначный ответ: банки не смогут заместить МФО. Она объяснила, что банки — это консервативные структуры с жесткими алгоритмами оценки рисков, они не нацелены на сегмент клиентов с высоким уровнем риска.

Даже если банк запустит «микрокредитный» продукт, его требования к документам и кредитному рейтингу будут на порядок выше, чем у МФО. Банки не пойдут в ту нишу, где «живут» клиенты микрофинансовых организаций, — они просто не готовы брать на себя такие потери по дефолтам.

Ирина Селезнева в этой связи отмечает, что при устойчиво высоком спросе россиян на быстрые займы освободившуюся нишу неизбежно займут альтернативные игроки. Она считает, что вряд ли это будут банки, с большей вероятностью выгоду получат ломбарды, кредитные потребительские кооперативы и P2P-платформы.

Ольга Горюкова добавляет, что многие клиенты приходят в МФО именно в сложных жизненных ситуациях, когда деньги нужны срочно, а банки уже отказали в кредите. Она предупреждает, что канал получения быстрых займов будет для клиентов сильно ограничен.

Рынок МФО в России неизбежно идет к консолидации. Из тысяч разрозненных контор, по прогнозам экспертов, останется несколько сотен крупных технологичных компаний, способных выдержать регуляторное давление и инвестировать в цифровизацию. Однако государству предстоит решить сложную задачу: как не допустить, чтобы в погоне за «здоровьем» кредитного портфеля населения легальный рынок не был вытеснен подпольными ростовщиками.

Если регулятор не предложит альтернативных инструментов для заемщиков с низким профилем надежности, очистка рынка может обернуться ростом социальной напряженности, банкротств и обращения граждан к нелегальным кредиторам. В ближайшие годы мы увидим борьбу не за количество клиентов, а за «качество» — выживут те, кто научился эффективно управлять рисками в условиях жестких законодательных ограничений.

Екатерина Слюсарева