Новости
25 Октября 2011, 14:33

Татарстан до конца года потратит 700 млн. рублей на «Доступную среду»

Около 700 млн. рублей РФ и Татарстан выделили на программу «Доступная среда», которая рассчитана на 2011−2012 гг. Эти деньги республика намерена освоить в текущем году. И хотя до 2012 года осталось два месяца, министерство труда, занятости и социальной защиты РТ настроено оптимистично. Единственная трудность может возникнуть с установкой лифтов для инвалидов, поскольку эта процедура требует значительного времени.

доступная среда Об этом стало известно сегодня на брифинге в кабинете министров РТ. Как известно, республика стала одним из трех пилотных регионов, участвующих в программе «Доступная среда». Кроме Татарстана в ней участвуют Саратовская и Тверская области. По программе в республике для инвалидов и маломобильных групп населения адаптируют все запланированные программой «Доступная среда» объекты здравоохранения, а также социальной защиты и занятости, спорту, культуре, транспортной инфраструктуре, образования, жилые дома, информации и связи.

Сейчас в Татарстане доступными для инвалидов являются 7,6\% всего общественного транспорта, к 2015 году эта цифра должна вырасти до 16,5\%. Из общего количества спортивных объектов сегодня доступны 3,4\%, к 2015 году будет 10\%. Каждый объект станет доступен для инвалидов с поражением опорно-двигательного аппарата, органов слуха и зрения. Так, по здравоохранению запланирована адаптация 24 объектов. Среди них РКБ, ДРКБ, онкологический диспансер, госпитали для ветеранов, Республиканская больница восстановительного лечения, центральные районные больницы в городах и районах республики.

Айрат Шафигуллин, министр труда, занятости и социальной защиты РТ:

— По линии социальной защиты и занятости адаптации подвергнутся 24 объекта. Среди них отделы социальной защиты в Приволжском, Ново-Савиновском районах Казани и в Нижнекамске, интернат для престарелых и инвалидов в Чистополе, реабилитационные центры, центры занятости, профессионально-технические училища. Также будут адаптированы 14 спортивных объектов: универсальные спортивные комплексы, плавательный бассейн, дворец единоборств.

Кроме того, переоборудуем 16 объектов культуры, семь станций метро, три здания ГИБДД, шесть надземных пешеходных переходов в Казани и один подземный переход на площади Тукая, пешеходные переходы и тротуары в Набережных Челнах, Нижнекамске. По предложениям общественных организаций в программу включены мероприятия по адаптации зданий ряда министерств и двух жилых домов с компактным проживанием инвалидов по зрению.

Конечно, пока нет технологий, которые позволили бы оснастить выходами и спусками для инвалидов уже имеющееся жилье. Но вновь возводимые дома обязательно будут оснащены пандусами. Всего на реализацию программы выделено около 700 млн. рублей. Она финансируется из российского и татарстанского бюджетов. Деньги уже поступили и доведены до получателей. Поэтому министерство строительства, архитектуры и ЖКХ РТ уже провело конкурс и определилось с генподрядчиком. Генеральным проектировщиком объектов стал «Татинвестгражданпроект», а генеральным подрядчиком — компания «Бизнесстройпроектинвест».

Также возможно, что из-за реализации программы «Доступная среда» будут внесены изменения в ФЗ № 94. Так до президента РФ Дмитрия Медведева доведена информация о том, что этот документ создает большие препоны для обеспечения доступной среды инвалидам.

Айрат Шафигуллин:

— Для работы по программе мы не можем покупать ширпотреб. На инвалидах не надо экономить, оборудование для доступной среды должно быть качественным и дорогим. Исходя из принципа закона № 94, мы, приобретая что-либо, ориентируемся не на качество, а на цену. Достичь оптимального соотношения цены и качества ФЗ № 94 не позволяет, так что будут изменения.

Между тем, республика намерена освоить выделенные деньги на «Доступную среду» в течение 2011 года. На следующий год Татарстан планирует попросить новую сумму. Тем более известно, что в бюджете РФ на эту программу на следующий год тоже предусмотрены отчисления.

5−6 ступенек первого этажа вынесут на улицу

Отвечая на вопрос о том, почему сейчас не сдаются дома обустроенные для инвалидов, первый заместитель министра строительства, архитектуры и ЖКХ Республики Татарстан Фарит Ханифов отметил, что сегодня нельзя отступать от проектно-сметной документации, особенно если в ней учтены государственные деньги. Если в смете не была учтена адаптация к созданию доступной среды для инвалидов, и застройщик сделает это не по проекту, то будет отвечать по закону за не целевое использование средств.

В свою очередь Айрат Шафигуллин предложил контролировать ход реализации программы «Доступная среда» самим инвалидам. «Мы несколько раз встречались с общественными организациями инвалидов и договорились, что общественный контроль именно с их стороны наиболее важен, чтобы увидеть правильно ли мы действуем. Подключение общественного контроля — это ключевой момент. Представители общественных организаций присутствуют во всех комиссиях, осуществляющих контроль за ходом реализации программы», — сказал он.

Также будут созданы паспорта доступности каждого объекта. Для этого министерство информатизации и связи разработает программный продукт, а минтруд проведет инвентаризацию и паспортизацию всех объектов. Паспорт позволит отслеживать как меняется доступность того или иного здания.

Айрат Шафигуллин:

— У нас нет сомнений в том, что в этом году мы успеем адаптировать 24 объекта здравоохранения, но есть сомнения по поводу лифтов и подъемников. К сожалению, их изготавливают индивидуально. К тому же такая работа требует экспертизы, проектного решения, монтажа. Здесь у нас есть определенные проблемы. Но мы не теряем надежды, что успеем все освоить. Если нет, то завершим на следующий год, хотя хотим успеть все в этом сделать.

Фарит Ханифов обратил внимание на то, что одним из самых сложных и крупных направлений программы «Доступная среда» в РТ станет переоборудование жилых домов для удобства инвалидов. По словам Ханифова, сейчас есть два варианта решения этой проблемы. Первый — строительство новых жилых комплексов для компактного проживания инвалидов, но такой подход не правильный. По подсчетам, строительство такого специально оборудованного дома будет на 30−40\% дороже. Второй вариант — использовать доступные этажи уже построенного жилого фонда для заселения инвалидов.

Фарит Ханифов:

— Объем строительства жилья, около 600 кв. метров в год, позволяет, даже выделяя 10\%, покрывать необходимое количество квартир, которые мы должны выделять по сертификату. Единственной проблемой, которую нужно решить является необходимость в нашей стране поднимать первый этаж на высоту 5−6 ступенек. Однако их можно вынести на улицу к подъезду, где намного проще оборудовать пандус.

Фото с официального сайта мэра Казани

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.