Обзоры и мониторинги
24 Декабря 2024, 12:45

Итоги импортозамещения в России: что удалось, а что ждет в будущем

Эксперты TatCenter обсудили результаты замещения импорта и поделились прогнозами на 2025 год.

Вот уже 10 лет наша страна противостоит санкциям. Первые ограничения были введены после возвращения Крыма в состав России. Вторая волна последовала в 2022 году. В результате многие иностранные компании ушли с рынка. Это ускорило процесс импортозамещения.

За первое полугодие 2024 года промышленное производство в России увеличилось на 4,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, по данным Росстата.

Традиционно наибольший рост продемонстрировали следующие отрасли:

производство готовых металлических изделий, за исключением машин и оборудования: +36,1%;

выпуск компьютеров, электронных и оптических изделий: +35%;

производство автотранспортных средств, прицепов и полуприцепов: +27,4%.

Чем объясняется рост ВВП?

Основной причиной увеличения ВВП и промышленного производства стало повышение стоимости товаров, производимых по оборонному заказу, отмечает Вадим Хоменко, вице-президент Академии наук РТ.

«При этом предприятия наращивают увеличение производства преимущественно на имеющихся мощностях. При возросшем объеме корпоративных кредитов для средних и малых предприятий фиксируется преобладающая их часть, идущая на пополнение оборотных средств, а не на модернизацию и увеличение объема основных фондов. Банковские ставки высоки. С учетом их величины сложно как реализовывать инвестпроекты, так и рефинансироваться», — поясняет Хоменко.

Наилучшие результаты в импортозамещении

Импортозамещение в связи с санкциями продолжается. Вадим Хоменко делит этот процесс на два этапа: «быстрый» и «долгий».

«Быстрый» касается производства несложных и недорогих изделий для конечного и промежуточного потребления: комплектующие, запчасти, расходники, мебель, упаковка, строительные материалы, текстильное производство, пищевую продукцию и т. д. Здесь результат достигается быстрее, и бизнес справляется самостоятельно.

В части «долгого» импортозамещения — машиностроения, авиации, электроники и т. д. процессы сложнее, и быстрый результат невозможен.

По словам премьер-министра РФ Михаила Мишустина, в 2024 году Россия достигла примерно 50% импортозамещения в основных программных продуктах. Среди крупных проектов, которые уже демонстрируют свои результаты: «МойОфис», Яндекс Диск, RuStore, Аврора — замена Android и iOS.

«В принципе, сопрягаясь с теорией А. Смита и Д. Рикардо и современной практикой, можно считать достаточным выход страны на ряд лидерских технологических позиций, определяющих ее конкурентоспособность на международном рынке, и включение ее в глобальную технологическую цепочку с зависящими от нее партнерами».

В данной ситуации безопасность для страны — ее невозможность исключения из этой цепочки. В случае же поставок сырья этого достичь невозможно, так как многие его виды взаимозаменяемы.

Статистика не врет: параллельный импорт и инфляция

Данные ФТС по импорту частично отражают ситуацию с импортозамещением. Общий объем импорта в Россию (в миллиардах долларов) не претерпел существенных изменений:

в 2017 г. — 227,870;

в 2022 г. — 255,3;

в 2023 г.— 285,1;

за 10 мес. 2024 г. — 229,8.

За последние два года с помощью параллельного импорта было ввезено товаров на 70 млрд долларов. Параллельный импорт — это ввоз в страну товаров без согласия правообладателя или производителя.

«В этом случае, несмотря на то, что товары ключевых зарубежных производителей, по разным оценкам, подорожали на 50−100%, их продолжают покупать. Значит, дело не только в привычке потребителей, но и в невозможности их заместить российскими аналогами и по количеству, и по качеству», — говорит Вадим Хоменко.

Регулятору также не удается сдержать рост цен. По состоянию на декабрь, уровень годовой инфляции составил 9,5%. Хотя в июле ожидалось, что он будет в пределах 6−6,5%.

«Инфляция, прежде всего, возникает в том случае, когда товаров мало в сравнении с платежеспособным спросом. Тогда цены растут. Уровень же фактической инфляции в этом году выходит за рамки 8%, значительно превышая плановый показатель на 2024 год — 4,5%. Продуктовая же годовая инфляция гораздо выше».

Таким образом, о значительном сокращении зависимости от импорта и массовом производстве отечественных товаров пока говорить рано.

Что ограничивает импортозамещение?

Вадим Хоменко выделяет два основных препятствия импортозамещения в России.

Во-первых, это зависимость от зарубежных поставщиков. Специалисты говорят о завершении импортозамещения в некоторых отраслях, таких как сельское хозяйство. Они ссылаются на объемы производства и экспорта, игнорируя зависимость технологического процесса от импортных компонентов.

Например, 75% семян подсолнечника в России — импортные гибриды, кукурузы — около 50%, а отечественных семян свеклы — всего 2,5%. В стране не производятся многие компоненты малотоннажной химии для интенсивного сельского хозяйства.
Однако, ситуация должна кардинально измениться к 2030 году, согласно Доктрине продовольственной безопасности. Так, только доля семян отечественной селекции в стране к 2030 году должна составить не менее 75%.

Во-вторых, импортозамещению препятствуют практически недоступные кредиты и отсутствие альтернативных источников финансирования. Задача требует концентрации интеллектуальных и материальных ресурсов. Однако доля затрат на научные разработки в объеме российского ВВП в 2023 году составила лишь 0,4%.

«Если учесть, что бюджетные затраты составляют около 70%, а корпоративные — около 30%, то все равно общий удельный вес затрат на науку далеко не выйдет за 1%. В то же время правительственные и региональные программы развития научно-технологического комплекса предусматривают увеличение этого показателя до 2%. Но минимально приемлемый уровень, который имеет место в мировой практике, это — 2,5%, а для существенной динамики и „технологического рывка“ необходима величина, превышающая 4%, как, например, в Южной Корее».

Эксперт считает, что в отсутствии такого финансирования достижение импортозамещения на уровне 70%, как предполагалось ранее, скорее невозможно.

Ожидания от 2025 года

Будущий год отличается высокой степенью неопределенности. Большинство экономических ситуаций зависят от политических решений. Мнения экспертов по этому вопросу сильно расходятся.

В 2025 году инвестиционная привлекательность сохранится в фундаментальных отраслях: сельское хозяйство, нефтедобыча и нефтепереработка, химическая промышленность, частично — машиностроение, считает Игорь Кох, экономист, доктор наук, Институт управления, экономики и финансов КФУ.

«Наиболее желанные изменения — это нормализация трансграничных расчетов и платежей, в том числе с использованием вновь создаваемых альтернативных международных механизмов, не подверженных санкциям. Однако в 2025 году вероятность полной нормализации, к сожалению, невелика».

Что касается бизнеса, то в следующем году деловая активность останется высокой в сферах стабильного спроса, например, в оборонно-промышленном комплексе. Снижения деловой активности ожидается в кредитозависимых сферах, таких как, строительство.

Ян Арт, член экспертного совета ЦБ РФ, предполагает, что в качестве «спуска пара» возможно усиление кризисных явлений: ускорение девальвации рубля и рост инфляции.

«Это неприятно, это влияет на качество нашей жизни, но это, как ни парадоксально звучит, позволит избежать более серьезных рисков и минусов, поскольку позволит „выпустить пар“ из напряженных экономических и финансовых конструкций».

Вадим Хоменко говорит, что предполагаемое снижении ключевой ставки ЦБ РФ в 2025 году может привести к росту затрат на увеличение мощностей производства и модернизацию. В противном случае более рациональны для инвесторов будут вложения средств в гособоронзаказ, ИТ — проекты и высоконадежные государственные ценные бумаги.

«При этом нужно учитывать и последние слова президента страны о том, что бесконечно долго затраты на оборону увеличиваться не должны. А склонные к риску и уверенные в своих прогнозах вполне могут уйти в спекулятивные операции на фондовом и финансовом рынке, где колебания вполне могут достигать высокого уровня».

Анастасия Сорокина
По материалам онлайн-конференции
Ставки сделаны: бизнес и экономика на старте 2025-го

Экспертный круг
09 Июля 2026, 05:00

Тимур Аитов: Банки без интернета — что будет с вашими деньгами, когда отключат свет и связь?

Пустые банкоматы и зависшие транзакции: при отключении света и связи банковская надежность превращается в «черный ящик». Успеет ли отрасль внедрить резервы до того, как риски станут реальностью для всех нас?

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует фундаментальные уязвимости цифровой банковской инфраструктуры перед лицом отключений связи и электричества и предлагает конкретные шаги для подготовки клиентов и самих банков к кризисным сценариям.

Тимур Аитов: USSD — тоже не панацея, потому что без электричества сервис не запустится, а если отключена инфраструктура, то транзакции не дойдут до процессинга
фото: asros.ru

Представьте: вы открываете приложение банка, чтобы оплатить покупки или перевести деньги. А вместо баланса — бесконечная загрузка. Сайт не грузится, мессенджеры молчат, SMS приходят с опозданием на час… Это не фантастика. В приграничных районах и зонах боевых действий такие сбои уже реальность.

Для обычного человека это означает одно: в критический момент он может остаться без денег. Не получится купить продукты, заплатить за коммуналку, перевести средства близким. Банковская система, которую мы привыкли считать надежной, в экстренной ситуации может превратиться в черный ящик. Вопрос не в том, сможет ли отрасль защититься. Вопрос в том, успеет ли она это сделать до того, как эти риски станут реальностью для всех нас.

Сбой бывает разным, и самый коварный — не полное отключение, а когда банк «почти работает», но клиенты не могут понять, что происходит, и начинают паниковать

Интернет может отключиться по-разному. Иногда пропадает только глобальная сеть, но сотовая связь и голосовые звонки остаются. Тогда выручают старые каналы — SMS, USSD-команды (это комбинации со звездочками и решетками) и голосовые меню. Эти инструменты работают без интернета, доступны на любом кнопочном телефоне и устойчивы даже при слабом сигнале. В Африке и Юго-Восточной Азии на них до сих пор держатся мобильные финансы. В России о них почти забыли.

Есть и другой сценарий — когда уничтожены вышки сотовой связи и перебиты оптоволоконные кабели. Тогда не работает ничего. Абсолютный информационный вакуум. Единственное спасение — спутниковые или радиорелейные линии между центрами обработки данных. Но такие резервы есть (если вообще есть) только у банков из первой десятки. У средних и малых этого обычно нет.

Есть и третий, самый коварный случай. Интернет не отключен полностью, но сильно тормозит. Высокий пинг, потеря пакетов, приложения то открываются, то нет. Происходит это по разным причинам. Банк, как правило, не может честно объявить «мы не работаем» — и клиенты начинают бесконечно генерировать запросы, создавая лавину трафика. Системы безопасности путают их с хакерской атакой и блокируют. Для обычного пользователя эта неопределенность даже хуже тотального отключения. Он не понимает: стоит ли пытаться снова или бежать в отделение?

Электричество — вот главный элемент при сбоях, потому что без розетки не работают ни серверы, ни банкоматы, ни даже резервные каналы связи

Серьезное событие, выбивающее интернет, почти всегда бьет и по электричеству. Это как пожар — он не выбирает, что сжечь, он выжигает все. Без электричества не работают ни банкоматы, ни серверы, ни базовые станции.

Резервные батареи держат 2−4 часа. Дизельные генераторы в отделениях — пока редкость. Без электричества выдача денег в отделениях возможна только по бумажным ордерам — со скоростью один клиент за 10−15 минут.

Банк России уже тестирует офлайн-режимы СБП и QR-выдачу на банкоматах. Но до массового внедрения — годы. Для центров обработки данных (ЦОД) ситуация гораздо лучше — дизель-генераторы в них обязательны. Но они не рассчитаны на точки присутствия в отделениях.

В первый час паники банкоматы опустеют мгновенно, инкассация встанет, а банки введут жесткие лимиты на снятие. Успеют ли они это сделать — вопрос

Запасы наличных в банкоматах рассчитаны на обычный режим. В час паники они будут исчерпаны за несколько часов. Инкассация в условиях хаоса встанет.

Если интернет отключен, но сотовая связь есть, банкоматы могут переключиться на встроенный 4G-модем. Но десятки тысяч устройств, одновременно хлынувших в сеть, создадут колоссальную нагрузку. Транзакции начнут зависать.

Теоретически уже сегодня возможен переход банкоматов в офлайн-режим. Но для этого нужны заранее загруженные лимиты и базы разрешенных операций. Сделано ли это? Сам офлайн-режим без онлайн-авторизации — серьезная уязвимость для мошенников. Поэтому регулятор и не спешит с его массовым внедрением. Самое главное: банкомат даже в офлайне не выдаст средства, если кассеты пусты.

Банки в час «Х» почти наверняка введут суточные лимиты на снятие — такое право им дает закон, правда, по другому поводу. Но это ручное решение, которое придется принимать в минуты, когда каждая секунда на вес золота. А пока — совет для читателей: держите дома небольшой запас наличных на два-три дня.

фото: TatCenter.ru

USSD — тоже не панацея, потому что без электричества сервис не запустится, а если отключена инфраструктура, то транзакции не дойдут до процессинга

Можно подготовить USSD-шлюзы, но без энергоснабжения они не заработают. Нет электричества — нет связи. Нет связи — нет доступа к системе. Кроме того, для использования USSD клиент должен знать коды. Банк обязан заранее провести информирование и обучение. Сделано ли это? Полагаться на USSD как на главную линию спасения — стратегическая ошибка: задача USSD — только точечное информирование и простые подтверждения.

Кое-где уже есть частные LTE-сети — эффективный инструмент для связи сотрудников крупного банка внутри офиса, но это не решение для клиентских транзакций. Даже если у банка есть своя pLTE-сеть, клиент все равно сидит в публичной сети оператора. При этом и сама pLTE тоже требует электричества.

Контакт-центры захлебнутся звонками в первые же часы, дозвониться станет сложно, а голосовые роботы без интернета не работают

Стандартный контакт-центр крупного банка обрабатывает 20−30 тысяч звонков в день. При отключении интернета этот показатель может вырасти в 10−15 раз. Набрать и обучить дополнительно для этого 30−40 тысяч операторов за сутки невозможно — это вопрос времени и физической инфраструктуры.

Голосовые роботы, принимающие сегодня до 70% запросов, сами зависят от интернета. Поэтому единственная реальная задача контакт-центра в кризисе — фильтровать экстренные обращения (потеря доступа к счету или блокировка) и перенаправлять клиентов к работающим точкам выдачи. Все остальное — в режим ожидания.

Для читателей: если дозвониться не удается — не страшно. Не тратьте время на безуспешные попытки. Лучше проверьте SMS от банка. И заранее узнайте адрес ближайшего отделения, которое (возможно) сможет работать при отключении электричества.

Доверие — самый дорогой актив, его потеря обойдется дороже любых резервов

Инфраструктура дистанционного обслуживания держится на трех элементах: операторы, провайдеры и банки. Распределение ответственности между ними до сих пор открытый вопрос. Закон 161-ФЗ требует доступности платежных услуг, но каналы не конкретизирует. Положение № 787-П обязывает кредитные организации обеспечивать непрерывность оказания услуг, выполнять резервирование каналов связи и проводить стресс-тестирование инфраструктуры. Нравится это банкам или нет, но регулятор держит вопрос на контроле.

Что сделать сейчас — клиентам записать USSD-команды, банкам — резервировать каналы, прописывать регламенты и проводить учения

Банковским клиентам — сделать три простых шага:

1.

Заранее узнать USSD-команды своего банка (они есть на сайте) и записать в телефон. Команды работают без интернета и позволяют проверить баланс, заблокировать карту, перевести деньги по шаблону.

2.

Держать при себе немного наличных — на случай, если банкоматы встанут.

3.

Найти адрес ближайшего отделения банка с автономным генератором. Если такое отделение есть, информация обычно публикуется на сайтах банков. Резервными генераторами оснащаются ключевые и дежурные узлы.

И в заключение: обсуждаемый сценарий — не фантастика

В критический день клиенты могут потерять не только доступ к средствам, но и доверие к банковской системе. Без доверия банковское дело превращается в хранение бумажек. И то — ненадежное.

Розетка, оптоволокно, дизельное топливо — три фундаментальных элемента, на которых держится сегодня вся банковская «цифра». Чем раньше отрасль это признает, тем выше вероятность, что в час «Ч» люди увидят не пустой экран, а работающий банк.

Lorem ipsum dolor sit amet.