Мнения Рубрики
22 Февраля 2019, 07:00

Чего ждать ИП в 2019 году и как брать кредит, когда ставки ползут вверх

Региональный директор Национальной Фабрики Ипотеки в Татарстане Рузэль Насыбуллин — о вариантах развития бизнеса и источниках финансирования.

Прошедший год для предпринимателей был продуктивным — их количество в стране превысило отметку в 6 млн., и цифра продолжает расти. И в то же время 2018 год был сложным для малого бизнеса и ИП: волатильность курса, санкции, повышение ставки НДС до 20%, обязательная регистрация самозанятых, нерешенный закон о социальном предпринимательстве — вот негативные ключевые вводные, которые сильно сказались на развитии.

Развитие малого бизнеса — стратегический проект, так как он способствует внедрению инноваций, поддержке оптимальной конкурентной среды, создает дополнительные рабочие места, препятствует развитию монополий, повышает качество сервиса для потребителя и увеличивает потребительский спрос. В результате, расширение границ деятельности малых предпринимателей не только благотворно влияет на экономический рынок России, но и позволяет ему выйти на новый, более качественный уровень.

В ушедшем году государством были разработаны мероприятия на ближайшую перспективу, которые призваны стимулировать малое предпринимательство в стране. Среди этих мер:

упрощение регистрации и отчетности,

получение налоговых льгот и каникул,

расширенный доступ к госзаказам и муниципальному имуществу (льготная аренда),

помощь в выставках и обучении специалистов,

приятие механизма страхования вкладов юридических лиц в банках.

У малого бизнеса будет возможность использовать в качестве своего юридического адреса тот адрес, который был предоставлен банком при открытии расчетного счета. Также компании, отнесенные к субъектам МСП, в качестве юридического смогут использовать адрес, предоставленный отделением почтовой связи. Это позволит отказаться от регистрации по массовым адресам, а также сэкономить на аренде офисов. Соответствующий закон планируют принять до 1 января 2020 года.

Если затронуть закон о самозанятых — самозанятость отнесут к субъектам малого предпринимательства с предоставлением соответствующих льгот и преференций. С 1 марта этого года в рамках НК РФ установлен новый режим налогообложения для самозанятых граждан. Они не будут сдавать отчетность и платить взносы. При этом они станут сообщать в ИФНС обо всех продажах и услугах с помощью специального мобильного приложения. А с 1 сентября будут введены штрафы за осуществления деятельности без получения статуса самозанятого. Вместо налогов и страховых взносов они будут уплачивать единый платеж. Размер платежа составит 4% годовой выручки. Все это будет способствовать развитию малого бизнеса в РФ и делать его более привлекательным и доходным.

Конечно, малый бизнес в России не так развит, как на Западе. Зависимость от крупных поставщиков сырья, диктующих свои условия, и требования клиентов поставки с обязательной отсрочкой платежа привело к тому, что бизнес стал уходить в тень. Всегда не хватает оборотных средств, а банки, которым ЦБ выдал субсидии для оказания льготных кредитов малому бизнесу, расставаться с деньгами не спешат.

Малые предприятия в зоне социального предпринимательства испытывают дополнительные сложности, так как бизнес, организованный любым благотворительным фондом для поддержания деятельности, уже перестает считаться малым.

Если говорить о тенденциях, то сегодня модно открывать стартапы с минимальными вложениями. Популярны модели «открой с нуля», однако, здесь все зависит от сферы. Например, открыть кофейню без инвестиций невозможно, но можно существенно сократить затраты. Поэтому сегодня так популярен рынок франшиз. Есть реальная возможность купить готовый бизнес за 200−300 тыс. рублей, и уже с первого месяца получать прибыль. К примеру, в сегменте кофеен много желающих открыть точки продажи «кофе с собой» или небольшие островки по реализации напитка в торговых центрах.

Важно правильно подобрать франчайзера, ведь от качественной упаковки франшизы зависит успех будущего предприятия. Думаю, волна франчайзинга будет продолжаться. В 2019 году еще большее распространение получат франшизы под ключ, которые предлагают полный пакет услуг для будущего предпринимателя.

Вход в бизнес будет варьироваться от минимальных вложений до крупных проектов. Большие холдинги будут по-прежнему предлагать инвестиции для перспективных стартапов, что откроет массу дверей для начинающих бизнесменов, у которых есть интересные идеи, но пока не хватает средств для их воплощения. И эта проблема достаточно острая — проблема поиска инвестиций. Сегодня есть площадки в сети, где можно выгодно продать свою бизнес-идею и получить стартовый капитал. Однако в силу высокой конкуренции, здесь действительно нужно представить нестандартную идею и правильно ее подать.

Выходом могут стать программы финансирования бизнеса посредством кредита под залог недвижимости, при этом конечную цель, на которую пойдут деньги, вы определяете сами: будь это покупка готового бизнеса или франшизы, собственный стартап, пополнение оборотных средств, инвестиции в недвижимость, в том числе в зарубежную.

Учитывая минимальный перечень документов, отсутствие необходимости предоставления отчетности по бизнесу, долгий срок финансирования — такой инструмент будет очень привлекателен бизнесу. Пр и этом сам кредит выдается физическому лицу — заявителю, что намного упрощает порядок пользования данными средствами. Программы реально помогают уменьшить финансовую нагрузку на бизнес и получать более высокий доход.

При этом необходимо обратить внимание, что многие участники банковского рынка, вслед за решением ЦБ, уже повысили ставки по кредитам и тем самым обозначили основные тренды на 2019 год. Поэтому есть возможность и желание открыть бизнес сейчас, то не стоит откладывать.

Региональный директор — Руководитель Ипотечного центра в г. Казани
Национальной фабрики ипотеки
Рузэль Насыбуллин

Материалы по теме

Партнёры TatCenter:
1 из 1
Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.