Верховный суд России в среду 6 февраля отклонил апелляцию кабмина Татарстана и признал недействительной республиканскую схему по обращению с отходами. Тем самым, суд поддержал решение первой инстанции в части планов по строительству под Казанью мусоросжигательного завода.

Напомним, 14 сентября 2018 года Верховный суд Татарстана частично удовлетворил требования противников строительства МСЗ в п. Осиново и признал недействительной территориальную схему обращения с отходами в части строительства МСЗ и полигона золошлаковых отходов.

Ранее в феврале в Казани суды прекратили производство по коллективным искам противников строительства МСЗ, а президент Татарстана Рустам Минниханов призвал продолжить работу с населением.

Фото vk.com/netmszkzn

Структура «Ростеха» — АГК-2 — получила право на строительство в Татарстане тепловой электростанции, сжигающей мусор. Сообщалось, что ТЭС «Казань» мощностью 55 МВт должны ввести в эксплуатацию в 2022 году. Завод в п. Осиново под Казанью сможет ежегодно перерабатывать до 550 тыс. тонн твердых коммунальных отходов.

Против строительства МСЗ выступают местные жители. Они говорят, что власти и инвестор не идут с ними на диалог, обращаются в суды и регулярно митингуют. Последняя акция активистов состоялась 3 февраля.

Динара Сафина

В 2026 году в Татарстане начнется внедрение системы, которая позволит туристам заселяться в гостиницы без бумажных документов. Сервис будет работать на платформе мессенджера Max, сообщили в Госкомитете РТ по туризму.

Гостю достаточно пройти онлайн-регистрацию в Max до прибытия. Отель со своей стороны настраивает чат-бот и подключается к Единой системе идентификации и аутентификации. Интеграция с платформой также позволяет круглосуточно взаимодействовать с постояльцами: предлагать дополнительные услуги, отправлять уведомления, собирать обратную связь. В ведомстве отметили, что новые возможности соответствуют задачам нацпроекта «Туризм и гостеприимство» по цифровизации и повышению доступности услуг. Гостиницы республики уже начинают подключаться к системе.

Читайте также: «МАХ: как „добровольный“ мессенджер стал почти обязательным».