Зарубежный опыт передачи управления, семейные фонды и законодательные механизмы, которые могут помочь российским предприятиям избежать конфликтов между наследниками.
Передача семейного предприятия следующему поколению требует не только оформления права собственности, но и решения вопроса о будущем управлении. Наследники могут претендовать на равные доли, но при этом иметь разный опыт, интересы и готовность руководить компанией. Такие разногласия способны привести к корпоративным конфликтам и поставить под угрозу устойчивость бизнеса.
Ольга Айдуганова, директор «Инженерно-производственного центра» в Бугульме, руководитель Комитета по развитию семейного предпринимательства ТПП РТ, во второй части авторской колонки для TatCenter рассматривает зарубежные механизмы передачи управления, семейные фонды и законодательные решения, которые могут помочь сохранить предприятие при смене поколений.
Доли с разным объемом управленческих прав
Предприятие трудно вести коллективно, если у руля три равноправных наследника с разными взглядами. Решения по технологиям, закупкам и персоналу нужно принимать быстро, и отвечать за них должен конкретный человек. При этом справедливость требует, чтобы экономические выгоды делились между детьми поровну.
Мы предлагаем закрепить в Гражданском кодексе и Федеральном законе от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» возможность создавать разные категории долей с разным объемом управленческих прав при равных имущественных правах. Это позволит сохранить контроль внутри семьи, например у основателя, а экономические выгоды передать следующему поколению или пассивным инвесторам.
Предложение опирается на практику Германии, где неравное распределение прав сопровождается компенсацией, и США, где существуют разные категории долей. На мой взгляд, такой подход честен и по отношению к семье, и по отношению к коллективу.
Во Франции привилегированные акции позволяют отдельно настраивать управленческие и имущественные права: можно увеличить число голосов, ограничить право голоса, установить приоритетный или увеличенный дивиденд. В семейных компаниях это дает возможность передать капитал детям, сохранив решающий голос за одним наследником или семейным холдингом.
Так работает бренд Hermès. Семья создала холдинг H51, объединивший более 50% акций, и предусмотрела преимущественное право выкупа долей у родственников, желающих их продать. Это позволило защитить компанию от внешнего контроля, сохранив за членами семьи экономические выгоды от владения акциями.
Аналогичные механизмы используют Michelin и Peugeot. Семейные доли имеют усиленные управленческие права, а передача долей ограничена правилами о круге допустимых владельцев. Компенсацией за меньшее число голосов могут становиться приоритетные или выплаченные дивиденды.
Наследственный фонд и семейная конституция
Институт наследственного фонда уже закреплен в статье 123.20−1 Гражданского кодекса РФ. Возможным решением станет прямо указать в нормах о нем, что фонд можно использовать для управления семейным предприятием. Здесь полезен опыт Сингапура, где распространены семейные холдинги и фонды. Например, компания Tolaram Group создала в Сингапуре семейный офис и позже инвестиционную платформу Maitri Asset Management, чтобы объединить управление операционным бизнесом, семейными активами и преемственностью; в 2015 году группа также перестроила структуру в траст для долгосрочного сохранения дела.
В этих же нормах стоит закрепить критерии допуска наследников к управлению: возраст, образование, стаж. И предусмотреть возможность поэтапной передачи прав. Человек, который пришёл на предприятие учеником и прошёл все участки, и человек, впервые увидевший цех после открытия наследства, не должны получать одинаковый доступ к управлению автоматически.
Основатель IKEA Ингвар Кампрад заранее выстроил структуру фондов и компаний, а его сын Матиас постепенно занял ключевую роль в совете директоров Inter IKEA Group. Это произошло не в силу автоматического наследования, а в рамках подготовленной передачи полномочий. При этом семейные представители в органах IKEA имеют лишь ограниченное, миноритарное представительство, что защищает бизнес от распада из-за семейных разногласий.
Предлагаем закрепить возможность учитывать семейное соглашение («семейную конституцию») при толковании корпоративного договора и устава в пределах, не противоречащих закону и правам третьих лиц. Такая практика есть в Нидерландах: голландская практика преемственности нередко сочетает семейный устав («family statute») с холдинговой структурой и STAK — фондом административного офиса, который разделяет экономические права и контроль над голосами.
Логично также предусмотреть обязательную медиацию для семейных корпоративных споров, тоже по нидерландскому образцу. В Нидерландах медиация и арбитражные оговорки прямо включаются в корпоративные документы семейных компаний как механизмы предупреждения тупиковых ситуаций и споров о долях; при невозможности урегулировать конфликт дело может перейти к процедурам рассмотрения споров в Enterprise Chamber.
Судебный процесс между братьями или между отцом и дочерью почти всегда заканчивается тем, что проигрывают обе стороны, а вместе с ними и предприятие. Медиация оставляет шанс сохранить и дело, и отношения.
Снижение издержек при внутрисемейной передаче бизнеса
Остается вопрос о стоимости самой процедуры. Размер государственной пошлины за нотариальные действия, связанные с оформлением наследства и переходом прав на доли в уставном капитале, определяет статья 333.24 Налогового кодекса РФ. Для среднего бизнеса эти издержки могут достигать значительных сумм. Когда оформление обходится дорого, у семьи появляется соблазн отложить его или передать бизнес «по-семейному», без документов. В результате возникают неоформленные права, дробление активов и корпоративные конфликты спустя несколько лет.
Стоит предусмотреть в нормативных актах, регулирующих уплату пошлин и налогов семейным бизнесом, специальный льготный тариф для семейных предприятий при оформлении перехода прав собственности к членам семьи: супругам, детям, родителям, братьям и сёстрам. Он должен действовать и при жизни собственника, и по наследству. Это может быть фиксированная пониженная ставка или фиксированная сумма для безвозмездной передачи бизнеса внутри семьи.
Опыт Мальты показывает, что снижение стоимости оформления преемственности может быть самостоятельным инструментом поддержки семейного бизнеса. В рамках политики поддержки семейных предприятий при безвозмездной передаче зарегистрированного семейного бизнеса детям при жизни собственника действует сниженная пошлина — 1,5% вместо стандартных 2% или 5%. Это не универсальный льготный тариф для любых внутрисемейных сделок, а целевая мера для семейных компаний, официально зарегистрированных в соответствующем реестре.
Государству выгоднее получить небольшую пошлину с законно оформленной передачи, чем остаться без поступлений от сделки, которая не состоялась или ушла в тень. Для России это означает, что льгота должна быть адресной. Она должна применяться к подтвержденным семейным предприятиям и только при безвозмездном переходе бизнеса членам семьи, а не создавать возможность для обхода общих правил налогообложения.
Насколько важно заблаговременное оформление преемственности, показывает российский пример косметического бренда Natura Siberica. Основатель компании Андрей Трубников скончался в январе 2021 года, не оставив завещания. В дальнейшем между его наследниками, бывшей супругой и назначенными доверительными управляющими возник корпоративный конфликт, который потребовал нескольких судебных процессов и надолго создал неопределённость в управлении группой компаний. Этот кейс показывает: доступный и понятный механизм оформления перехода прав важен, но еще важнее заранее подготовленная структура владения, корпоративные договорённости и правила преемственности.
Какие вопросы возникают при изменении законодательства
Первое возражение: не воспользуются ли льготами те, кто семейным бизнесом на деле не является? Ответ — в четком определении. Семейным мы предлагаем считать коммерческую организацию, где два и более члена одной семьи прямо или косвенно владеют долями, обеспечивающими контроль, участвуют или планируют участвовать в управлении и предусматривают преемственность владения между поколениями. К членам семьи относятся супруги, родители и дети, бабушки, дедушки и внуки, братья и сёстры, а также иные лица по соглашению. Чем точнее определение, тем меньше места для злоупотреблений.
Второе возражение: зачем менять Гражданский кодекс ради одной категории предприятий? Потому что режим диспозитивный и никого не обязывает. Он расширяет набор инструментов, а права тех, кому они не нужны, не затрагивает.
Третье возражение: у семьи и так есть корпоративный договор. Он есть, но предприниматель не может быть уверен, что нестандартные условия, например выкуп по формуле, будут признаны, если закон прямо их не предусматривает. Закон должен снять эту неопределенность.
Почему это важно для Татарстана?
Республика последовательно строит среду для малого и среднего бизнеса, и закон о семейном предпринимательстве стал логичной частью этой работы. Следующий шаг очевиден. Недостаточно признать семейный бизнес и предоставлять ему субсидии. Нужно помочь ему пройти самое сложное испытание — смену поколений. Именно в этот момент предприятие чаще всего теряет управляемость или переходит в чужие руки.
Для промышленных городов республики, к которым относится и Бугульма, это особенно важно. Семейные предприятия здесь дают рабочие места, держат производственные цепочки и сохраняют профессиональные династии. Если такое предприятие распадается из-за спора наследников или потому, что оформить передачу слишком дорого и сложно, потери несут все: коллектив, поставщики, город
У Татарстана есть что предложить федеральному центру: действующий закон, опыт его применения и предприниматели, которые знают, где можно усовершенствовать правовое регулирование.
Сегодня мы уже направили данные предложения в профильные органы и объединения бизнес-сообщества для их рассмотрения и формирования единой позиции; далее предлагаем инициировать их обсуждение в профильных комитетах с последующим направлением в Государственную Думу и Правительство Российской Федерации.
Я всегда говорю и буду говорить: «Стабильность семейных предприятий обеспечивает преемственность поколений и создает основу для устойчивого развития экономики России». Если правила преемственности будут понятны заранее, семейное предприятие сможет пережить смену поколений без судебных споров, потери управления и риска для коллектива. Для предприятий нашей республики и других промышленных городов это означает сохранение не только бизнеса, но и рабочих мест, производственных связей и профессиональных династий.
Читайте также первую часть авторской колонки: Ольга Айдуганова: передать бизнес детям сложнее, чем его построить 1 часть
