История Казани пишется на наших глазах

— По первому образованию Вы журналист, а сейчас много времени уделяете защите памятников истории и архитектуры. Как пришли к такому роду деятельности?

— Я давно писала на тему города, работала в разных изданиях. В журнале «Большой город» была собкором, работала копирайтером и создавала сайты о туризме, буклеты, делала всякие обзоры. Но чем дальше изучала тему, тем больше понимала, что ничего не знаю, и это надо исправить. У своих друзей экскурсоводов, а среди них есть и гиды золотой категории, которые уже 40 лет в профессии, я поинтересовалась, где они учились. На мои расспросы экскурсовод Маргарита Иосифовна Савина рассказала про курсы в Национальном музее и при историческом факультете КГУ.

И я решила, что пора заканчивать писать о городе, не зная о нем, и пошла на курсы по трем направлениям «Обзорные экскурсии по городу», «Культовое зодчество» и «Жемчужное ожерелье Татарстана». После этого началась работа экскурсовода, причем и сейчас думаю, что трёх курсов недостаточно, надо постоянно учиться, потому что у нас очень богатая история.

— Собираетесь заканчивать еще какие-то курсы?

— Нет, пока времени не хватает, хотя хотелось бы. На исторический факультет постоянно приходят новые лекторы, о которых сообщают выпускникам курсов, и мы приходим их послушать. Например, когда проводятся редкие экскурсии по Арскому кладбищу или Татарскому, я прихожу. Информации о Казани, о нашем крае целые глубины, и их надо постигать долго. Нужно постоянно быть в курсе, кто какие книги пишет, где собираются краеведы, что нового они накопали в архивах. История в нашем городе пишется на глазах, например, десять лет назад археологи изучали Кремль и сделали известные открытия, или краеведы выяснили, что дом, где обедал Пушкин это не тот, где табличка висит, а угловой на улицах Пушкина и Профсоюзной. Все эти моменты важны для экскурсовода.

— Наверное, сейчас количество желающих посетить ваши экскурсии увеличилось?

— Летний сезон окончен — количество туристов уменьшилось. Скорее, выросло число желающих пойти со мной на бесплатные просветительские экскурсии для всех горожан длиной в один час. Все спрашивают, когда будут следующие встречи. Сейчас ищу готовых экскурсоводов, которые захотят вести прогулку одновременно со мной. Не все готовы ради бесплатных экскурсий жертвовать своими силами и временем, хотя, в общем-то, это не так сложно раз в месяц выделить один час.

Информация о должности советника мэра Казани по вопросам внутреннего туризма в СМИ появилась слишком рано

— Внимание властей Казани к проблеме умирающих исторических зданий привлекали многие общественные деятели города, но только Вам удалось это сделать на самом деле. Как думаете, почему на Ваш призыв они обратили внимание?

— Как уже писала в своем ЖЖ, никакой реакции я не ожидала. Для меня это был обыкновенный пост в блог, просто он был написан в жанре письма. Для меня это совершенно нормально, я часто пишу такие вещи. Просто после совещания в кабмине РТ, где Рустам Минниханов сказал о необходимости чиновникам часто ходить пешком, я написала пост с приглашением президенту. Продублировала Вконтакте, и уехала на картошку. Мне позвонили прямо на картофельное поле, — говорят, что президент согласился на экскурсию. Я ответила, что готова встретиться через неделю, потому что сейчас на картошке. Мне говорят: «Ты, что не понимаешь, что это серьезно? У тебя завтра экскурсия с президентом вообще-то». Пришлось ехать. Для этого за мной выслали машину. А почему обратили внимание — наверное, сошлись несколько факторов: общественные волнения, наши выступления с пикетами и митингами, публикации популярных блогеров Артемия Лебедева и Ильи Варламова о разрушенном казанском центре, и грядущая Универсиада, на которую приедет очень много дорогих гостей. Президент был в курсе этих публикаций. Ну и потом мой пост разошёлся по соцсетям, и его перепечатало российское информационное агентство Regnum.

— После экскурсии с Рустамом Миннихановым мэрия предложила Вам стать советником мэра Казани по вопросам внутреннего туризма. Но Вы, кажется, отказались от должности. В чем причина отказа?

— Отказалась, потому что я была согласна работать на общественных началах, а не на муниципальной должности. А мэрия общественных начал мне не предлагала. Если бы в администрации мэра был совет или комиссия, занимающаяся восстановлением исторических зданий, в которые мне предложили войти, то я бы с удовольствием с ними сотрудничала. К сожалению, информация об этой должности слишком рано попала в СМИ.

— Как удается совмещать три рода деятельности — журналистику, экскурсии и общественную деятельность по сохранению исторических зданий?

— В журнале «Казань» я работаю редактором отдела, график у меня там гибкий, поэтому удается водить экскурсии. Еще занимаюсь делами общества охраны памятников, а также являюсь членом Гильдии экскурсоводов и по мере сил сотрудничаю с литературными студиями Казани. Кроме прочего, у меня есть семья, дочь.

— Где Вы берете столько энергии?

— Просто чем больше ты отдаешь, тем больше у тебя остается. Руководствуясь этой точкой зрения, делать добрые дела всегда приятно, потому что благодарность дает силы. Многие интересуются, тяжело ли одно и то же каждый раз рассказывать туристам, такой же вопрос можно задать и учителю. Но экскурсовод, как и преподаватель, ответит, что это не тяжело, потому что все туристы, как и школьники разные. Каждая группа по-своему воспринимает рассказ, вопросы всегда задают разные, а получаемая от экскурсии отдача — это то, что дает сил и энергии.

Экскурсии никогда не опустошают. Даже если длятся девять часов с утра и до вечера. Такие случаи бывают, когда группа берет два дня с экскурсиями на полный день. Приходишь домой, язык болит, снимаешь его с плеча, положишь на кровать, ложишься сама рядом, но усталости нет, потому что получаешь положительные эмоции. Один турист как-то сказал: «Наверное, все экскурсоводы хорошие жены: приходят домой с работы и молчат».

— А какие-нибудь легенды придумываете о городе, когда экскурсии водите?

— Создавать легенды не профессионально, и нас этому на курсах не учили. Наоборот, педагоги советовали ссылаться на факты, а легенд о Казани сложено достаточно. Кроме легенд о Казани, змее Зиланте, озере Кабан, у нас очень много интересных историй о человеческих судьбах. В Казани жил и Сергей Аксаков, который написал «Аленький цветочек», и Габдулла Тукай, и поэт Велимир Хлебников. О каждом понемногу расскажешь и не надо ничего сочинять, у нас город с очень богатой фактурой, так что я ничего не выдумываю. Сейчас появились экскурсоводы, которые в интернете предлагают прогулки по мистической Казани по ночам, по аномальным зонам. Я к этому осторожно отношусь, мне интересна настоящая история.

Рустам Минниханов сказал, что от строительства парковки в парке «Черное озеро» отказались

– Насколько легко было общаться с президентом РТ Рустамом Миннихановым?

— Это не совсем общение, ведь на экскурсии слушают экскурсовода. Президент задавал исключительно деловые вопросы своим помощникам, министру строительства, архитектуры и ЖКХ Иреку Файзуллину, прокурору РТ Кафилю Амирову, спрашивал, чья собственность, что здесь раньше было, как выглядел дом, кто в нем жил. При мне он никаких указаний не давал, только выказывал свое недовольство общим видом зданий, говорил, что на самом деле стыдно ходить по таким улицам. В некоторых местах он был впервые, например, сказал, что пешком по парку «Черное озеро» раньше не гулял.

– Понравилось ли президенту «Черное озеро»?

— Как и другие нормальные люди, он понимает, что когда для отдыха ребенка в парке стоит одна кривая карусель, то нужно что-то делать. Я задала вопрос по поводу будущего парка, рассказала, что наше Общество охраны памятников проводило митинг против строительства парковки на месте парка, а я устраивала там выставку об истории «Черного озера» со студентами КГАСУ. Тогда мы набрали 4 тысячи подписей, я сказала, что это единственный парк в центре, и мы его никому не отдадим. На это Рустам Минниханов ответил, что от проекта парковки здесь отказались. Я надеюсь, что это правда.

— Неужели президент Татарстана на самом деле не знал, что здания со старинной архитектурой в Казани находятся в таком плачевном состоянии? Ведь даже на примере улицы Баумана можно понять, как обстоит дело.

— Да ведь чиновники не ходят по городу пешком. На том самом совещании Рустам Минниханов сказал слова, ставшие крылатыми: «Ездим мимо на машине, и окна-то у наших машин не очень прозрачные». Мы прошли все инстанции, чтобы отстоять исторические здания Казани. История утраты исторического облика нашего города уходит своими корнями в далекое прошлое, еще в семидесятые. А когда перед Тысячелетием вместе с трущобами сносили памятники, мы потеряли все деревянное зодчество. Ушла улица Тельмана, из которой казанский ученый Булат Галеев предлагал сделать музейную улицу и пускать туда туристов за деньги. Какая бы это была находка для экскурсий! Но тогда я ещё была маленькая, училась в вузе. Многие из тех, кто боролись тогда за наследие, сейчас не хотят о нем слышать: они во всем разочарованы.

С декабря прошлого года я начала проводить просветительские экскурсии, акции в поддержку исторических домов. На моих глазах уничтожались постройки начала XIX века. Тогда для меня наступил предел терпения. Мы дошли до потолка, встречались и с министром культуры, и с уволенным недавно заместителем министра культуры Игорем Нестеренко, и с мэром. Итогом встреч были обещания, что всем займутся, что Петонди вернется в Казань, но шло время, ничего не воссоздавалось, а памятники гнили.

Из списка, рекомендованных к сохранению зданий, за это лето разрушено пять домов. На осень я готовила очередную акцию и экскурсии, а обращение к президенту не планировала и не знала, что за ним последует.

Строители ищут крайнего, а им почему-то оказываюсь я

— После прогулок с президентом в центре Казани остановили строительство, мэрия объявила о проведении еженедельного субботника, будут проверены собственники всех старинных исторических зданий Казани. Скажите, Вы довольны таким результатом? Что на Ваш взгляд еще необходимо сделать для сохранения исторического облика Казани?

— Для меня никакого результата пока нет. То, что убрали мусор это хорошо и правильно, но в отношении памятников ничего не произошло. Они как стояли со вскрытыми крышами и гнили, так и стоят. В памятниках, которые в первую очередь нуждаются в консервационных работах, никаких работ не начато. Как стоял дом Юшкова на Дзержинского со вскрытой крышей, вонял на весь квартал, так и стоит. Наступает новый холодный сезон, который его еще больше добьет. Весной то, что внутри дома растает, и он будет еще более вонючим, чем сейчас.

То же самое можно сказать и о доме Варвары Дружининой на улице Зои Космодемьянской, и о доме Карла Фукса. Все, что я сейчас вижу — шум. Правильно и логично, что и зоны охранные сейчас обсуждают, старые от 1988 года устарели. Единственное, чему удивляюсь, что стройку в центре Казани остановили.

— Думаете, что можно было этого не делать?

— К этому я никого не призывала и современной стройкой не интересовалась. Хотя, конечно, в будущем надо согласовывать стройку в центре и выдерживать архитектурный стиль. Не все дома в центре ужасны. Есть положительные примеры, когда здания хорошо вписались в облик улицы.

— В своем блоге Вы написали, что на ваш адрес приходили угрозы от застройщиков зданий, которые находятся в центре Казани. Какого рода это угрозы? И о каких зданиях и людях идет речь?

— Писали не с угрозами, а с обвинениями строители, причем они даже указывали свои фамилии. Я их понимаю, кому понравится, что всю работу забрали, а денег не дают. Строители ищут крайнего, а им почему-то оказываюсь я. Не знаю, что это за строящиеся здания. В письме было имя и номер телефона, но я по ним не звонила. Сразу поместила письма в корзину, потому что вопросы по строительству точно задавать надо не мне.

— За сколько дней Вы узнаете о следующей экскурсии?

— Думаю, что следующая будет, когда у президента появится время. Обычно предупреждают за 2−3 дня.

— По какому маршруту пройдет следующая экскурсия? Какие улицы, дома Вы бы еще показали президенту Татарстана?

— Всего я составила пять маршрутов, все они подробно расписаны в ЖЖ, остался последний по Кировскому району, где русло Казанки, улица Гладилова. (На момент работы над интервью пятая экскурсия с президентом РТ уже состоялась — прим.авт.).

— Не тяжело вставать по утрам на экскурсии с президентом?

— (Смеется). Нет, не тяжело, подумаешь в пять утра встала. Такое и раньше бывало, когда туристы прилетали рано, и их надо было встречать и селить в гостинице. Иногда рано заказывают экскурсию. Выходные обычно самые занятые дни у экскурсоводов.

Пешие экскурсии — лучший способ узнать город

— Как Вы считаете, чего еще не хватает городу для привлечения туристов, кроме исчезновения развалин и реставрации старинных зданий?

— У нас недавно была создана рабочая группа в министерстве по делам молодежи, спорту и туризму РТ. Там десять групп предлагали, что надо сделать для развития туризма в городе. Каждая секция занималась своим делом, одна автобусами и перевозками, другая пешими прогулками, третья детскими зонами Казани. Я отвечала за пешие прогулки и детские зоны. По итогам мы выслали десять страниц с предложениями в министерство, которое готовило презентацию для президента.

Среди прочих рекомендаций были предложения по благоустройству улиц, говорили о необходимости в указателях улиц, номеров домов, информационных тумб. Все это сейчас делается, есть проекты, но пока ничего не видно. У нас осталось два года, чтобы сделать Казань удобной для туристов. Надо включать мозги и собственникам зданий в центре города, отслеживать, где проходит туристическая тропа. Мы пока во многом проигрываем соседним городам.

— Есть ли в Татарстане предприниматели, готовые отреставрировать старое здание с красивой архитектурой?

— Даже у меня есть такие друзья, хотя я в жизни не знала, что они на это способны. Просто они мне позвонили, чтобы узнать, где на аукцион выставлено здание. Говорят, что хотят сложиться вдесятером и купить исторический дом, отреставрировать его и сделать внутри что-то интересное. Получается, что такие люди есть, только условия аукциона пока не понятны. И все сейчас их ждут, потому что никто за предлагаемые миллионы дом не купит.

— В своем блоге Вы написали, что хотите создать бюро пешеходных прогулок. Есть какие-то подвижки к осуществлению задуманного?

— Это моя давняя мечта, в Казани этого нет, а сейчас не успеваю этим заниматься. Я считаю, что лучше пеших экскурсий ничего не существует, потому что это отличный способ узнать город. У нас даже нет зазывал, как в Москве и в Питере, которые стоят и приглашают прохожих на пешую прогулку на один час. У нас нет автобусов, которые хотя бы летом на улице собирали людей.

­— Какое у Вас самое любимое место в городе?

— У меня нет любимого места, у меня все любимое. В основном нравится бывать вдали от туристических троп, например, у нас рядом с классическими маршрутами в Старо-Татарской слободе есть маленькие тихие улицы, на бывшей Первой горе, улице Ульянова, в Катановском переулке… Такие места еще хранят облик старого города.

— В своем блоге Вы написали, что в душе поэт. Расскажите, о чем пишете.

— Если забить в «Яндексе» мою фамилию, то найдете много разных моих публикаций. Я и журнал «Квадратное колесо» в Казани издавала, и в российских журналах и газетах публиковалась, но это для меня не стало делом жизни, поэтому не придаю поэтическим публикациям особого значения. Человека поэтом называют читатели, а не он сам. Я от этого абстрагируюсь, оставаясь в душе поэтом, потому что у меня поэтическое восприятие мира, наверное.

***

этот город пора покидать
но он слишком прекрасен
чтобы его разлюбить

в нем так много людей
которых нельзя предать
и которых сложно простить

и на карте его как на ладони моей
линия страсти резче
а линия жизни длинней

мой город забыт народом
любим царями горы
его пора покидать по правилам этой игры

ни шагу назад не посмею
пока не закончен кон
пока за рекой живет крылатый дракон

пока каждый кот городской
ест из рук и дружит со мной
пока он зовёт меня неземной

ПЕРЕЛЕТНЫЕ МУЗЫ

Вот летят над Казанью музы, навсегда ее покидая.
Прощаются с городом тихо, на вечные веки.
Над булыжными мостовыми, над забытыми именами. –
Крылышками над крышами прошуршав, —
У каждой на шее вязаный теплый шарф, —
Лететь далеко. До Варшавы. Или Кордовы.
В другие края и веси.
Перелетные музы совсем ничего не весят,
Но город без них остается как без основы.
Становится бесчудесен.
Дома обнаруживают углы, щетинят приметы времени.
У старого города вышел запас терпения,
И музы летят над ним потерянные, чужие.
Новые музы родятся в новой Казани,
Станут совсем другими. Изменятся вместе с городом.
Перелетные музы все понимают сами.
Но это дается дорого.

Автор стихов Олеся Балтусова

Сегодня Ляля Бикчентаева — пиар-специалист, который на аутсорсе ведет проекты из разных отраслей, но ИТ остается одной из самых любимых.

Интервью для TatCenter — это честный разговор Ляли Бикчентаевой о стереотипах в технологиях, женском руководстве, выгорании, воспитании детей и о лучшем отдыхе — на теплоходах.

О стереотипах, детях и карьерных поворотах

— Как сейчас себя чувствует ИТ-сфера Татарстана, на ваш взгляд?

— У меня несколько проектов из разных сфер, но в силу бэкграунда — двух лет руководства пресс-службой минцифры и работы по направлениям в ИТ-парке — ИТ, наверное, одна из любимых. В силу того, что ИТ-индустрия возникла с нуля, внутри традиций управления отраслевыми проектами не было «мы так делаем, потому что всегда так делали».

ИТ — это место рождения современного менеджмента. Agile и другие методики управления проектами возникли в отрасли и постепенно распространились на другие индустрии. В ИТ первыми стали использовать возможности нейросетей и внедрять искусственный интеллект как инструмент написания кода. В общем, самые быстрые скачки развития — именно в этой индустрии. Ей, как самостоятельному сектору экономики, лет-то немного — и четверти века не наберется. Чувствует она себя абсолютно соразмерно стадии развития и обстоятельствам.

Если в 2012 году, когда начиналось стартап-сообщество, каждый второй мечтал написать свой ВКонтакте и рвануть как набирающий обороты Twitter, то к 2020 году стало понятно, что рынок насытился, остались только нишевые индустриальные стартапы.

Четыре года назад нас ждал виток импортозамещения. Сейчас мы наблюдаем эпоху пересборки технологических треков в компаниях, особенно в индустриях критических информационных инфраструктур. Информационные технологии — это редкое направление экономики, о котором за 25 лет можно целый учебник истории написать. Очень люблю. Но давать оценку не буду — моя работа заключается в том, чтобы рассказывать, как все у всех хорошо.

— Как изменится данный рынок через пять лет и какое место на нем займут женщины-руководители?

— Женщины-руководители стали занимать свои места с изобретением памперсов, молокоотсосов и интернета. Как только мировая экономика «родит» решение для того, чтобы с первоклассником не нужно было делать уроки, маркетплейсы доставляли потерянные циркули-тетрадки-вторую обувь-галстуки прямо в класс, ребенок самостоятельно телепортировался на кружки — мужские и женские карьеры, наконец, уравняются. И стереотипы рассосутся, по крайней мере, я на это надеюсь.

Верю, что женщин-руководителей абсолютно во всех индустриях станет больше в ближайшее время. Уже и есть женщина-губернатор в России, и женщина — глава района в Татарстане. Еще недавно такое и представить было невозможно.

фото: Евгения Цой

— Как и откуда вы пришли в ИТ-сферу?

— Я 12 лет руководила Некоммерческой организацией Казанский центр «Достижения молодых». И в ИТ-сферу, как и в пиар, скорее, вернулась.

С ИТ меня связывают несколько эпизодов. В 2009 году, с самого открытия, я недолго проработала в «Центре информационных технологий», занималась на самом старте проектом «Электронное образование».

С 2012 по 2014 гг. была в командах нескольких стартапов в бизнес-инкубаторе ИТ-парка. Это было классное время, много гостей и мероприятий. Я принимала участие, в том числе, в визите Тинатин Гивиевны Канделаки, мы тогда много общались про ее общественную деятельность в сфере образования.

Сейчас я работаю в пиаре одной из ключевых ИТ-компаний Татарстана. Индустрия постоянно меняется, и это абсолютно мой вайб. Когда все отстроено и отлично работает, то «мечта сбылась», конечно, но уже неинтересно. Цифровая индустрия на моей памяти совершила столько технологических скачков, что «прошлогодний пресс-релиз» еще ни разу не скопировали.

— Часто ли женщины сталкиваются со стереотипом, что технологии — это «не женское дело», и приходилось ли вам лично доказывать обратное?

— Обычно это сводится к тому, что поручают мужчине, а делает стоящая за ним женщина. Доказывать особенно ничего не приходилось, но работать больше мужчин за меньшие деньги и на куда менее статусных постах — не только мне, но и многим моим подругам из топ-менеджмента приходилось и приходится.

Я все время говорила коллегам-мужчинам: «Вы содержите одну женщину и двух детей, и я содержу одну женщину и двоих детей. Только сейчас мероприятие, затянувшееся сильно за границы рабочего дня, закончится, и вас дома ждет тишина и ужин, а меня — третья смена».

фото: Евгения Цой

Непосредственно в технологиях женщин не много, но в остальном менеджменте — кадрах, бухгалтерии, продажах, руководстве — их достаточно и они прекрасно справляются.

Делайте 110% от своих обязанностей

— В чем, на ваш взгляд, отличие женского стиля управления от мужского, особенно в госсекторе?

— Женщина тоньше чувствует полутона эмоций и всегда может решить ситуацию искренней просьбой, обаянием. Но глобально разницы не вижу. Профессионализм от пола не зависит.

— Что бы вы посоветовали девушкам, которые только присматриваются к карьере в ИТ или digital, но пока сомневаются в своих силах?

— Не сомневаться и достаточно обнаглеть, если это девушки моего возраста. Те, кто сейчас начинают карьеру, — это поколение зумеров, дети, выросшие в благополучной России. У них было сытое и спокойное детство, безлимитный доступ к радостям — от вкусной еды до мультфильмов и сериалов в любое время. Им я бы хотела посоветовать поскорее понять, что взрослая жизнь сильно сложнее и подсобраться. Само уже больше ничего не придет. Для построения карьеры нужно регулярно делать 110% от своих обязанностей и ожиданий о вас. Очень рекомендую так и делать.

— Как выстраивать коммуникацию между людьми, чтобы проекты работали без сбоев?

— По-человечески и открыто. Корпоративный мир и бизнес — это баланс интересов разных людей и компаний. Если учитывать чужие интересы и строить конструкции взаимной выгоды, то все полетит. Если упиваться собственной властью и влиянием, то все развалится еще на старте.

— С какими главными трудностями сталкивается пресс-служба технологической компании?

— С невозможностью перевести на простой язык то, что говорят технари. Нужно быть глубоко погруженной в контекст, чтобы уметь простым языком рассказывать о вещах, которые профессиональные айтишники невероятно усложняют.

Еще есть столкновение с высокой конкуренцией, конечно. ИТ-бизнес уже достаточно созревший, особенно эксклюзивных тем почти нет. Еще проблема в том, что все самое интересное — не для широкой аудитории. Топ среди тем сейчас — кибербезопасность, но на то она и безопасность, что дальше этого слова ничего рассказать нельзя.

— В какой точке своей деятельности вы сейчас находитесь?

— Сейчас я потихоньку собираю свою пиар-команду, потому что проектов уже несколько и нужно начинать делегировать какие-то задачи. Хороший пиар-проект — это совпадение ценностей основателя или руководителя и его пиарщика. Это не «ларек с картошкой». Спешки в увеличении количества клиентов нет. Главное, чтобы результаты рождались из крутых интересных проектов. Еще стараюсь не брать клиентов из одной индустрии. Так что тема ИТ пока занята.

— Ищете ли вы популярный баланс между работой и личной жизнью или у вас действуют другие правила в отношении работы и семьи?

— Это моя самая острая тема. Несмотря на то, что дети уже взрослые — старшему 18, он живет отдельно в Москве, младшему почти 12, я все равно всегда переживаю, что не остается достаточно сил на детей.

Со старшим сидела в настоящем декрете 1,5 года. Тогда и мобильного интернета не было, я смотрела все выпуски программы «Давай поженимся» и знала все дворовые сплетни. Младший всего через семь лет уже рос под рабочим столом, играя с печатью, а первые шаги сделал в ИТ-парке на Петербургской.

Коляска побывала в кабинетах министров, на сцене, когда я в микрофон лекцию читала, в банке — 12 раз за год. Всю молодость было страшно стать той самой мамой «с азбукой и в халате».

С годами пришло понимание, что самое страшное — прожить жизнь так, что никому не будешь интересна, когда ты «с азбукой и в халате». Но чувство, когда твои дети тобой гордятся, тоже очень греет. А где баланс? Я не знаю. Кто узнает — расскажите мне тоже.

фото: Евгения Цой

— Можно сказать, что вы любите активно проявляться в этой жизни, но ведь бывают и моменты выгорания. Как вы научились предупреждать такие моменты или выработали для себя быстрые способы восстановления?

— Главный вывод, к которому я пришла за годы карьеры: нет сил — ляг уже и лежи. Иногда пропустить один день на работе, а на следующий разгрести все за два намного эффективнее, чем бесконечно смотреть в свое отражение в ноутбуке, выжимая из себя хоть одну мысль. Отдых очень важен.

Я неоднократно вылетала и выгорала именно потому, что не отдыхала. Я убеждена, что хороший руководитель должен, в том числе контролировать, чтобы сотрудники отдыхали. Обычно выгорают именно те, кто горит — кто выходит в выходные, а потом забывает взять отгул, кто не берет отпуск, потому что идут мероприятие за мероприятием и задача за задачей.

Если человек ценен в команде, важно контролировать, чтобы он с нами бежал эту марафонскую дистанцию. Быстрых способов восстановления не существует. Существует только ответственное отношение к своему состоянию и уровню нагрузки.

Речной порт, Елабуга и бабушкин дом

— Вы любите теплоходные путешествия — можете назвать топ своих любимых мест для таких путешествий как в РТ, так и в России в целом?

— Теплоходы — моя абсолютная любовь. Жду проект в этой сфере, потому что я вообще больше не знаю людей, кто так бы фанател от речного туризма.

Татарстан, наверно, самый богатый на речные туристические причалы регион — у нас принимают туристов с теплоходов в Казани, Свияжске, Болгаре, Елабуге, Тетюшах и Нижнекамске. Это очень много! Во всех городах и поселках есть на что посмотреть. Но из них любимые, конечно, Елабуга и Тетюши. Там есть мои «места силы».

В Елабуге таким местом является городище, куда Надежда Дурова любила приходить посмотреть на реку с высокого берега, а в Тетюшах — усадьба Молоствовых. Там невероятная история настоящей любви и созидания, искренне рекомендую побывать с экскурсоводом. Если говорить про маршруты вне Татарстана — мне очень понравился тур до Перми, Кама после Челнов довольно узкая, обзор на оба берега. Дивные провинциальные Чайковский и Сарапул — люблю эту атмосферу из начала фильма «Карнавальная ночь».

У моей любви к теплоходам как форме отдыха, кроме детских воспоминаний, очень простое объяснение: на теплоходе вообще не нужно принимать никакие решения. Он идет по маршруту, ты выбираешь только еду из трех вариантов и чем заняться в свободное время — тоже из трех вариантов. И все. Эти прекрасные берега меняются ежеминутно за бортом. Обожаю и рекомендую, лучший отдых.

— Вы активно ведете социальные сети и довольно оперативно реагируете на те или иные события. Не думали о создании собственного ресурса?

— Я и социальные сети веду под настроение. Так что точно нет. Но было бы интересно возобновить какой-то видеоформат. В 2021 году мы с командой снимали видеоблог «Открытая школа», показывали школы и их директоров изнутри. Это был классный формат, в котором видно, насколько все школы одинаковые и абсолютно разные одновременно. Школы снимать уже неинтересно, но, возможно, что-то классное еще придумается со временем.

— Какие места в Казани или в Татарстане в целом дают вам ощущение гармонии и вдохновляют на новые идеи?

— Речной порт и место, где когда-то был бабушкин дом, а теперь остался только гараж. Казань очень преобразилась за последнее время, и нам абсолютно есть чем гордиться, но больше всего я по-прежнему люблю те места, которые даже пахнут так же, как в детстве.

Скоро речной порт, скорее всего, обновят — там уже все просто кричит о необходимости это сделать. Но пока я могу подойти к бывшей билетной кассе, которая точно такая же, как в моем детстве, опустить взгляд и увидеть там все тех же жуков-пожарников, зайти в яблоневую рощу напротив крайнего причала — там место силы.

А около бабушкиного дома мы с фотографом Евгенией Цой сделали семейную фотосессию с моими родителями и детьми в 2022 году. Через год эта фотография победила на международном конкурсе и висела на выставке на улице в Афинах. Ирония в том, что со стороны деда по папиной линии у нас есть греческие корни. Так наша семья почти побывала на родине.

фото: Евгения Цой

— Если бы вы могли дать совет 20-летней себе, только начинающей путь в профессии, что бы вы сказали в первую очередь — про карьеру или про личную жизнь?

— Нет ничего важнее и круче детей, родить их вовремя — самое классное. Остальное всегда можно будет догнать! Я, собственно, так и сделала. И каждый раз убеждаюсь, что все правильно сделала.

Екатерина Слюсарева