Круглые столы
05 Мая 2011, 09:31

Кому нужна деловая журналистика?

То, как представляется бизнес в СМИ, всегда отражается на его росте — будь то негативная или позитивная динамика. Безусловно, качественное информационное сопровождение бизнеса — это один из основных факторов, определяющих его успех. Какие отношения у бизнеса и СМИ внутри республики и какую роль играют в бизнес-процессах деловые издания — все это обсуждалось на «круглом столе» в технопарке «Идея». Организаторами «круглого стола» выступили Деловой центр РТ, интернет-портал tatcenter.ru и Центр аналитических исследований и разработок.

круглый стол Владимир Сыченков, директор по развитию рекламного агентства Larisa Projects:

— Актуальность «круглого стола», на наш взгляд, продиктована пониманием, что мы в Татарстане играем за одну команду. Республику всегда отличали здоровая амбициозность и зрелый прагматизм. Без них мы не были бы лидерами в IT-индустрии России. При этом наблюдаем «цифровой разрыв» между, например, динамично развивающимся электронным правительством и b2b сектором, представленным в основном молодыми предпринимателями. Считаем, что Татарстан находится на пороге создания социальной сети для малого и среднего бизнеса, в которой будет коллективно производиться экспертный контент, жизненно необходимый современной деловой журналистике. (Однако, по словам Алексея Коннова, генерального директора «Центра аналитических разработок и исследований», был заказ на проведение исследования об эффективности подобной сети. Согласно исследованию, из 500 респондентов 70\% высказались против создания подобного рода сети, аргументируя тем, что уже есть налаженные системы коммуникаций и нет надобности в новой.) Если говорить о том, чего не хватает именно мне, то это сравнительной информации. Не хватает сравнения с другими регионами, областями; мы как будто варимся в отдельном котле и оторваны от мира. Хочется экспертного сравнения.

Александр Салагаев, председатель совета директоров Центра аналитических разработок:

— Сегодня деловые СМИ в Татарстане представлены довольно хорошо. Это уже зарекомендовавшие себя издания — такие, как «Время и Деньги», «Где Деньги», «Деловой Квартал». Однако я вижу одну четкую проблему — это нехватка экспертного мнения в деловой журналистике. У нас нет профессиональных и подкованных журналистов (могу перечислить лишь единицы), которые бы обладали уникальной информацией, и в итоге все подается «недожаренным и сырым».

Артур Курцев, пресс-секретарь Инвестиционно-венчурного фонда РТ:

— Деловая пресса, если она хочет соответствовать современной действительности, должна перестать нести чисто информативную функцию. Она нужна для поиска партнеров, инвесторов, для общего развития бизнеса. Обществу должны быть преподнесены истории успеха. Необходимо начать работать на идеологическом уровне. Могу привести в качестве успешного примера подобной работы прессы проект ТНВ с Тимуром Бикмурзиным — в его передаче затрагивался очень широкий спектр тем, он был интересен значительной части аудитории канала.

Юрий Алаев, генеральный директор ЗАО «Время и Деньги»:Ю.Алаев

— На мой взгляд, не стоит упускать один немаловажный момент, который имеет место. Это конфликт интересов. Есть определенные несовпадения в том, о чем должна говорить пресса, и то, что удобоваримо видеть и слышать представителям государственных органов и управленцам. Если быть утопистом, то пресса могла бы быть хорошим подспорьем в доведении информации, но ведь любое государство, даже на таком региональном (республиканском) уровне, абсолютно не заинтересовано в том, чтобы отражались некоторые моменты. Более правильным и эффективным будет тот ход событий, при котором бизнес-сообщество начнет ощущать и представлять себя как единую бизнес-страту, выделять для себя «нужные» им СМИ и тесно сотрудничать с ними, предоставляя качественную информацию.

Владимир Сыченков:

— С финансовой точки зрения не стоит забывать, что деловая пресса — это тоже бизнес, на процесс которого влияют четыре активные группы: исполнительная власть, рекламодатель, учредители (у них тоже есть свой определенный интерес) и сама целевая аудитория. И если рассматривать сами по себе деловые СМИ как бизнес, то он далеко не высокоприбыльный.

Юрий Алаев:

— Существуют известные всем обывателям респектабельные издания: «Коммерсант», «Ведомости», «Известия». Но даже среди них нет изданий с плюсовой рентабельностью, везде учредители субсидируют свой бизнес. 7−10\% – это возможная масса прибыли онлайн-представительств деловых печатных СМИ от всей прибыли.

А.Газизов Азат Газизов, председатель совета Татарстанского РО общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ»:

— На территории Приволжского Федерального округа от силы в шести регионах есть кластер деловой журналистики. О чем это говорит? Недостаточно смотреть на проблему под одним углом, нужно прежде всего понять, что такое «деловое издание» и что мы от него хотим.

Эльмира Гайнутдинова, директор Делового Центра РТ- интернет-портала TatCenter.ru:

— К вопросу о финансировании. Я была бы очень рада, если бы все компании, про которые мы пишем, заплатили за освещение их бизнеса, мы были бы «в шоколаде». Но этого не произойдет, потому что у нас своя, деловая направленность. Да, действительно, организация подобных «круглых столов» — это реклама самих себя, мы же в свою очередь готовы информационно поддерживать компании, но все делать бесплатно мы тоже не можем. Если говорить об успешном взаимодействии СМИ с бизнес-средой, то я бы поставила в пример «Бизнес Онлайн». Это удивительное издание, которое за короткий срок смогло найти свою нишу и стать информационной платформой, собирающей в одном месте республиканских предпринимателей, менеджеров, маркетологов и предоставляющей для них место для диалога и налаживания связей. Наша ниша немного отлична, мы предоставляем информацию не в формате «скорой помощи», а проверенную и правдивую. На мой взгляд, цель делового издания — помочь предпринимателям в создании и развитии их бизнеса, предоставляя качественную и своевременную информацию.

Ильнур Мутыков, начальник отдела перспективных разработок Инвестиционно-венчурного фонда РТ:

— Сегодня на «круглом столе» некоторые участники высказались об отсутствии активности компаний в предоставлении СМИ информационных поводов и материалов для публикаций. Вы просите «истории успеха», которые бы идеологически вдохновляли аудиторию делового издания на открытие своего дела. Мы можем дать несколько таких успешных примеров, но они скучны сами по себе, так как связаны с наукой (это научные разработки в области химии и физики) и скорее более интересны для узкоспециализированного издания, нежели для деловой прессы. Хороший вопрос — это 90\% ответа, и если мы знаем, что вам интересно, то сможем рассказать об этом.

Закия Шафикова, генеральный директор ООО «Инвестиционная компания «Элемтэ»:

— Наши СМИ должны пропагандировать идею того, что «предприниматель — это хорошо»! А кто из присутствующих знает о том, когда будет День предпринимателя? Я сама узнала об этом год назад.

Юрий Алаев:

— Государство так сконструировало свою политику, что все общество твердо убеждено в другой идее — «госуправленец — это хорошо»! Люди не дураки, и молодежь рвется туда, где ей будет обеспечена зрелость, старость и множество привилегий, квот и льгот. Но, согласно всяческим исследованиям, лишь 3−4\% населения приспособлено к предпринимательской деятельности. Зачем заставлять всех делать то, к чему нет призвания? Некоторые вещи журналисты игнорируют вполне сознательно, ведь сотрясать воздух в стиле «государство такое у нас хорошее, и столько делается для народа» можно бесконечно. Нас постоянно приглашают на «круглые столы» по борьбе с коррупцией, контрафактом и т. п., но мы преднамеренно не пишем об этом, потому что аудитория не станет воспринимать такую информацию, а значит, с доверием относиться к нам в дальнейшем.

Ильдар Аблаев, генеральный директор АНО «Татарстанская Академия управления инновационной экономикой»:И.Аблаев

— Один известный всем и очень уважаемый политик Равиль Муратов как-то поделился со мной информацией, касающейся статистики малого и среднего бизнеса. Она противоположна официальной статистике, хотя я думаю, что человеку такого статуса все-таки стоит доверить. Так, согласно данным Равиля Фатыховича, количество малого бизнеса в республике не увеличивается, а уменьшается! Чем здесь могут помочь СМИ? Предоставлением всех видов информации, всех трех слоев. 1-й слой — это событийная информация. Статьи о том, кто посетил республику, с кем встретился президент, итоги встреч политиков и так далее. 2-й слой — это познавательная информация. Обзор и рассмотрение того спектра тем, которые позволили бы предпринимателю чувствовать себя в «своей тарелке» и развиваться дальше. 3-й слой — образовательная информация. К созданию информации этого слоя необходимо привлекать представителей науки, экспертов бизнеса. Если предприниматель будет «правильно образован», то он потенциальный клиент для меня! Я считаю, что бизнесменам надо помогать именно такой информацией. А еще было бы интересно читать о бизнесменах-мошенниках. Я считаю что, деловая пресса не в достаточном объеме предоставляет такую информацию, хотя первые шаги уже видны: «Деловой Квартал» дает сводку о делах Арбитражного суда.

Согласно результатам социологического опроса, проведенного недавно на портале tatcenter.ru, лишь 5\% респондентов отметили, что «СМИ дают информацию в полном объеме». Большая часть проголосовавших (34\%) выбрали ответ «необходимую информацию можно найти только в специализированных изданиях и на сайтах ведомств», еще 28\% считают, что «в СМИ нет ничего, кроме рекламы». 19\% отмечают, что «информация есть, но порой ее сложно найти» и 14\% – что «в СМИ практически ничего нет о работе организаций, деятельность которых направлена на малый и средний бизнес».

Мнения
18 Ноября 2026, 01:06

«Тихие сокращения»: бизнес пересматривает кадровые стратегии

Почти 40% компаний планируют не заменять уходящих работников в 2027 году. Эксперты объясняют, почему сокращение штата не всегда приносит экономию и чем такая политика грозит действующим сотрудникам.

Сокращения в цифрах: что ждет рынок труда

Российские компании начали сокращать численность персонала еще в конце 2025 года. По данным Росстата, в IV квартале число работников, уволенных по сокращению штата, выросло на 59% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, до 32,6 тыс. человек. В I квартале 2026 года тенденция усилилась. Количество сокращенных достигло 38,9 тыс. человек, увеличившись на 78,4% в годовом выражении.

По данным hh.ru, в марте индекс конкуренции достигал 11,4 резюме на одну вакансию. К августу показатель снизился до 8,7, однако по-прежнему соответствовал высокому уровню конкуренции за рабочие места. За год количество вакансий сократилось на 13%, тогда как число резюме увеличилось на 22%.

При этом ситуация различается по отраслям. В офисных профессиях работодатели получили возможность выбирать среди большего числа кандидатов, тогда как в производстве, медицине и ряде рабочих специальностей потребность в сотрудниках сохраняется.

Новый этап оптимизации может прийтись на 2027 год. Согласно октябрьскому исследованию «Актион Финансы», в котором участвовали 637 представителей российских компаний, 38,5% работодателей не планируют искать замену сотрудникам, увольняющимся по собственному желанию.

Еще 23,1% намерены ограничить найм, а 19,3% рассматривают прямое сокращение штата. Перераспределять обязанности между подразделениями собираются 33,3% опрошенных.

Сооснователь университета «Зерокодер», научный сотрудник Иннополиса Кирилл Пшинник объясняет такую тенденцию несоответствием навыков соискателей потребностям бизнеса. Несмотря на высокую конкуренцию за вакансии, компаниям по-прежнему не хватает специалистов, способных решать новые задачи.

При этом работодатели все меньше готовы тратить средства на выполнение типовых операций, которые можно автоматизировать. По мнению Пшинника, «тихие сокращения» позволяют не замещать устаревающие позиции, сохраняя ресурсы для найма сотрудников с востребованными компетенциями.

фото: Антон Черныш/TatCenter.ru

Сколько стоит сокращение штата

На первый взгляд сокращение работников позволяет работодателю ежемесячно экономить на зарплатах. Однако уменьшение штата сопровождается дополнительными расходами.

Оксана Мощенко, кандидат экономических наук, доцент кафедры аудита и корпоративной отчетности Финансового университета при Правительстве РФ, объясняет, что сокращение персонала далеко не всегда обеспечивает немедленную экономию.

Согласно статье 178 Трудового кодекса, при сокращении штата работодатель обязан выплатить сотруднику выходное пособие в размере среднего месячного заработка. Если человек не смог трудоустроиться, при соблюдении установленных условий предусмотрена выплата среднего заработка за второй месяц, а в исключительных случаях и за третий.

Кроме того, по общему правилу работника необходимо предупредить о сокращении не менее чем за два месяца. В течение этого периода он продолжает получать зарплату.

«Допустим, компания сокращает десять сотрудников со средним месячным заработком 80 тыс. рублей. Только выходные пособия обойдутся в 800 тыс. рублей. Дополнительно потребуются средства на компенсацию неиспользованных отпусков, возможные последующие выплаты и организацию перераспределения обязанностей», — поясняет Мощенко.

По оценке Кирилла Пшинника, к компенсациям добавляются расходы на юридическое сопровождение и риск судебных разбирательств. Компания также теряет знания и опыт, которыми обладали уволенные работники.

На этом фоне часть работодателей предпочитает сокращать численность за счет естественной текучести кадров. Такой подход позволяет избежать расходов на выходные пособия, предусмотренные при сокращении штата.

По оценке Никиты Малова, основателя и управляющего партнера аналитической компании ДОВОД, официальное сокращение при средней зарплате в Татарстане обходится работодателю примерно в 97−292 тыс. рублей на человека в виде выходных пособий. Поэтому бизнесу выгоднее не замещать сотрудников, которые увольняются по собственному желанию: в таком случае расходы на выходные пособия при сокращении штата не возникают.

Что будет с премиями и нагрузкой

Даже если работник избежал сокращения, финансовые последствия оптимизации могут затронуть и его. Компания продолжает нести расходы на увольнение коллег, одновременно стремясь уменьшить фонд оплаты труда.

Одним из возможных способов экономии становится пересмотр премий и социальных программ. Однако свобода работодателя в таких решениях ограничена законодательством.

Оксана Мощенко подчеркивает, что произвольно сокращать премии для покрытия расходов на увольнение нельзя. Статья 135 ТК РФ требует соблюдать установленную систему оплаты труда, а статья 134 регулирует повышение реального содержания заработной платы с учетом роста потребительских цен.

Это означает, что работодатель не может просто отменить уже положенную сотруднику выплату, объяснив решение необходимостью рассчитаться с уволенными коллегами. Возможность изменения премий зависит от условий трудового договора и действующей системы оплаты труда.

Но последствия оптимизации не ограничиваются деньгами. После сокращения коллег часть сотрудников сталкивается с дополнительными обязанностями, особенно если компания не меняет рабочие процессы, а просто распределяет задачи между оставшимися. Кирилл Пшинник предупреждает, что такая практика может спровоцировать новые увольнения уже по инициативе работников.

Предприниматель, эксперт по системному управлению Анастасия Кардакова также считает, что перераспределение обязанностей без пересмотра процессов и дополнительной оплаты может привести к потере сильных специалистов.

В результате экономия на одной должности способна обернуться снижением производительности и уходом других работников.

Фото: мэрия Казани

Кто рискует остаться без работы

Анастасия Кардакова отмечает, что бизнес постепенно переходит от крупных команд к небольшим коллективам, способным выполнять больший объем работы за счет современных технологий.

По ее словам, искусственный интеллект уже позволяет автоматизировать значительную часть офисной рутины. Поэтому в зоне риска оказываются прежде всего сотрудники, чьи задачи можно выполнять по четкому алгоритму.

Схожую тенденцию отмечает Никита Малов. По приведенным им данным hh.ru, количество вакансий в ИТ, финансах и маркетинге за год сократилось примерно на треть, а на одно рабочее место в отдельных категориях приходится от 15 до 32 резюме.

Кирилл Пшинник также считает офисные профессии наиболее уязвимыми к автоматизации. Исследование, проведенное в 2025 году совместно со специалистами СПбГУ, Иннополиса и МГУ, показало, что ИИ пока не способен полностью заменить ни одну из ста наиболее распространенных профессий. Однако у контент-менеджеров, маркетологов и PR-специалистов потенциально можно автоматизировать до 70−80% задач.

При этом автоматизация не обязательно приводит к увольнениям. Сам Пшинник приводит пример своей компании, где внедрение ИИ-агентов, по его оценке, позволило экономить свыше 3 млн рублей в месяц на найме, подрядчиках и сервисах. Высвободившееся время сотрудников направили на развитие продуктов, а не на увеличение нагрузки.

Анастасия Кардакова подчеркивает, что эффективность небольшой команды зависит не столько от численности сотрудников, сколько от правильной организации процессов. Простое перераспределение обязанностей без внедрения новых инструментов может привести к перегрузке персонала.

В то же время, по мнению Пшинника, востребованными останутся специалисты, способные внедрять ИИ и контролировать результаты автоматизации.

Говорить о неизбежности сокращений в отдельных профессиях пока преждевременно. Риски зависят от отрасли, квалификации сотрудника и кадровой политики конкретной компании. При этом планы работодателей на 2027 год показывают, что оптимизация расходов на персонал остается одним из направлений экономии бизнеса.

Анастасия Сорокина

Lorem ipsum dolor sit amet.