Новости
22 Декабря 2015, 07:00

Рустам Минниханов: «После любого кризиса должен быть подъем»

Обострение отношений России и Турции и наименование должности главы республики, последствия введения системы «Платон» и работа с обманутыми дольщиками… Президент РТ Рустам Минниханов подвел итоги года и рассказал, как будет жить Татарстан в 2016 году.

Президент Татарстана Рустам Минниханов на предновогодней встрече с журналистами подвел итоги уходящего года.

Глава республики традиционно озвучивал цифры и факты, подтверждающие стабильность и правильность экономического и политического курсов Татарстана. Он не избегал острых тем, к примеру, комментировал обострение отношений между Россией и Турцией, введение системы «Платон» и наименование в дальнейшем собственной должности. Критически и однозначно высказывался в отношении жуликов и воров, укравших деньги у дольщиков и водоемы у народа.

TatCenter.ru собрал ключевые заявления Рустама Минниханова, из которых видно, чего глава республики ждет от 2016 года и как планирует выстраивать работу, чтобы по максимуму сохранить лидерство Татарстана, как минимум, в масштабах страны.

Политика

«Нам есть, что сказать» и «можно было промолчать»

Прошедшие в сентябре выборы и свое переизбрание на пост президента Татарстана Рустам Минниханов назвал «огромным доверием» со стороны жителей республики. «Можно много и убедительно говорить», но «люди все видят» и делают выводы, сказал президент, добавив, что выборы, если бы их не было, надо было бы придумать, чтобы кандидаты имели возможность встречаться с людьми, слушать и слышать их.

Существующий в РТ потенциал, по мнению Минниханова, «работает на Татарстан», команде президента «есть что сказать», поскольку работа подкреплена делами. «Если бы не было системной работы, было бы очень сложно разговаривать с избирателями», пояснил президент.

Помогают в работе и «хорошие отношения» с федеральным центром, поддержка Москвы по ряду ключевых вопросов.

Что касается дальнейшего наименования должности главы республики (напомним, на последней пресс-конференции президент РФ Владимир Путин неоднозначно прокомментировал этот вопрос), то тут Рустам Минниханов заявил, что вопрос Путину татарстанские журналисты задавали «не по его просьбе». И вообще «можно было промолчать».

«Зачем второй раз задавать президенту страны этот вопрос? Президент страны сказал, а больше, чем президент страны я вам ничего сказать не могу. Вот как он сказал, так и воспринимайте.

Что касается меня, я — избранный президент. Федеральный законодатель такую возможность дал нашей республике, это большое доверие. Как дальше? Ну, так, как сказал президент. Он же не сказал: «как Минниханов решит», сказал: «как народ Татарстана решит». Давайте не будем эту тему до молекул расщеплять".

Экономика

«Каких либо упущений в нашей работе нет, мы сохранили лидерские позиции, есть основания говорить об этом и в дальнейшем»

По объемам промышленной продукции и инвестиций в основной капитал Татарстан превысил уровень прошлого года, все обязательства в социальной сфере выполнены, констатировал президент. По итогам года в республике инфляция ожидается на уровне 11\%, что несколько ниже, чем в среднем по РФ, среднемесячная зарплата — порядка 29,4 тыс. рублей.

Рост «нефтянки» к прошлому году составит, по ожиданиям президента, 1,6\%. В планах развития основной отрасли, названной президентом «точкой роста» республиканской экономики в 2016 году — увеличение объемов нефтедобычи до 34 млн тонн, проработка проектов по добыче сверхвязкой нефти, внедрение инноваций в области разработки месторождений с трудноизвлекаемыми запасами.

Готовятся к лучшим временам и автозаводы республики, и авиаотрасль, ведь «после любого кризиса должен быть подъем». «КАМАЗ» разрабатывает беспилотники, «Форд Соллерс» еще осенью запустил производство завода двигателей, а Казанский авиационный завод готовится начать ремонтировать стратегические бомбардировщики и строить самолеты Ту-160.

Лидерские позиции удержать в 2016 году смогут и сельхозпроизводители, уверен Рустам Минниханов. Валовая сельхозпродукция во всех категориях хозяйств за 2015 год ожидается на уровне 219 млрд рублей, а урожаи картофеля, зерна, свеклы, овощей и производство молока позволяют властям надеяться, что в 2016 году никаких продовольственных сбоев в республике не будет.

Бизнес

«Мы готовы дружить со всеми, кто намерен инвестировать в экономику Татарстана»

Рустам Минниханов четко дал понять, что республика будет приветствовать новые инвестиции, без привязки к узкому кругу стран-партнеров. Рассматриваются, в тои числе, арабские страны, страны Восточной Азии, Китай.

Основное развитие бизнес-проектов планируется в Камском промышленном кластере и ОЭЗ «Алабуга», резидентами которой числятся 48 компаний, 20 из которых ведут промышленно-производственную деятельность. Общий объем освоенных инвестиций составляет 95 млрд рублей, создано 5,3 тыс. рабочих мест. По итогам текущего года объем произведенной продукции ожидается на сумму 35 млрд рублей и он должен расти, так как в следующем году в ОЭЗ планируется привлечение еще шести резидентов.

Не секрет, что львиная доля бизнес-партнеров в «Алабуге» — из Турции. Конфликт между странами, возникший после инцидента со сбитым Су-24, и сложившуюся ситуацию Минниханов назвал «непростой и болезненной», а также признался, что она «очень чувствительная для Татарстана». Контакты с существующими партнерами республика постарается сохранить, действуя в рамках российского законодательства. Однако Минниханов и в дальнейшем ожидают «больших турецких инвестиций» — бизнес есть бизнес.

В свою очередь, в Иннополисе «надо активнее работать с резидентами», уверен президент. Инфраструктура (университет, школа, садик, медцентр и пр.) есть и надо ей пользоваться, сказал Минниханов. С января 2016 года в Иннополисе начнет работу специализированный лицей для одаренных детей, где будут учиться школьники с 7 класса. Официальное открытие города-спутника, напомним, прошло минувшим летом, и в следующем году, по словам Минниханова, властям необходимо усиленно привлекать бизнес и жителей в город, чтобы достичь конечной цели — Иннополис должен стать ИТ-городом с населением порядка 155 тыс. человек.

Общество

«Жулик должен сидеть в тюрьме»

Татарстан сохранил все социальные программы, заявил Рустам Минниханов и подробно рассказал о капремонте школ и больниц, создании спортплощадок и новых мест в детских садах. К примеру, за пять лет только в создание высокотехнологичных медцентров в РТ вложено более 10 млрд рублей, а в сентябре 2016 года в Татарстане планируются ввод в эксплуатацию нового перинатального центра на 100 коек стоимостью 1,1 млрд рублей.

Контролировать лично Минниханову приходится ситуацию с обманутыми дольщиками. Позиция президента в этом вопросе в 2016 году не изменится — люди, укравшие деньги у дольщиков, — жулики. А воры должны сидеть в тюрьме, и имущество их должно быть конфисковано, напомнил президент. Чиновников Минниханов призвал повнимательнее раздавать разрешения на строительство, а спецслужбы — последить за тем, кто собирает деньги с народа. В отношении семей, оставшихся без жилья, президент заявил: «давайте решать этот вопрос» и добавил, что по ряду недостроенных объектов идет поиск других застройщиков, которые могли бы подключиться и достроить дома.

Работа в 2016 году будет проводиться и с теми, кто «присвоил» общественные водоемы и закрыл доступ татарстанцев к воде. Напомним, 2016 год объявлен в республике годом водоохранных зон, и на то, чтобы развить водные объекты и сделать их достоянием народа в бюджете РТ предусмотрен 1 млрд рублей. Результатом работы, по словам Минниханова, должны стать комфортные зоны отдыха и пространства для времяпрепровождения граждан. Вода и зоны вокруг нее должны быть доступными для всех и комфортными. Особенно это касается Казани, резюмировал президент.

Юлия Амочаева

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.