То, что сегодня происходит на банковском рынке одновременно является кризисом и рукотворной депрессией.

Кризис связан с отсутствием средств — это понятная болезнь банковской системы России. Последняя 25 лет отличалась жуткой дистрофией с точки зрения источников фондирования.

Вторая проблема — отсутствие денег у населения. Российская экономика вряд ли встанет с колен, потому что в ней фактически нет ресурсов населения. А россияне, которые ресурсами обладают, стараются их вывести куда-то, где обществом и юрисдикциями управляют менее харизматичные личности, нежели в России.

Кроме того, в нашей стране активы банковского сектора превышают активы пенсионного и страхового рынков. Таких «уникальных» стран в мире почти нет. Это ненормально.

При этом на обоих рынках происходят постоянные изменения, а по пенсионному и вовсе был нанесен существенный удар. Сама идея пенсионной реформы 2000-х годов — правильная. Но, как только система и логика начала работать, государство «заморозило» пенсионные накопления граждан. Когда они снова поверят в систему и поверят ли вообще?

Так или иначе, денег у российского банкинга не было, нет и, вероятно, не будет.

Единственный очевидный плюс, который достигнут за последние десятилетия, — в стране восстановлено доверие к депозитной системе.

Депозитная система в стране выстроена. Во многом, благодаря тому, что проведена калька с американских и европейских законов. Команда экс-главы АСВ Александра Турбанова сделала то, что в 90-х казалось невозможным. Система работает. Это безупречный механизм — люди получают вклады обанкротившегося или закрытого банка буквально через считанные дни.

Другое дело, что в условиях деградации российского банкинга, которую мы сегодня наблюдаем, система страхования вкладов стала работать на убыль. Понятно, что система будет поддержана государством. Но, с точки зрения реального положения дел, ей до банкротства осталось не то что два шага вперед, а скорее, два шага назад, если бы не были выделены новые стабилизационные кредиты.

Слава Богу, что доверие остается — сегодня люди получают деньги.

Важными моментами, которые помимо экономической ситуации отражаются на взаимоотношениях банков и клиентов сегодня, являются курс национальной валюты и схлопывание кредитного рынка.

Падение рубля меняет интересы, поведение и активность клиентов. Что касается кредитования, то нормативы резервирования сегодня такие, что они сдерживают кредитные аппетиты участников рынка.

Роль сыграла и ключевая ставка. Понять руководство ЦБ можно — кредитная болезнь населения приближалась к критической фазе. Однако кредитный рынок сегодня приморозили так, что для многих банкиров встал вопрос, а где бизнес вообще?

У российских банков, при этом, всегда был перекос в сторону кредитования. С момента, как в РФ начался кредитный бум, кредитование в бизнесе банков доходило до 90%. В Европе это соотношение составляет примерно 70−80%. Гораздо больше бизнеса на западе банки делают на расчетных, сервисных операциях.

Надо признать, что российские банкиры, несмотря ни на что, умеют выживать.

Сегодня мы наблюдаем такую картину: после зимнего периода депрессии, опускания рук и непонимания, куда двигаться дальше, в банковской системе РФ активно проходят процессы слияний и поглощений. Возможно, это неплохо. Но в процессе слияний заложена и опасность того, что со временем в России исчезнет региональный банкинг.

В нашей стране были регионы традиционно сильные собственными банковскими системами.

Сегодня в ряде субъектов РФ местный банкинг уничтожен. Это чревато, поскольку местные банки вносят разнообразие в российскую экономику.

К примеру, в Самарской области, считайте, регионального банкинга больше нет. Новосибирск и Екатеринбург — практически также лишились региональных банков, резкое сокращение наблюдается на дальнем Востоке.

Татарстану, Нижнему Новгороду и Югу России пока удается сохранять собственную региональную банковскую систему.

Вопрос в том, как долго им удастся держаться…

Вице-президент

Ассоциации региональных банков Рос
сии

Ян Арт,

специально для TatCenter.ru*

*Мнение редакции может не совпадать с мнением автора

Фото: yanart.ru

Госдума приняла закон, который закрепляет порог годовой выручки в размере 20 млн рублей для малых предприятий на упрощенной системе налогообложения. При превышении этой суммы бизнес обязан переходить к уплате НДС. Документ прошел второе и третье чтения, передает «РИА Новости».

Ранее Налоговым кодексом предусматривалось поэтапное снижение порога: с 2026 года он уже был уменьшен с 60 до 20 млн рублей, с 2027 года планировалось снизить его до 15 млн, а с 2028 года — до 10 млн. Принятый закон отодвигает это снижение: порог в 20 млн сохраняется на 2027−2029 годы, снижение до 15 млн переносится на 2030 год, а до 10 млн — на 2031 год. По оценке минфина, выпадающие доходы федерального бюджета от принятия закона составят 51,1 млрд рублей в 2027 году и около 100 млрд рублей в год в 2028—2029 годах. Глава минфина Антон Силуанов отметил, что сохранение порога коснется более 360 тыс. предпринимателей, которые будут освобождены от уплаты НДС, что даст им время адаптироваться к новым условиям.

Читайте также: «Снято 1,6 трлн: куда ушли деньги и где искать доходность».