Новости
25 Января 2012, 15:12

В Казани предложили тестировать на употребление наркотиков в больницах скорой помощи

В Казани тестирование школьников и студентов на употребление наркотиков не дало существенных результатов. Среди 17 тыс. осмотренных в 2011 году, выявлено только 16 человек, принимавших психотропные вещества. В связи с этим на XI сессии Казгордумы депутаты предложили тестировать население в больницах скорой помощи. Такая мера может оказаться гораздо эффективнее, к тому же обойдется она дешевле.

казгордума Как отметил в рамках XI сессии ректор КГМУ Алексей Созинов, только в больнице скорой медпомощи № 1 за 2011 год 23,8% поступивших — граждане с криминальными травмами.

Алексей Созинов:

— Это такая особая категория жителей Казани, и в ней можно получить высокий процент выявления наркотиков. Мы договорились с республиканским наркологическим диспансером о том, чтобы у них обучать специалистов, которые будут проводить тестирование.

Цена вопроса тестирования в больницах скорой помощи — 350−400 тыс. рублей. Мэр Казани Ильсур Метшин обещал обсудить предложение депутата.

Между тем, на сессии стало известно, что 82% из общего числа наркобольных Казани составляют неработающие граждане. Чаще всего на учете в наркодиспансере состоят люди в возрасте от 30 до 49 лет, об этом на сессии сообщила заместитель руководителя исполнительного комитета Казани по социальным вопросам Лейла Фазлеева.

По словам Алексея Созинова, не надо строить иллюзий о том, что молодых людей, употребляющих наркотики, стало меньше. Наблюдается снижение возраста стоящих на учете граждан вследствие изменения ассортимента наркотических средств. Так, среди изъятых в 2011 году психотропных препаратов, 55% занимают новые синтетические вещества. Увеличение их объема требует внесения коррективов в меры по профилактике наркотизации населения в 2012 году.

Лейла Фазлеева:

казгордума — Стоит отметить и то, что денег на программу профилактики наркотизации населения Казани в 2009 и 2010 годах не поступало. В 2011 году на реализацию программы было выделено более 2,9 млн. рублей. Большую часть средств получили комитет по делам детей и молодежи Казани, управления образования и здравоохранения. Предпринятые управлениями исполкома города шаги были направлены в сторону первичной профилактики. По мнению специалистов, ее эффективность составляет 60−70%, тогда как вторичная профилактика действует только в 30−40% случаев.

Одной из форм профилактики наркотизации населения является тестирование школьников, студентов, призывников на употребление наркотических веществ. В апреле 2011 года тестирование проводили внезапно. Однако, из 17 тыс. осмотренных граждан было выявлено лишь 16 человек, употреблявших наркотики. Результаты осмотра студентов не совпадают с имеющимися данными по количеству наркоманов среди молодежи у правоохранительных органов и оценками экспертов. В связи с этим ректоров вузов города обязали обеспечить прозрачность тестирования.

Алексей Созинов напомнил о том, что процедуру тестирования обвиняют в нарушении прав человека и неоправданной трате бюджетных денег. Судя по результатам тестирования молодых людей в Казани с такими утверждениями сложно не согласиться. «Однако если говорить не только об экономических аспектах процедуры, но и о житейских, то по опыту общения со студентами сам факт проверки сдерживает людей от употребления наркотиков. Для таких мероприятий это важно», — отметил Алексей Созинов. Также хороший эффект может получиться при внезапном проведении тестирования или применения его во внеурочное время, в общежитиях.

В 2011 году полиция Казани выявила свыше 800 преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков

В 2011 году особое внимание в Казани было уделено проекту «Клубная жизнь без наркотиков». В нем приняли участие 14 клубов. В ноябре-декабре в городе провели рейды с представителями антинаркотической комиссии, Роспотребнадзора, наркодиспансера, УВД Казани. По результатам проверки клуб «Люксор» был признан «Клубом без наркотиков». По словам начальника полиции Управления МВД России по Казани Артема Кузнецова, во всех городах-миллионниках сохраняется тенденция снижения совершения преступлений из-за наркотиков. Казань не исключение.

В прошлом году сотрудниками полиции выявлено свыше 800 преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, из них более 400 преступлений были направлены в суд. Раскрыто 128 преступлений по фактам незаконного сбыта наркотиков, также было совершенно 21 групповое преступление. Одной из мер профилактики наркотизации населения Казани являются и административные протоколы. В 2011 году было составлено 760 таких документов.

Артем Кузнецов:

— Особое внимание было уделено выявлению и пресечению деятельности наркопритонов. В 2011 году в Казани прикрыли 22 подобных заведения, а их владельцев привлекли к уголовной ответственности. По их показания поставлены на учет еще 54 квартиры, хозяева которых предоставляют помещение для употребления наркотиков посторонним людям. Всего с помощью жителей Казани раскрыто 35 преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков.

Положительную роль в профилактике наркотизации сыграл введенный в Татарстане в ноябре 2011 года запрет на безрецептурную продажу в аптеках кодеиносодержащих препаратов. По словам Алексея Созинова, депутаты Казгордумы провели эксперимент, во время которого пытались купить в аптеках Казани препараты с кодеином, но у них ничего не получилось. Казалось бы, дезоморфинная наркомания получила хороший нормативный удар, однако через 2−3 месяца в обороте появились новые психотропные вещества.

К тому же сейчас стали снова появляться наркопритоны дезоморфинщиков. Теперь составные части для изготовления препарата они приобретают в соседних с РТ регионах, в основном в Волжске. В Татарстане же распространяется тенденция появления новых синтетических наркотиков под видом курительных смесей или товаров бытовой химии.

Фото и видео с официального сайта мэра Казани

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.