Новости
12 Марта 2015, 16:45

«Люди отучены от денег»…

В кризис аферисты процветают, а невежество большинства граждан, зачастую, приводит последних к краху. Только в прошлом году на некачественные финансовые продукты и услуги татарстанцы жаловались 864 раза. О том, почему потребители не торопятся стать финансово просвещенными и можно ли переломить тенденцию и победить глупость, жадность и желание во что бы то ни стало обогатиться — материал портала TatCenter.ru.

В России под эгидой ЦБ РФ должен появиться специализированный ресурс, целью которого является повышение финансовой грамотности населения. Его создание запланировано проектом стратегической программы действий Банка России в области финансового просвещения потребителей.

Об этом шла речь на прошедшем в марте II Всероссийском конгрессе «Финансовое просвещение граждан», и, как сообщает пресс-служба регулятора, были одобрены ключевые показатели эффективности и единые для всей страны тематические стандарты по финансовой грамотности.

Пока программа не будет реализована, в том числе в российских регионах, эксперты вынуждены констатировать: россияне в большинстве своем финансово невежественны.

«Люди за долгие десятилетия вообще отучены от денег, от их управления. Жили по принципу: «Получил зарплату — потратил», — поясняет главный редактор агентства Bankir.ru, вице-президент Ассоциации региональных банков России, эксперт TatCenter.ru по финансовому рынку Ян Арт, по мнению которого российские потребители пока не чувствуют жизненной потребности стать финансово грамотными.

Между тем, отсутствие элементарных базовых знаний в области экономики и финансов зачастую приводит к печальным последствиям — люди умеют лишь тратить деньги, а не сберегать и тем более инвестировать, часто гонятся за сверхприбылью и попадаются на уловки мошенников.

К слову, в 2014 году в Татарстане на некачественные финансовые продукты и услуги потребители жаловались 864 раза. Об этом порталу TatCenter.ru рассказала руководитель Роспотребнадзора по РТ Марина Патяшина. Из общего числа обращений 530 жалоб касались навязывания банками услуг страхования, 221 жалоба поступила на страховые компании, еще 78 обращений — на оказание услуг микрофинансовыми организациями.

«По результатам рассмотрения обращений потребителей на организации, оказывающие банковские услуги, в прошлом году составлено 204 протокола об административном правонарушении на сумму 1,5 млн рублей», — добавила она.

Часто потребители хотят «обыграть» государство, к примеру, не платить по кредитам. Однако обращаться к так называемым кредитным брокерам, объявлениями об услугах которых пестрит интернет, эксперты не рекомендуют.

Ян Арт подобных «агентов» и «брокеров» называет обычными мошенниками. «Их бизнес будет процветать, пока будут процветать жадность и глупость, и в стране будут находиться люди, готовые быть подлецами и ворами». А директор департамента розничного бизнеса ОАО «АК БАРС» БАНК" Владимир Орбов подчеркивает, что предлагаемая схема является развитием распространённых схем мошенничества, в которых заемщикам, испытывающим сложности с обслуживанием кредитов, предлагаются услуги по погашению кредитов за определенное вознаграждение.

«В результате деятельности подобных организаций клиент вводится в заблуждение относительно фактического наличия у него долговых обязательств, о которых он узнает лишь от своего кредитора при наступлении сроков очередных платежей в рамках реструктуризации», — поясняет банкир.

С осторожностью эксперты рекомендуют подходить и к выбору кредитного брокера.

«К сожалению, данный рынок совершенно не регулируется государством. Я бы не рекомендовал обращаться в кредитным посредникам в любом случае. Если доход позволяет качественно возвращать кредит в будущем и вы до этого качественно обслуживали ранее взятые на себя обязательства, советую напрямую идти в банк», — говорит управляющий филиалом ПАО «БИНБАНК» в Казани Марсель Зиляев.

Тем более что сотрудники банков обязаны полноценно проконсультировать клиента по всем предлагаемым продуктам и услугам.

«Консультацией клиентов занимаются кредитные специалисты/консультанты, в разных банках наименование должности может отличаться. Те сотрудники, которые дают клиенту на подписание кредитный договор/кредитно-обеспечительную документацию или договор банковского вклада обязаны разъяснить все существенные условия подписываемого документа и дать ответы на возникшие вопросы.

В случаях, когда сотрудник не может ответить на интересующий клиента вопрос, он обязан позвать ответственного специалиста (выше по должности и большим опытом работы в банке), чтобы предоставить ответы на все вопросы потребителя", — поясняет председатель правления АКБ «БТА-Казань» (ОАО) Айрат Камалов.

С рядом документов по продуктам и услугам финансовых организаций можно ознакомиться и дома.

По словам директора департамента розничного бизнеса ОАО «АИКБ «Татфондбанк» Марата Муллагалиева, законом «О потребительском кредите» предусмотрена обязанность банка предоставить потенциальному заемщику кредитный договор, содержащий общие и индивидуальные условия по кредиту, с которыми можно ознакомиться в течение 5 рабочих дней.

«Сфера банковских услуг одна из наиболее жестко регулируемых законодательством, а исполнение требований законодательства контролируется надзорными органами. Если перефразировать известное выражение «предупрежден — значит вооружен», можно сказать «проинформирован — значит защищен». Это означает, что нужно четко понимать, какие услуги вам необходимы, внимательно ознакомиться с тарифами, задавать вопросы специалистам, и как бы банально это не звучало, читать то, что вы подписываете.

В случае, если вы считаете, что ваши права были нарушены, можно обратиться за разъяснениями в саму организацию, услугой которой вы воспользовались. Если ответа не последовало, либо он вас не устроил, можно обратиться в надзорный орган. Для банков — это Центральный Банк РФ. Также можно обратиться в суд", — говорит Муллагалиев.

Многие эксперты уверены, финансовая грамотность должна прививаться с рождения. Специализированные программы и факультативы по управлению личными финансами, инвестициям, формированию будущей пенсии должны быть и в школах и в вузах. «Для каждого возраста, конечно, нужен свой подход. Но ключевая задача, чтобы ребенок, а затем и подросток, нес ответственность за финансовые решения», — говорит Марсель Зиляев.

Уже позже, своеобразный ликбез финансовой грамотности могут пройти и предприниматели. К слову, сегодня в республике образовательные мероприятия для делового сообщества реализуются Центром поддержки предпринимательства и Центром поддержки экспортно-ориентированных предприятий.

«Анонс образовательных мероприятий публикуется в новостной ленте сайта минэкономики РТ, а также в разделе „Развитие и поддержка малого и среднего предпринимательства“. По любым вопросам, связанным с развитием малого и среднего бизнеса, за консультацией можно обращаться в Центр поддержки предпринимательства и его представительства в районах», — поясняет замминистра экономики РТ, начальник департамента поддержки предпринимательства Рустем Сибгатуллин.

Повышать уровень финансовой грамотности необходимо постоянно, в том числе, и людям зрелого возраста. Ведь именно пенсионеры, являясь самым незащищенным и неграмотным в финансовом плане слоем общества, чаще всего становятся жертвами аферистов и финансовых мошенников.

Переломить тенденцию призван созданный в 2007 году в Казани «Университет третьего возраста».

«Его основная задача — социальная адаптация людей пенсионного возраста, повышение их активности в сферах общественной и социально-экономической жизни, — отмечает управляющий ОПФР по РТ Марсель Имамов. — Лекции, зачеты, семинары — все как в любом другом университете, педагогический коллектив — преподаватели КФУ».

По словам Имамова, сегодня в рамках «Университета третьего возраста» реализуются 18 образовательных программ. Финансовой грамотности пенсионеров обучают в рамках курса «Личное финансовое планирование» факультета «Экономика и право».

В завершение добавим, что финансовая грамотность, осторожность и взвешенный подход к решениям, по мнению экспертов, являются ключевыми аргументами в победе потребителей над жадностью и глупостью.

«Причина, по которой люди становятся финансовыми жертвами, порой, кроется в безграничной глупости, жадности и желании объегорить законы жизни, законы экономики. Тут уж ничего не поделаешь, пока каждый жадный дурак хотя бы по разу не обожжется», — резюмирует Ян Арт.

Юлия Амочаева

По материалам онлайн-конференции

«Финансовая грамотность: победа над жадностью и глупостью»

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.