Новости
22 Сентября 2014, 11:45

Фарид Мухаметшин: «Выходите из оппозиции!»

Первое заседание новоизбранного парламента Татарстана пройдет 1 октября. Об этом стало известно сегодня в ходе совещания президиума Госсовета РТ. О довольных и не очень итогами выборов, слабеющем голосе оппозиции и о том, как коммунист Хафиз Миргалимов получил предложение из нее выйти — репортаж портала TatCenter.ru.

В Казани прошло 61-е, последнее в текущем составе, заседание президиума Госсовета РТ под председательством спикера Фарида Мухаметшина. Началось оно ожидаемо — с подведения итогов выборов.

За пять лет депутатами, по словам Мухаметшина, проделана колоссальная работа. Подтверждение тому — абсолютный перевес партии власти, которую 14 сентября поддержало большинство татарстанцев.

«Все ветви и уровни власти получили высокую оценку избирателей. Самое главное, что мы не допустили противостояния между ветвями власти. Это дорогого стоит. Не занимались популизмом, а каждодневно занимались законотворческой деятельностью и решением проблем жителей и республики», — дал оценку работе Госсовета РТ четвертого созыва и прошедшим выборам спикер.

С новыми вызовами, которые встают перед новоизбранным парламентом, работать, по мнению Мухаметшина, предстоит «аккуратно и со знанием дела».

«Необходимо не спеша принимать взвешенные решения для того, чтобы минимизировать последствия в экономике и социальной сфере», — подчеркнул Мухаметшин.

По теме с кратким докладом выступил и глава ЦИК РТ Экзам Губайдуллин.

Ожидаемо рассказав о «выдающейся» явке татарстанцев на избирательные участки, о лидерах предвыборной гонки и новом составе парламента, Губайдуллин неожиданно столкнулся с вопросами членов президиума.

Задавать их по традиции, так как других замечаний к итогам избирательной кампании в Татарстане ни у кого не возникло, пришлось коммунисту Хафизу Миргалимову.

Поддержав мнение «федерального» лидера Геннадия Зюганова, татарстанский коммунист также ожидаемо подверг сомнению итоги досрочного голосования в республике и вообще целесообразность такой процедуры. По ощущениям партии, никак, кстати, не подтвержденным, в РТ в ТИКах проголосовало больше досрочников, чем в УИКах.

«Ведь в район надо ехать, за проезд надо платить… У нас складывается мнение, что результатами досрочного голосования сделано основное голосование», — открыл серию вопросов Хафиз Миргалимов.

Губайдуллин доводы коммуниста разрушил собственной статистикой, впрочем, также не подтвержденной документально.

«Вы сказали в ТИКах проголосовали больше, чем в УИКах? У нас по данным, точный процент не скажу, конечно, но в УИКах больше проголосовало, чем в ТИКах. В ТИКах проголосовали в пределах 3−4\%», — парировал глава Центризбиркома.

Задав еще несколько вопросов из разряда риторических, например, о часто меняющемся избирательном законодательстве, и не оставшись удовлетворенным ответами, Хафиз Миргалимов попросил у Фарида Мухаметшина право выступить перед членами президиума. Спикер в речи с трибуны коммунисту отказал и… выступил сам.

«Итоги выборов подведены. Тот вопрос, который вы поднимаете (изменение избирательного законодательства, — ред.), мы уже обсуждали на заседании Госсовета РТ — сделали обращение, если вы помните. Если будут какие-то предложения, вы у нас фракция, депутаты Госсовета, давайте предложения в новом созыве — будем вместе с Госдумой работать над этим.

Сейчас можно говорить что-то обиженно, догадываться или домысливать. Но при 84\% победы одной партии и при 5−6\% другой — говорить о серьезных нарушениях на выборах нет места", — отрезал Мухаметшин.

Миргалимов не сдавался. Предъявив президиуму одну из республиканских газет с интервью спикера, коммунист призвал партию власти прислушиваться к мнению оппозиции и не считать, что ее нет вовсе.

«Есть оппозиция, — поспешил успокоить Миргалимова Фарид Мухаметшин и рекомендовал коммунистам поискать внутренние резервы в партии. — Мы искренне сожалеем, что коммунистов стало в два раза меньше в новом парламенте. Будем вдвойне прислушиваться к вашему мнению».

Далее в зале между спикером и лидером КПРФ в Татарстане состоялся занимательный диалог:

— «Я когда-нибудь может увижу, что „Единая Россия“ будет работать в оппозиции…», — начал было Хафиз Миргалимов.

— «Что делать?» — удивился внезапному вопросу спикер.

— «Увижу когда-нибудь, что „Единая Россия“ будет работать в оппозиции…», — чуть тише повторил коммунист.

«Оставьте это следующему поколению. Закончим на этом тему, — не оставил повода для дискуссии Фарид Мухаметшин, а на дальнейшие заявления Миргалимова о трудностях в работе партии бескомпромиссно заявил. — Выходите из оппозиции…»

Зал оживился. Патриотичные единороссы стали выкрикивать, что в таком случае на следующих выборах партия власти возьмет все 100\% голосов избирателей.

«На следующих выборах „Единая Россия“ возьмет 103\%, как в Черемшанском районе», — перешел на крик Миргалимов, дабы донести свою мысль до возбужденных членов президиума.

«Ненужные дискуссии» вновь оборвал Фарид Мухаметшин…

Президиум перешел к рассмотрению дальнейших вопросов.

Так, было решено, что первое заседание Госсовета РТ пятого созыва пройдет 1 октября. Кроме того, в октябре состоятся еще два заседания депутатов — в ходе первого (ориентировочно 9 сентября), они заслушают обращение президента РТ Рустама Минниханова, а в ходе второго, в конце октября, — бюджетное послание.

«Впереди — большая ответственная работа, — резюмировал Мухаметшин. — В этих условиях парламент должен аккумулировать прежние навыки и, не теряя ни минуты, включиться в жизнь республики и страны».

Юлия Амочаева

Фото: gossov.tatarstan.ru

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.