Новости
04 Июля 2014, 16:00

Детская площадка в обмен на мусор

Ежегодно на свалки Казани вывозится до 4 млн кубометров мусора, справиться с которым местные полигоны уже не в состоянии. Предотвратить экологическую катастрофу могут не только новые площадки и завод по сжиганию отходов, но и жители города. Последних чиновники снова решили приучить сортировать мусор и готовы подарить лучшим домам-«сортировщикам» детскую площадку.

Казань намерена уменьшить объемы мусора, подлежащего захоронению, и сократить количество городских свалок — в столице республики дан старт проекту по селективному сбору отходов «Цвет имеет значение».

Организаторы верят: проект поможет приучить жителей города разделять отходы, что, в свою очередь, положительно отразится на экологии, пожарной безопасности и будущем развитии столицы Татарстана.

«Ежегодно на мусорные полигоны из Казани вывозится примерно 3,5−4 млн кубометров отходов, — рассказал председатель комитета жилищно-коммунального хозяйства казанского исполкома Искандер Гиниятуллин. — Городу их сортировка поможет уменьшить объемы мусора, подлежащего захоронению, и сократить количество свалок».

По словам чиновника, известная казанцам Самосыровская свалка уже исчерпала свои ресурсы, и сегодня она находится в стадии рекультивации. Власти надеются на федеральное финансирование, однако для ожидания времени нет. Уже сегодня в столице республики проводятся расширение и модернизация полигона по ул. Химическая. Кроме того, стартовало строительство нового полигона «Восточный» (Мамадышский тракт), который, по словам Искандера Гиниятуллина, позволит решить вопрос захоронения отходов в существующих объемах на срок до 15 лет.

«Если же мы внедрим процесс селективного сбора и утилизации мусора, то, соответственно, срок полезной эксплуатации этого полигона будет увеличен», — добавил чиновник.

Самосыровская свалка исчерпала все ресурсы

В рамках проекта «Цвет имеет значение», который продлится в Казани до 29 августа, в 20 дворах города установлено 60 контейнеров — по три в каждом: синий, оранжевый и зеленый, соответственно, для бумаги, пластика и стекла. Жителям двора, отсортировавшего максимальное количество отходов по весу, организаторы проекта гарантируют строительство новой детской площадки, возвести которую обещает ТЦ «МЕГА». Кроме того, мэрия займется благоустройством территории двора-победителя.

О подробностях проекта «Цвет имеет значение» на прошедшей в «Татмедиа» пресс-конференции рассказала управляющий ТЦ «МЕГА» Казань Лиана Сиразетдинова.

Напомним, что «Цвет имеет значение» — далеко не первая попытка приучить казанцев к сортировке отходов.

Так, в «МЕГЕ», которую ежемесячно посещает такое количество людей, сколько живет во всей Казани, изначально установлены разноцветные контейнеры для селективного сбора мусора. Попытку делала и мэрия — в прошлом году перед Универсиадой на улицах города также были установлены разноцветные контейнеры для сортировки отходов. Однако, как признался Искандер Гиниятуллин, ожидаемого эффекта от них город не получил. По большому счету, проект провалился, и виной всему, как полагает чиновник, стала непродуманная локация контейнеров — устанавливать их надо было не хаотично на улицах, а во дворах жилых домов.

Селективные контейнеры Универсиады в Казани не прижились

При этом Искандер Гиниатуллин заверил, что «сортировочные старания» казанцев не пропадут даром, и разделенные жителями отходы не перемешаются в кузове мусоровоза.

«Новые контейнеры предполагают сбор по каждому типу мусора с применением другой техники — во дворы будет приезжать не привычный оранжевый КАМАЗ, а манипулятор с краном, который будет ставить емкости на спецплатформу, и затем вывозить мусор. Уже закуплено необходимое количество таких контейнеров для каждого вида отходов. В школах и детских садах также уже установлено 258 емкостей для раздельного сбора, мусор из которых будет вывозиться и утилизироваться по отдельности. Сейчас оценивается экономическая составляющая этого проекта, он затратный и пока не приносит какого-либо дохода».

Есть у идеи селективного сбора отходов и еще одна, бесспорно, положительная составляющая — отсортированный мусор планируется перерабатывать и пускать в производство. Проектом предполагается еженедельный вывоз отходов на мусоросортировочную станцию. После досортировки они будут отправляться на предприятия Казани, Челнов, Волжска, Чебоксар, Алатыря, Гусь-Хрустального и Вятских Полян для переработки.

«Львиная часть отходов будет перерабатываться на территории Татарстана», — заверил Искандер Гиниятуллин и добавил, что и городские, и республиканские чиновники обеспокоены процессом утилизации и переработки — республика уже задумалась о строительстве мусоросжигающего завода.

В завершение добавим, что официальный старт проекту «Цвет имеет значение» будет дан в субботу, 5 июля. На специально созданном у ТЦ «МЕГА» «Зеленом бульваре» состоится музыкальный Open air для казанцев. Праздничные мероприятия в рамках проекта будут проходить каждый четверг. Участники смогут обменивать фишки на призы — эко-товары партнеров акции. Образовательная же часть проекта включает в себя показ кинофильмов, мастер-классы, семинары, лекции по экологии и конкурсы, которые будут проходить там же — на «Зеленом бульваре».

Список дворов-участников проекта «Цвет имеет значение»

Юлия Амочаева

Экспертный круг
18 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: Парадокс импортозамещения — тратим меньше, а цены растут. Кто в выигрыше?

Статистика неумолима: спрос на российское ПО падает, а цены растут на 10−20%. Импортозамещение превратилось из драйвера развития в «рынок продавца», где качество хромает, а малый бизнес задыхается от непосильных затрат.

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП России, анализирует реальное положение дел с импортозамещением в IT-отрасли и предлагает конкретный план из четырех шагов для исправления ситуации.

Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно представитель одного из крупных российских банков озвучил тезис, который многие могли бы воспринять как безусловный успех: «В этом году тратим на импортозамещение меньше, а в будущем будем тратить еще меньше». Звучит как победа, но в отрасли далеко не все радуются такому развитию событий…

Красивый тезис, обманчивая реальность

Тезис красивый, но обманчивый. Установить софт — это полдела. Дальше его нужно сопровождать, обновлять, защищать от хакеров. Это постоянные расходы, которые никуда не денутся. Так что «тратить меньше» — иллюзия. Скорее всего, трудности только начинаются.

Эти трудности уже находят подтверждение в сухой статистике. По данным «Руссофт» (весна 2026 года), темпы роста продаж российского ПО упали с 24% до 5−10% в 2026 году.

Спрос падает, а цены растут. Звучит странно, но объясняется просто: крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес. Многие продукты так и остались «сырыми» — нет привычных приложений, плохая совместимость. А лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Качество хромает, а выбора у заказчика нет — бери что дают. Получается формальная победа при реальном спаде.

Проблема «железа»: аппаратные модули шифрования

Проблемы касаются не только программного обеспечения: в банковской сфере существует еще одна острая проблема с «железом» — аппаратными модулями шифрования (HSM).

HSM — это специальный «железный сейф», в котором хранятся ключи шифрования; HSM выполняет ключевые криптооперации. Без него не проходит ни одна оплата картой, ни один перевод по СБП. До недавнего времени почти все такие модули были импортными — Thales, Utimaco. Заменить их на российские — задача куда сложнее, чем поменять программу. Это перестройка всей платежной инфраструктуры, переаттестация, переписывание софта.

Определенный успех уже есть: НСПК совместно с Банком России успешно завершила замену HSM-модулей в собственной критической инфраструктуре уже в феврале 2025 года. Однако в масштабах всей банковской системы проблема сохраняется: импортные HSM по-прежнему используются. Пока это так, наша платежная система остается уязвимой — сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Распыление ресурсов вместо концентрации

Кстати, об операционных системах: сегодня в государственном реестре их числится больше 70, и это скорее распыление ресурсов, чем здоровая конкуренция.

Большинство этих ОС делают небольшие компании с ограниченными ресурсами, их жизнеспособность под вопросом. Вместо того чтобы поддерживать 2−3 сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. А разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты. Платит в итоге потребитель. Такое распыление сил напрямую бьет по выполнению государственных задач.

КИИ: жесткие сроки без готовности

С критической информационной инфраструктурой (КИИ) тоже все непросто. К 1 января 2025 года, по данным Минцифры, из 25 крупнейших госкомпаний, подпадающих под требования по КИИ, перешли на отечественное ПО только 11. Рынок оказался не готов — ни по продуктам, ни по кадрам. Регулятор перенес дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация. Только нервы потрепали.

фото: TatCenter.ru

Четыре шага к реальному импортозамещению

Что необходимо, чтобы поправить ситуацию? Нужна внятная промышленная политика: не слепая вера в рынок и не административные репрессии.

Нужны четыре шага.

Первое — это «умная» специализация. У нас в РФ 140 миллионов человек, создать полный аналог Microsoft нереально. Но можно выстрелить в двух-трех критических нишах: например, это системы управления для энергетики, промышленные базы данных. Минцифре следовало бы составить перечень из 10−15 таких классов и обеспечить целевую поддержку.

Второе — это создание консорциумов вендоров и заказчиков. Пусть государство организует консорциумы из 3−5 компаний на каждое направление, выдаст долгосрочный безвозвратный (!) грант с софинансированием 30−50% со стороны крупных заказчиков. Так уже сделали в Южной Корее. Заказчики получают право голоса в техническом задании, что сразу ориентирует вендоров на реальные потребности бизнеса.

Третье — не надо резких движений с запретами. До 2028 года разрешить для некритичных систем зарубежное ПО при условии аудита безопасности. А с 2030 года — уже полный переход для КИИ.

И четвертое — необходим жесткий ценовой контроль. Для ПО из реестра, которое покупают госкомпании и банки, цена не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%. Или внятное обоснование цены вендором (если аналога нет): себестоимость плюс R&D, плюс разумная маржа. Нарушителей наказывать — например, на два квартала лишать права продавать регуляторным заказчикам. Это остановит нынешнюю «диктатуру» продавца.

Рынок продавца и перспективы

Высокая ставка ЦБ, бюджеты сжаты, а российское ПО еще и дорожает: эксперты прогнозируют рост цен на 15−35% в год. Сложился «рынок продавца» с несколькими одобренными вендорами. Цены диктуют они, а не заказчик. Плюс проблема с HSM, о которой мы говорили. Особенно тяжело для малых банков — импортозамещение становится для них не драйвером развития, а тормозом.

Остается надеяться, что наши платежи защитят быстрее, чем успеют отчитаться об очередной «победе, которую никто не заметит». И правильнее здесь определить внятную стратегию импортозамещения, обеспечив реальный контроль качества.

Lorem ipsum dolor sit amet.