Новости
16 Февраля 2009, 14:51

МегаФон доволен результатами

В минувшем году МегаФон-Поволжье старался оптимизировать затраты клиентов на свои услуги. В 2009 году компания займется вплотную запуском сетей третьего поколения 3G в ряде городов Поволжья.

Об этом сообщил журналистам директор отделения по Республике Татарстан ОАО «МегаФон» Игорь Азуров. Что может быть важнее для бизнеса, чем клиенты? Их количество всегда говорит о доверии и надежности, их прирост — о конкурентоспособности компании. Поэтому главным своим достижением ушедшего года МегаФон считает десятимиллионный показатель. Только за 2008 год ряды «поклонников» качественной связи МегаФона пополнились на 2,5 млн. человек, что составило половину от всего объема новых подключений в Поволжье.

Только в Татарстане к концу года услугами компании пользовались 1,1 млн. человек. Среди них 300 тыс. тех, кто примкнул недавно. Кстати, мало кто задумывается, сколько времени он проводит за телефонными переговорами, а вот операторам это известно. На продолжительность разговоров влияют несколько факторов: не только разговорчивость, платежеспособность, но и стоимость тарифов. Здесь надо отдать должное маркетинговой политике: предприняты весьма успешные попытки оптимизировать расходы на услуги связи. Программой «Бонус» и «оптовыми закупками услуг» пользуются уже треть абонентов.

Эффективность маркетинговой стратегии подтверждается ростом показателей потребления услуг. Так, в среднем татарстанский абонент в прошлом году ежемесячно разговаривал по сотовому телефону 280 минут, что почти на четверть оказалось дольше, чем в 2007 году. Да и количество отправленных SMS-сообщений увеличилось в 1,3 раза. GPRS-трафик превысил показатели 2007 года и вовсе в десять раз! Кстати, мобильный интернет является самым динамично развивающимся сегментом дополнительных услуг компании. Доля передачи данных в выручке от дополнительных услуг составляет 31%, а доля SMS — более 50%.

Высокий уровень предоставляемых услуг напрямую зависит и от технического прогресса. За год количество базовых станций в республике увеличилось на 25%. Ключевым проектом МегаФона в Татарстане является внедрение новых технологий и улучшение качества связи. За шесть лет общий объем инвестиций в развитие сети на территории Татарстана составил более 200 млн. долларов. Новаторский подход позволил компании построить одну из самых развитых сотовых сетей в регионе. На сегодняшний день общая протяженность ВОЛС (волоконно-оптическая сеть) составляет 7 тыс. км. Из них 1300 км проходят по территории Татарстана. Именно волоконно-оптические линии станут фундаментом для запуска сети нового поколения 3G.

Валерий Ермаков, директор ОАО «МСС-Поволжье»:

— В 2008 году МегаФон-Поволжье демонстрировал стабильный рост всех производственных и финансовых показателей. Мы подключили половину новых абонентов в макрорегионе, достигнув численности абонентской базы в 10 миллионов человек. Для нас это — самый главный результат. Высокие темпы развития мы намерены сохранить и в наступившем году. Наша цель амбициозна, но выполнима: укрепление ведущих позиций компании в Поволжье, как шаг на пути к лидерству МегаФона в России. Ключевым проектом Поволжского МегаФона стало строительство DATA-центра (Центра обработки данных, ЦОД) на территории Самарской области.

Среди основных задач на 2009 год — продолжение строительства собственных ВОЛС, DATA-центра, а также запуск сетей третьего поколения (3G) в ряде городов Поволжья. В первую очередь это города с высоким уровнем потребления услуг по передаче данных. Приоритетной эта задача станет и для Татарстана.

Экспертный круг
11 Июня 2026, 00:30

Тимур Аитов: импортозамещение в IT превратилось в «победу на бумаге»

Российское ПО дорожает, а банки не могут отказаться от импортного «железа». Жесткие дедлайны регулятора разбиваются о неготовность рынка. Почему формальные победы не радуют бизнес и чем опасна «диктатура продавца»?

В авторской колонке для TatCenter.ru Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ, объясняет, почему тезис о сокращении расходов на импортозамещение — опасная иллюзия, что такое HSM и почему без этих «железных сейфов» не обходится ни одна оплата картой.

Эксперт предлагает конкретный план из четырех шагов, способный остановить ценовой диктат и сделать импортозамещение реальным драйвером развития, а не тормозом для всей отрасли.

«Чтобы исправить ситуацию, необходима внятная промышленная политика, исключающая как слепую веру в рынок, так и административные репрессии», — Тимур Аитов, кандидат физико-математических наук, председатель комиссии по безопасности финансовых рынков Совета ТПП РФ (фото: asros.ru)

Недавно в отрасли прозвучал оптимистичный тезис о том, что крупные игроки тратят на импортозамещение все меньше и в будущем будут сокращать эти расходы еще сильнее. На первый взгляд, это звучит как победа. Однако на практике это красивая, но обманчивая иллюзия. Установка отечественного софта — это лишь полдела. Дальше его необходимо постоянно сопровождать, обновлять и защищать от кибератак. Эти постоянные расходы никуда не денутся, а значит, настоящие трудности только начинаются.

Ситуация на рынке парадоксальна: спрос падает, а цены растут. Темпы роста продаж российского ПО снизились до 5−10%, а лицензии в первом квартале 2026 года подорожали на 10−20%. Крупные компании формально выполнили требования регулятора, отчитались и потеряли интерес к доработке продуктов. Многие решения так и остались «сырыми» — с плохой совместимостью и отсутствием привычных приложений. Качество хромает, а выбора у заказчика нет, что приводит к формальной победе при реальном спаде.

Отдельная и гораздо более сложная проблема банковской сферы кроется не в софте, а в «железе» — аппаратных модулях шифрования (HSM). Это специальные «железные сейфы», в которых хранятся ключи шифрования и выполняются ключевые криптооперации. Без них не проходит ни одна оплата картой и ни один перевод по Системе быстрых платежей.

До недавнего времени почти все такие модули были импортными. Заменить их на российские аналоги — задача на порядок сложнее, чем просто поменять программу. Это требует перестройки всей платежной инфраструктуры, переаттестации и переписывания софта. Чисто физически этот процесс не получится завершить быстрее, чем за 3−4 года. Пока же отрасль вынуждена полагаться на импортные HSM, поставляемые через «серый» импорт, без обновлений и патчей, что делает нашу платежную систему уязвимой, сколько бы операционных систем мы ни меняли.

Усугубляет ситуацию и ложная конкуренция на рынке операционных систем. В государственном реестре их числится более 70. На деле это не конкуренция, а опасное распыление ресурсов. Большинство этих ОС разрабатывают небольшие компании с ограниченными возможностями, чья долгосрочная жизнеспособность под большим вопросом.

Вместо того чтобы поддерживать два-три сильных ядра, мы разбрасываем деньги и кадры. В итоге разработчики прикладных систем вынуждены поддерживать десятки различных ОС, что неизбежно удорожает конечные продукты, а платит за это в конечном счете потребитель.

Не менее показателен пример с критической информационной инфраструктурой (КИИ). К началу 2025 года из 25 крупнейших госкомпаний на отечественное ПО перешли только 11.

Рынок оказался не готов ни по продуктам, ни по кадрам, из-за чего регулятор был вынужден перенести дедлайн на 2030 год. Жесткие сроки без реальной готовности — это не стимул, а пустая декларация.

Чтобы исправить ситуацию, необходима внятная промышленная политика, исключающая как слепую веру в рынок, так и административные репрессии.

фото: TatCenter.ru

Во-первых, нужна специализация: создать полный аналог глобальных гигантов нереально, но можно выстрелить в двух-трех критических нишах, обеспечив им целевую поддержку.

Во-вторых, стоит создавать консорциумы из нескольких компаний на каждое направление с долгосрочным грантовым финансированием и софинансированием со стороны крупных заказчиков, что позволит ориентировать вендоров на реальные потребности бизнеса.

В-третьих, следует избегать резких запретов: до 2028 года разрешить использование зарубежного ПО для некритичных систем при условии аудита безопасности. И, наконец, в-четвертых, необходим жесткий ценовой контроль: цена ПО из реестра для госкомпаний и банков не должна превышать стоимость зарубежного аналога плюс 15%, а нарушителей следует наказывать, например, временным лишением права продавать регуляторным заказчикам.

Особенно тяжело в этих условиях малым банкам. Высокая ключевая ставка, сжатые бюджеты и прогнозируемый рост цен на российское ПО создают классический «рынок продавца», где цены диктуют немногочисленные одобренные вендоры. Пока не решена проблема с HSM и не выстроена внятная стратегия, импортозамещение становится для них не драйвером развития, а серьезным тормозом. Требовать реального контроля качества и продуманной политики необходимо уже сегодня, иначе отраслевые «победы» так и будут оставаться только на бумаге.

Lorem ipsum dolor sit amet.