Появились первые оценки влияния засухи и лесных пожаров июля-августа 2010 года на экономику РФ. Аналитики HSBC и «Уралсиба» оценивают возможное сокращение темпов роста экономики России из-за этих событий в 1\% ВВП. При прогнозном номинальном ВВП РФ в 2010 году в 44,8 трлн. рублей речь идет о суммах порядка 450 млрд. рублей, или около $ 15 млрд.
Официальные попытки оценить убытки, связанные с аномальной жарой и пожарами в РФ, появятся не раньше конца 2010 года, пишет «Коммерсант». В той части, которая напрямую относится к производству товаров и услуг, первые оценки ущерба, относящиеся к июлю, можно будет увидеть после появления данных Росстата о промпроизводстве июля 2010 года, которые будут опубликованы на следующей неделе. «Основной негативный эффект от засухи и пожаров придется на июль-август», — отмечает Александр Морозов из HSBC. С большой вероятностью уже в июле-августе промпроизводство будет падать (в июне сокращение с учетом сезонности составило 0,3\%), по итогам третьего квартала 2010 года может идти речь об официально признаваемой стагнации.
На сегодняшний день можно констатировать лишь сокращение официального прогноза урожая зерновых в 2010 году до 60−65 млн тонн. От временного запрета экспорта зерновых экономика до конца года потеряет порядка $ 3 млрд доходов и приобретет всплеск продовольственной инфляции, в том числе через подорожание продовольственного импорта, доля которого растет. Экономисты ING Russia подсчитали: при урожае пшеницы в 41 млн тонн и полном запрете ее экспорта из РФ среднегодовая цена тонны пшеницы на внутреннем рынке составит около $ 185 за тонну.
При таком сценарии потребительская инфляция в РФ по итогам 2010 года может вырасти до 9,5\%. Дмитрий Полевой из ING Russia отмечает: в случае если такой прогноз оправдается, восстановление внутреннего спроса и экономического роста под угрозой.
Александр Морозов из HSBC указывает: «50\% добавленной стоимости в сельском хозяйстве создается в третьем квартале». По его оценкам, благодаря проблемам в отрасли и снижению уровня экономической активности экономика РФ «может потерять порядка 4\% добавленной стоимости» за квартал и 1\% роста ВВП в 2010 году. «Доля сельского хозяйства в ВВП — порядка 4\%. Сокращение отрасли на треть означает сокращение ВВП на 1\%», — согласен с ним Владимир Тихомиров из «Уралсиба».
Большинство экономистов пока оценивают влияние экологической катастрофы на экономику более скромно. UBS «после анализа возможных последствий самой экстремальной за последние 30 лет жары в РФ» в опубликованном вчера прогнозе для РФ снизил оценку роста ВВП в 2010 году на 0,5\%. Прогноз инфляции в 2010 году UBS увеличен с 5,5\% до 6\%, в 2011 году — до 6,5\%. В «Уралсибе» пока прогноз не пересматривали, но господин Тихомиров «не исключает» 9\% инфляции «и даже больше» в 2010 году. Его оценка роста ВВП остается в пределах 5−5,5\%, но «с учетом последних событий рост может оказаться ниже».
Опрошенные изданием экономисты признают, что потери РФ в экономическом росте не характеризуют всех убытков. «Чтобы адекватно оценить издержки, связанные с жарой и пожарами, необходимы серьезные исследования», — подчеркивает Александр Морозов. Конкретное денежное выражение имеют и издержки, понесенные населением из-за ухудшения качества окружающей среды, — это как минимум выражается в растущем уровне смертности и заболеваемости. Выделив деньги на восстановление жилья, правительство вряд ли станет всерьез «инвестировать» в улучшение качества воздуха и воды, восстановление лесов, что с точки зрения традиционной экономики не имеет рыночной стоимости.
Согласно опросу ВЦИОМ, проведенному 24−25 июля, более половины россиян считают экологическую обстановку в месте своего проживания «неблагоприятной» или «катастрофической». То, что состояние окружающей среды близко к «катастрофическому», в 2010 году заявляют 14\% респондентов, в 2005 году их было 9\%. Оценки потерь, связанных с деградацией окружающей среды, в РФ, в отличие от США, ЕС, Канады, не производится.
«Пожары мы потушим и будем считать, что все встало на свои места. Это как минимум глупо. То, что происходит с окружающей средой, — результат недальновидной экономической стратегии. Осушая когда-то болота с целью строительства, никто не думал об издержках: считалось, что это отложенный эффект и нагрузка на будущие поколения. Но эффект оказался более краткосрочным», — поясняет глава Института устойчивого развития Общественной палаты РФ Владимир Захаров. По его мнению, только краткосрочные издержки, связанные с засухой и пожарами в РФ, «могут оказаться больше затрат по ликвидации недавней утечки нефти в Мексиканском заливе».
Профессор экономического факультета МГУ Сергей Бобылев отмечает, что восстанавливать болота дешевле, чем тушить пожары. «Классическим примером стал Нью-Йорк, где сохранение в регионе водно-болотных угодий для обеспечения города чистой водой оказалось в три-четыре раза дешевле, чем строительство очистных сооружений. Это позволяет ежегодно экономить несколько миллиардов долларов», — говорит господин Бобылев.
По его мнению, «одним из самых негативных последствий пожаров» в июле-августе может стать решение о передаче сгоревших участков лесов и болот под строительство. Планы обводнения торфяников в Московской области в начале августа обнародовал губернатор Московской области Борис Громов: он оценивал их стоимость в 22 млрд руб. в течение трех лет.
