Новости
24 Января 2014, 17:39

«Бегунки» и «потеряшки»

В Казани открылась выставка, где можно взглянуть на жизнь поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» и увидеть судьбы детей, которых они ищут. Истории детских судеб здесь разных цветов: оранжевый и белый — ребенка нашли, история закончилась хорошо. Серый и черный — найти не удалось, ребенок погиб…

Мы — группа журналистов — проходим в выставочный зал. Условия в нем почти полевые: холодно, под ногами неровный бетонный пол, вокруг — нетронутые краской стены. В такой атмосфере невольно уходишь от уличной суеты, яркого дневного света. Повсюду — вдоль стен, в центре зала — фотографии, фотографии, фотографии…

На снимках, пойманные будто случайным спуском затвора камеры, поисковики отряда «Лиза Алерт» в рядовых для себя ситуациях — ситуациях поиска детей.

«Найден. Жив»

Все фотографии черно-белые. Снимки, даже если в них не вглядываться, просто «кричат» — случилась беда. Изображения собраны в несколько историй — историй жизни и судеб маленьких детей. А все вместе они — история одного поискового отряда. Всего десять историй. Одни из них закончились хорошо. Другие — плохо. Какие-то — не закончились вовсе.

На одной фотографии группа людей что-то обсуждает, показывая маршрут на карте. На другой мужчина озабоченно говорит в трубку. На следующей — женщина, приложив руки ко рту, разрывает тишину окружающего леса своим криком. Их объединяет одно — все они ищут и уверены, что найдут. На фотографиях поисковики от мала до велика — рядом со взрослыми специалистами стоят маленькие дети. По их лицам видно — они точно знают, что найдут своего потерявшегося одноклассника или друга по двору.

На свободном пространстве стендов черной краской нанесены, казалось бы, простые, иногда пугающие, но очень важные истины. Они будто обращаются к посетителям, пытаясь предостеречь их и предупредить.

  • «Помните, — просят надписи, — каждые 6 месяцев фотографировать ребенка и всегда иметь последние фото при себе»

  • «Помните, — настаивают они, — во что одет ребенок и в каком настроении он уходит из дома»

  • «Помните, — кричат надписи, — каждый раз, провожая ребенка, вы должны знать КУДА он идет, КТО его сопровождает, с КЕМ он должен встретиться и КОГДА он должен вернуться»

От стенда к стенду за зрителем движутся фигуры — силуэт мальчика и девочки, сделанные трафаретом.

В центре зала — колонна. На ней висят объявления о пропаже детей с их данными и призывами о помощи. Одна листовка встречается чаще других: на ней лицо 8-летней Василисы Галицыной.

«Эта выставка — наша боль», — командир поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Григорий Сергеев пытается ответить на вопрос журналиста «что для вас значит отряд и выставка», но, кажется, не находит слов.

«Когда после трех суток в лесу ты слышишь в трубке крик „Найден. Жив“, то все вопросы вроде „зачем этим заниматься“ как-то отпадают сами по себе», — рассказывает координатор «Лизы Алерт», известный журналист Ирина Воробьева.

«Бегунки и потеряшки»

Детей, которых ищет отряд, сами поисковики делят на две группы с ласковыми названиями «бегунки» и «потеряшки».

Первые — сбегают из дома. Притом сбегают не только из плохих семей и не только старшие дети. Бывает, что сознательно из дома убегают совсем маленькие, младше десяти лет, так как часто не видят иного пути разрешения домашнего конфликта. Вторые — пропадают при невыясненных обстоятельствах.

Сергеев уверяет, что в американской поисковой практике самыми важными являются первые три часа после пропажи детей — за это время можно совершить большой и качественно важный объем работы. В России же мало кто из родителей даже почешется через три, а то и через пять часов. Так три часа в Соединенных Штатах превращаются в сутки в России.

Одним из самых важных факторов удачного поиска детей специалисты «Лизы Алерт» называют массовое распространение информации. Бывали случаи, когда куда бы похититель ни пошел — он видел лицо похищенного им ребенка: на столбах, в подъезде, на центральных каналах и даже в собственном телефоне: при поддержке ряда операторов действует массовая смс-рассылка. Так в Ростове несколько лет назад, не выдержав информационного давления, похитителя выдала сожительница…

Воробьева предлагает нам пройти в следующий зал выставки. Тут царит полумрак. Снова стенды с историями, но на этот раз они максимально персональные, личные.

Стенды образовывают несколько кругов, в центре которых вращающееся кресло. Каждый желающий может проследить историю пропавшего ребенка: стенд с фотографией, стенд с историей, стенд с газетными вырезками и картой, где обозначено место пропажи. Вращаясь по кругу, словно попадаешь в эту историю, становишься ее участником, проживаешь вместе с поисковиками и ребенком целую жизнь. Скорость вращения увеличивается, перед глазами мелькают отдельные слова: «пропал», «маленький», «без вести», «убит», «следы насилия». А с концом истории здесь часто наступает… и конец жизни.

Некоторые фразы в текстах выделены. «Пусть они позвонят маме, мне страшно», — кричит одна из них, «Убит собственными родителями», — подводит фатальный итог другая.

Истории здесь разных цветов: серый и черный — когда все закончилось гибелью ребенка, оранжевый и белый — когда все закончилось хорошо.

Есть на выставке и две истории, выкрашенные черным и оранжевым — это значит, что у поисковиков еще есть надежда. Одна из них — история 9-летней девочки из Ростова Саши Целых. Она пропала, отдыхая с родителями на пляже, — на ушах тогда стоял весь город. Все это тоже можно прочитать на одном из стендов. А под текстом дата пропажи — август 2012.

Операторы замечают, что, поднявшись по лестнице, можно поймать неплохой кадр. По ступенькам разбросаны объявления о пропаже детей с их данными и призывами к помощи. Листовки, а вместе с ними лица пропавших детей, мягко шуршат и мнутся под ногами. На какое-то мгновение кажется, что это задумано организаторами — этакая интерактивная инсталляция равнодушия обывателей к тем проблемам, которые происходят вокруг них и их словно не касаются.

Проходя из одного зала в другой, можно не заметить маленькую комнатку. Вся она посвящена Василисе Галицыной. Здесь нет ни множества картинок, ни сканов интернет сообщений, ничего лишнего. Только небольшая фотография Василисы и текст… По всем стенам идет один сплошной текст, написанный черной краской. На левой стене — история Василисы взглядом поисковика. На правой — текст, написанный от ее имени. Взгляд сразу цепляется за несколько слов в центре текста «Сегодня меня убили». В комнате нет ничего, кроме страшного текста, ничего, на что можно было бы отвлечь взгляд, и ты читаешь историю, которая начинается наивным детским признанием «Я хотела стать русалкой…»

Выставка проходит в КРЦ «Родина», г. Казань, ул. Баумана д. 44/8

Александр Левин

Материалы по теме

Партнёры TatCenter:
1 из 2
Новости
25 Апреля 2019, 11:17
Налог для самозанятых в Татарстане

Минэкономразвития защитит самозанятых от банковских блокировок

Ведомство пока не заметило блокировок счетов самозанятых.

Глава департамента инвестиционной политики Минэкономразвития РФ Милена Арсланова заявила, что ведомство примет меры, если банки начнут блокировать счета самозанятых.

«Пока проблем (с блокировкой счетов самозанятых) нет. ФНС выпустила разъяснение, ЦБ тоже тему контролирует», — цитирует ТАСС Арсланову.

Ранее президент «Опоры России» Александр Калинин заявил, что банки могут заблокировать счета самозанятых, поскольку их идентифицируют как нелегальных предпринимателей. О возможных проблемах также говорили на встрече бизнес-омбудсменов в Казани.

На этой неделе министр экономики РТ Фарид Абдулганиев сообщил, что банки в Татарстане разрабатывают кредитные продукты для самозанятых.

Справка

Налог на профессиональный доход с 2019 года запустили в тестовом режиме в Татарстане, Москве, Калужской и Московской областях. После перехода на новый режим самозанятые будут платить от 4% до 6% из собственной выручки.

В планах республиканских чиновников увеличить количество самозанятых до 60 тыс. человек к концу года.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: